Прочитать Опубликовать Настроить Войти

Рекомендуем прочитать

1. Вероника Николаевна Черных — КАМЕННЫЕ ЖУРАВЛИ ДЗУАРИКАУ 12 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
* * *
Кому надо, принёс, что положено, и теперь этот чудный участок земли – личная собственность Васо Бедоева. Давно он ему приглянулся, да не откусить было. Правда, на территории высился старый монумент из серого камня с взмывающими журавлями и фигурой скорбящей матери да рос небольшой парк из елей и дубов, которых лет сорок назад сельчане высадили в виде звезды. Ерунда! Кое-какие деревья вырубить, чтобы влез коттедж... дачный вариант... Ну, а памятник? Пока не мешает, пускай стоит. Снести недолго.

* * *
Мила Дзарахматовна Газданова ахнула и непроизвольно прижала натруженные шершавые ладони к морщинистым щекам. Откуда возле памятника её отцу и его шестерым братьям, вокруг мемориального сквера, сорок три года назад посаженного жителями села Дзуарикау, появился наглый забор?! Чей он? Почему?! И кто свалил старый дуб?! Ой! И ёлку! Что ж это за паразиты натворили такое?! Вот я вас, вот я!..
Горло сдавило, сердце заколотилось, перед глазами темно и, кажется, давление поднялось.
Мила долго стояла возле ёлочного пня, рассматривая светлую истекающую влажностью поверхность, и повторяла: «Да кто ж это? Да как? Зачем?!».
Потрогала камень памятника, погладила склонённую голову каменной матери, сложенные на груди руки.
«Здравствуй, бабушка Тассо...»
Провела по лицам портретов.
«Здравствуйте, дядья мои Хаджисмел, Магомет, Хасанбек, Созрико, Махарбек, Шамиль».
Подняла голову к летящим, сцепившимся крылами, журавлям.
«Летите, родные мои, летите к Богу! Всё время летите, долетайте!».

* * *
– Какие ещё герои войны? – недовольно буркнул Васо Бедоев. – Эти, которые под журавлями? Ну, и что?
2. Владимир Звениградский — О чём грустим мы, люди? 7 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
- Пап, почему мы грустим?

- Прямо сейчас?

- Нет, иногда, когда наступает вечер и ты не знаешь, куда деть себя?

Инга выросла в красивую и очень независимую девушку. Именно это её стремление быть свободной, не подчиняться неизвестно когда и кем придуманным правилам, доводило до курьёзов. Лет пять-шесть назад: «Не хочу спать! Почему я должна лечь, закрыть глаза, а вы с мамой будете смотреть телевизор или шептаться в своей комнате».

Я отвечал: «Ты не хочешь спать, не можешь спать, не желаешь спать крепко и тебе не будут сниться красивые сны…» И она засыпала, наутро ругала меня за обман и применение гипноза. Правда её уже увлекали другие дневные дела, и иногда они сами укладывали её спать на диване в зале.

- Вечером человек проверяет прожитый день и вдруг получается, что он не так прожит. Многое не сделано, а если и готово, то не так, как надо. Но, главное, встретился ли за день человек, который тебе нравится. Не встретился, ты грустишь. Встретился, но он не сказал того, о чём бы ты хотела услышать. Тоже грустно. А вообще твоя мама, - а она сидела в кресле и, услышав наш разговор, отложила книгу, - тоже не любит ложиться спать, потому что ей жалко ещё одного дня жизни. И она всегда провожает текущий день до самого последнего его мгновенья! Так ли Катерина?

- В молодости, - ответила она, - я читала у какого-то классика про проводы каждого дня жизни. И заразилась этим…

Инга подскочила к ней, и они обнялись, как две закадычные подруги. У меня на сердце стало тепло. Но я всегда опасаюсь такой идиллии, потому что жизнь не любит, когда люди к чему-либо привыкают.
3. Уставший Кривич. Каменев — "СЕКС" 11 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


Давно это было. Ох, как давно. Ещё власть советская была. Был первый в нашей стране в 1986 году телемост - передача такая. С нашей стороны её вёл Владимир Познер, со стороны США Фил Донахью. Разрядка, хотели отношения наладить. И вот так уж получилось, одна советская женщина, во время передачи, отвечая на вопрос Донахью: Если в СССР секс? На два континента заявила: - «У нас секса нет, и мы категорически против этого». Вы не поверите, поверят только те, кто, то время застал. Ржала вся страна, до коликов ржали. Секса нет. Ха-ха-ха. Секс у нас был всегда, не хуже чем у кого-то. Не будем говорить за коммунистическую номенклатуру, эти животные ни чем не брезговали. Мы люди простые и у нас всё было по простому. Пошутить и по стебаться на сексуальную тему были мастаки. Сейчас скажи, все удивятся, но мы и праздники, советские все справляли. Не всегда любили, но признавали, принимали, как должное, были приучены, третье поколение. Пропаганда советской власти своё дело сделала.
Был Первомай, назывался тогда: « Международный день солидарности трудящихся». Мы советские, все комсомольцы сидели на скамейки, на Площади Мира, сейчас Сенная, около генеральской парадной. Генеральской называли, потому что на втором этаже жил генерал, а на третьем был широкий подоконник, который служил столом. Это сейчас куда не плюнь кафе, или пивбар, а в те советские времена на весь город несколько пивных забегаловок и кафе – мороженное. Молодёжи негде было отдохнуть и приходилось тасоваться на парадных, особенно зимой, когда было холодно.
4. Елена — Старая серебряная брошка 102 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Моя подруга Галя красивая и смелая. Поэтому она может позволить себе то, о чем я даже мечтать не могу. Причем, в школе она была просто прилежной умной девочкой из хорошей семьи, ничем особо не выделялась. Мы вышли из школы - я как-то растерялась открывшейся мне взрослой жизни, Галка же оглянулась по сторонам и, по моему мнению, сразу поняла, что здесь к чему. Она устроилась на работу, поступила на вечернее, потом пошла на курсы, сменила работу, снова сменила. Я пробовала поступать всюду, довольствовалась работой на скромных должностях в госучреждениях, где мы делали вид, что работаем, а государство
делало вид, что нам платит. Галка работала в фирмах, компаниях, банках. Меняя работу, она неизменно получала прибавку к жалованию. Она всегда получала неплохо, для меня - так даже много получала, она практически не нуждалась в деньгах, хотя при её запросах... Она могла снять себе квартиру, ездить на такси (что для меня всегда было верхом транжирства), оплачивать свои развлечения, свои наряды, а потом и учебу, когда решила расширить свою
квалификацию и пошла на второе высшее. Я в итоге оказалась со своим гуманитарным образованием, с которым точно не знала, что мне делать.
Так же успешно, как и работу, Галка находила себе мужчин. Сначала это были мальчики, знакомые по двору, по школе, по дискотеке. Её рассказы о них вызывали у меня беспокойство - слишком это были тёмные личности, занимающиеся какими-то странными делами. Одному из них потом в разборках отрезали ухо. Но это были пробы пера. Когда она стала работать в солидных фирмах (или желающих считаться таковыми), у неё появились солидные друзья.
5. Владимир Звениградский — Unity Songs ... 8 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


Unity Songs
Они слышат и они видят!

Прохор Семенович вышел утром на крыльцо дома. Ступеньки не спускались напрямую к калитке, а шли параллельно дому, примыкая к нему. Зять поставил новый из лёгкой жести, покрашенной в ярко синий цвет. Никто и ничто не могло нарушить уединения деда. Так тот и ставил условие. А что сельским?
Посудачили про странного нового соседа, да занялись своими привычными делами. А они известны, кто на ферме трудится, кто в мастерских из трёх тракторов один делает, кто беспробудно пьёт, не признаваясь в этом. Что тут такого? Жена за порог, к коровам, а Михалыч к тайничку. Возвращается Меланья, а он сидит и хмуро разглядывает сломанный утюг. А что там смотреть, подошва спалилась, выбрасывать надо всю эту заморскую красоту и бегти в магазин за новым утюгом. Жена подозрительно смотрит, а он вытаскивает из-под лавки старый утюг, где спиралька греет. «На, хозяйка, пока им поширкай бельёшко, а энтот на свалку! Дерьмо делают, детям на забаву!

Прохор Семёнович не боялся пересудов. Эк невидаль, бабьи языки да пьяная философия Михалыча! Он боялся Веру Борисовну, учительшу в здешней школе. Историю она преподаёт. А он не хочет быть у неё «ярким примером» мужества и доблести! Стой перед классом эдаким чучелом в новом костюме от зятя, с букетиком здешних цветов и потей, вспоминая «нужные» эпизоды жизни!

Да ему под сто лет. Но выглядит Прохор Иконников на все шестьдесят! Как же он ухитрился скосить почти полвека лет?! Вот об этом он рассказывал правнукам, что жили в городе.
6. Владимир — Второе пришествие 702 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Второе пришествие

1.
Введенский решил отправиться к отцу на электричке. Так было и спокойней и проще. На шоссе сплошные заторы, придется долго стоять в них. А ему сейчас не хочется это делать. Лучше спокойней добраться до цели по железной дороге. А заодно без помех еще раз обдумать предстоящий разговор. Никаких сомнений, что он будет не легким. Вернее, он не правильно подобрал слово, он будет самым тяжелым в его жизни. Это он предчувствует. Даже если последует разрыв, не стоит об этом сожалеть. Есть вещи посерьезней и поважней. Он слишком долго шел к этому, столько раз все обдумывал. Иногда хотелось отказаться и от своих мыслей и от написания книги. Но все то время, что он работал над ней, непрерывно ощущал, как двигает им вперед неведомая сила. Сначала он сомневался в ее присутствии, полагал, что это внешнее воздействие ему только кажется. Но чем дольше продолжалась работа над рукописью, тем все больше уверялся, что это не выдумка, не иллюзия. Она есть, руководит им, направляет и определяет его мышление и поступки. И тогда он брался за труд с новой силой, с еще большим усердием. Он должен был его завершить, несмотря на сомнения и даже страх. Точнее, это не совсем правильный оборот речи, он должен был его завершить именно благодаря сомнениям и страхам, прочно поселившимся с некоторого времени в его душе. Но с какого-то момента он вдруг понял: их преодоление и является его главным делом, для этого он и пишет страницу за страницей. Не останавливаться – вот главная задача, потому что если это случится, это станет не только его поражением.
7. Владимир Партолин — Повесть послехронных лет 281 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Владимир Партолин

Повесть послехронных лет

1

Переключившись в режим телефона, Хизатуллин ответил:
— "Полковник Хизатуллин, слушаю". — "Закончила правку первой части. Будет время, прочти. Файл под именем "ppl". — "Ночь работала, куда спешишь?" — "От Франца есть что?" — "Я бы сразу позвонил… Твой брат даст о себе знать и вернется, я в этом уверен. Верь мне. Вместе закончите роман". — "Ты предлагал участие, соавторство и информацию". — "Утром сброшу текст, а пока вычитаю, поправлю, может, что-то. Встанешь, уже будет". — "Пока". — "Целую".
Хизатуллин подключил служебный компьютер к домашнему, нашел поисковиком и открыл файл с обозначением "ppl".
Написать роман его идея. Позавчера, в день снятия грифа "СЕКРЕТНО" с операции под кодовым названием "Миссия бин", в которой Франц был задействован, жена зашла проведать своячницу, сели разобрать семейный архив и обнаружили старый — дохронных еще лет — диск с литературными произведениями. Один из текстов был авторизирован именем "Покрышкин" . Прозвище Франца. Позвонили в штаб, нашли в секретном отделе и попросили срочно вернуться к себе в кабинет, где ждал сюрприз — на мониторе дневник друга, школьных, еще дохронных лет. В отделе он просматривал записи-ком ротного каптенармуса, кока и самого комроты майора Франца Курта. Годы эти документы пролежали в сейфе, знал о них кроме него, начальника управления контразведкой, только командующий. Секретность сняли, потому-то и пришла в голову мысль использовать воспоминания Франца и записи-ком его подчиненных — написать книгу.
8. Игорь Альмечитов — Лабиринт 15 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Альмечитов Игорь

Лабиринт

…Карманы были привычно пусты. Сырой ветер все так же дул в лицо, цепляясь за волосы, уже основательно отросшие. Денег на стрижку не было. Впрочем, и прикрывать голову ему никогда не нравилось. Он любил ветер, любил приходить домой основательно замерзшим, чтобы не оставалось ни мыслей, ни желаний. Уже с закрывающимися глазами чистил зубы и залезал под одеяло со смутной надеждой на следующий день… На каждый следующий день… И так изо дня в день…

Центр города был также сер, как и обычно зимой. И все же что-то иногда радовало даже в этой унылой, привычной серости. Люди, наверно, ожидание новой встречи, улыбки, быть может – тоже неплохо…

И город, и страна выкачивали все силы. Дико хотелось куда-то уехать отсюда, но точного места в воображении не возникало. Попытки заработать, как всегда, были бесплодны. Усталость, когда еще нет и тридцати. Приходилось заставлять себя каждый новый день вставать, умываться и надеяться на что-то. Давно приходили мысли заработать один раз прилично, просто убив кого-нибудь, кто того стоит. Принципы, если и существовали когда-то, сейчас были не больше, чем набором пустых слов.

Что мешало? Найти того, кто сразу мог дать много и больше не требовать. Ему хотелось заработать только на спокойствие…

Отражением внешней жизни появилась привычка думать диалогами.

Так что мешало?.. Отсутствие моральных основ не тяготило. Не пугала ответственность или возможные моральные препятствия…

Просто не хотелось пачкаться… Хотя, было все же заманчиво. Всего один раз, чтобы не повторяться. Воли бы наверняка хватило.
9. Уставший Кривич. Каменев — ФИНАНСИСТ 500 знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Короткий рассказ: О. Генри. "Шофёр закурил и нагнулся над бензобаком посмотреть, много ли осталось бензина. Покойнику было 23 года".

ФИНАНСИСТ

Финансовая махинация удалась на славу. Сережка, расслабившись, сидел в кресле, когда закукарекал петушок – звонок во входную дверь. Он встал и подошёл к глазку. От неожиданности обрадовался – увидел Петьку. Сто лет не виделись – одноклассник. Дверь распахнул. Они без слов обнялись. Не почувствовал, как под лопатку нож вошёл. За продолжением с небес всё наблюдал. Без удивления – всё осознал.

КОНЕЦ
10. Вероника Николаевна Черных — 29 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
ШАЛЬ

ЭПИЗОД 1. Подарок

Пуховый платок – вещь не только полезная, но и приятная. Потому что мягкая, пушистая, невесомая. Пуховая шаль – вещь, гораздо более полезная и приятная. Она больше, чем платок, в четыре раза… И дороже, конечно, тоже. Но что делать. Сброситься да купить – всего-то делов.
Сбросились. Скрупулёзно проверили качество, пригласив специалиста – бабушку Сони Рушоник. Купили. Торжественно преподнесли в день рождения тридцатого сентября. Ахнула. Опять ахнула. Прослезилась. На старенькую табуретку – шмяк. Бережно, едва касаясь, трогала щекочущую шаль, гладила её, будто живую кошку, пристроившуюся на коленках. Марат Халфин нетерпеливо вытянул толстый серый прямоугольник из её рук и аккуратно укутал её плечи. Она посидела, плача, а потом всё же стянула шаль на груди, прижав кулачки к часто бившемуся сердцу.
– Спасибо, родные мои… – неровным голосом поблагодарила она. – Тепло-то как… Пушисто… Как живой кто меня отогревает… Ой, славные вы мои, любимые… Кто ж вас надоумил-то?
Юра Зонис погладил по шали, удобно лёгшей на её плечо:
– Лирка… то есть… Лира Ящимирская подсказала. У неё мама недавно такую шаль своей свекрови купила на 70-летие. Та, вроде, довольна осталась.
– Так ещё бы! – покивала она. – Ещё бы. Царский прямо подарок! Ой, ребятки, она ж дорогущая, шаль-то эта! Вы ж, поди, столько денег за неё отдали! Родители заругаются… Солнышки вы мои, давайте-ка я вам половину отдам, ладно? А то неудобно мне. Вон вы как потратились…
– Ничего нам не надо! – звонко отказалась Ясна Шекиханова. – Верно же?
– Да не базар! – воскликнул Олег Цывинский.
А Соня Рушоник добавила:
11. Stan Pshonik — Джентльмен из Южного Техаса 37 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Стэн Пшоник
ДЖЕНТЛЬМЕН ИЗ ЮЖНОГО ТЕХАСА
Рассказ

Свадьба удалась.
Еда была вкусная и разнообразная, но не слишком обильная, чтобы никто не объелся.
Выбор напитков был безупречен, и подавались они двумя элегантными официантами в белых перчатках щедро, но с осторожностью, чтобы никто не напился.
Танцплощадка была полна, но не настолько, чтобы танцующие наступали друг другу на ноги.
Оркестр играл тщательно подобранный репертуар, и музыка была достаточно громкой, но не оглушительной, чтобы не мешать разговорам пар, шепчущих друг другу разные милые глупости, которые и положено шептать во время свадебных танцев.
Дети вели себя так, как оставшиеся без родительского присмотра дети ведут себя на свадьбах, но не выходили из рамок и никому не докучали.
Да, свадьба определенно удалась...
Она достигла того волшебного момента, когда все убеждены, что мир прекрасен и населен только замечательными людьми. Гости были милы и внимательны друг к другу, хотя в большинстве своем не были знакомы до того, как мировой судья провозгласил молодых мужем и женой. И теперь оставшийся без дела судья выглядел чужаком в своей черной мантии среди гостей, явившихся, согласно приглашению, в вечерних платьях и фраках.
И, конечно же, как это часто бывает на подобных торжествах, на свадьбе также были “мы ” – группа случайно встретившихся мужчин, которые, по разным причинам, ускользнули из дома через галерею нарядных комнат, мимо танцующих пар, мимо важных официантов, в дальний угол сада, где стоял простой, деревенского вида, сарай.
12. Мария Наклейщикова (Машук) — Веселое место 12 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Всякий уважающий себя автор обязан написать о визите к стоматологу

Адские муки начались в воскресенье и продолжались всю неделю. Дотерпев неделю, уже в пятницу я сидела в очереди к стоматологу.

- Надо же, как щеку разнесло! Пульпит, наверное. Болезнь нынче не щадит даже молодых, - сокрушались старушки в очереди государственной клиники.

Я с опаской покосилась на очередь. Неужели все страдали так же, как и я?

Боль нахлынывала и ненадолго отпускала, позволяя забыть о себе, чтобы потом с новой силой раскачивать мой болевой порог.

По талончику моя очередь была еще не скоро. Симпатичный парень справа читал электронную книгу. По дурацкой привычке я подглядела: «Смирительная рубашка» Джека Лондона. Самое время!

Силы духа мне и не хватало. Я держалась за сиденье коридорного кресла побелевшими пальцами и следила за миганием сигнальной лампочки. Внезапно мигнули мне:

- Огурчикова, проходите!

Очередь прыснула.

Внутри, как обычно, началась эпопея с больничной карточкой. Данные полисов нового образца требовали перезаписи в свежие бланки. Я терпеливо ждала, вжавшись в кресло. Боль брала меня на абордаж и было уже нестерпимо тяжело сносить ее приступы.

Наконец, пожилая врач отвлеклась от бумажной волокиты и уделила мне внимание:

«На что жалуетесь, судя по распухшей щеке, не спрашиваю. Спите нормально?», врач убила меня этим вопросом. Вообще-то я не у сомнолога. «Отлично, - говорю, - сплю» - «Имею в виду, во сне не болит?» - «Еще как болит. Но сплю нормально – привычка!».
13. Владимир — Или или 478 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Или или

"Я попытался выразить ту мысль, что применение категории "рода" для обозначения того, чем должен быть человек, и особенно в качестве обозначения высшего итога, есть неправильное понимание и чистое язычество, поскольку этот род, человечество, отличается от рода животных не только его общим превосходством как рода, но и той человеческой особенностью, что каждый отдельный индивид в роде (не только выдающиеся индивиды, но каждый индивид) есть нечто большее, чем род. Ведь соотнести себя с Богом - это гораздо более высокая вещь, чем принадлежать роду и через род быть соотнесенным с Богом".
Серен Кьеркегор

1.
Дубровин ехал к любовнице. Они не виделись две недели, и он успел соскучиться. И сейчас глазами он смотрел на дорогу, а в голове вставили соблазнительные картины предстоящих сексуальных утех. Молодая, красивая, страстная и уже очень умелая в науке любви. От одной мысли о ней закипала кровь сильней, чем вода в чайнике.
Дубровин усмехнулся; ему уже пятьдесят пять лет, у него было столько женщин, а он совершенно не утолил голод по ним. Все хочется и хочется, почти как в молодости, словно бы года над ним и не властны. Хотя с другой стороны кое-что все-таки меняется. В молодости он был в сексе груб и примитивен, брал напором, не признавал никаких обходных путей и маневров. Просто элементарно получал наслаждение почти так же, как это делает бык. Однажды он видел, как тот вспарывает буренку, как при этом мычит от огромного удовольствия.
Он был еще тогда подростком, но его буквально всего пронзило мощным зарядом электричества.
14. Зыков Денис — 33 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
СБОЙ ПРОГРАММЫ

В этот злопамятный вечер Никифор Геннадьевич, сидел у телевизора с тарелкой пельменей, как это водится у Черепановых по средам, потому что по четвергам у них, впрочем как и у доброй половины ячеек «советского» общества- рыбный день. Никифор Геннадьевич был в прекрасном расположении духа. На службе, с начала января и до сих пор еще никто, как следует, не раскачался и болотная тина крепко – накрепко охватившая офисный планктон в новогодние праздники, явно отпускать свою хватку пока не собиралась. Рутина, одним словом. Поэтому по заведенной традиции, под пельмешки, Никифор Геннадьевич разделял сегодня свой скромный стол служащего бизнес центра «Южный» вместе с супругой и маленькой бутылочкой огненной воды, ласково прозванной в простонародье «чекушечкой»:
- Тань, а Тань? А ты чего сегодня такая?- Никифор Геннадьевич опрокинул в рот маленькую, тридцати граммовую порцию беленькой и вновь наполнил до краев даже не рюмку, а хрустальный вазончик для яиц. В таких вазончиках обычно подают яйца сваренные всмятку. Как то раз, Никифор Геннадьевич, увидев в соседнем хозмаге этот дивный предмет, сразу прикупил его, штук пять. На всех членов семьи по одному, ну и еще один на всякий случай. И уже потом, позже, попробовав раз хлебнуть из него водки он осознал, что нет лучше дозы, которая так удобно ложится в ротовую полость и не успевая опротиветь лихо пролетает внутрь организма. Попробовал и приспособил лишнюю, пятую часть гарнитура под свои, так сказать мужские нужды.
- Ничего милый, просто на тебя любуюсь. Какой же ты у меня все-таки славный,- надо сказать Никифор Геннадьевич в последнее время чувствовал себя превосходно. Отношения с супругой наконец наладились, дети повзрослели и оперились, готовясь вот-вот покинуть родительское гнездо и светлое семейное будущее сладкой истомой ему уже мерещилось в редкие минуты отдохновения.
15. Кирилл Смирнов — Романтический вечер 39 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Подъехав на своей “девятке” к шикарному зданию делового центра и припарковав машину на стоянке, Ольга Алексеевна открыла дверцу, вышла из салона и глянула на часы. До начала рабочего дня оставалось еще минут сорок. Ольга Алексеевна поднялась на крыльцо, достала из сумочки слегка помятую пачку “Парламента”, вытащила из нее сигарету, закурила. Минуты через три бросила окурок в мусорную корзину, после чего постояла еще пару минут у входа, наслаждаясь утренней весенней прохладой, затем толкнула рукой стеклянную дверь и плавной походкой вошла в помещение.
Ольге Алексеевне недавно исполнилось двадцать три года. Год назад она окончила институт и вот уже несколько месяцев руководила собственной небольшой фирмой, которую основала на пару с Сашкой Ерохиным, ставшим ее заместителем и, в конце концов, уволенным ею за опоздание (часть бизнеса он, конечно же, попытался потом оттяпать, но только этот номер у него, слава Богу, не прошел). Несмотря на молодость, она уже пользовалась у себя на фирме немалым авторитетом благодаря не столько своим профессиональным навыкам (их-то ей как раз и не хватало), сколько природной отзывчивости и простоте в общении, да и приятной внешности, конечно, тоже. Простые сотрудники ее уважали и слушались, что, правда, далеко не всегда можно было сказать о руководстве фирмы. Но черт с ним, с руководством, главное, народ любит!
Ольга Алексеевна пришла на работу, как обычно, раньше всех. Зайдя в свой офис, она первым делом сняла верхнюю одежду и повесила ее в шкаф. Затем, подойдя к зеркалу, стала прихорашиваться (с этого она начинала каждый свой рабочий день).
16. Владимир Партолин — Запись-ком на краю поля 55 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


Ночью пришёл на дальнее поле, сидел на краю возле пахоты с чахлыми не обещающими урожая всходами. Тошно было, может, потому сделал эту запись-ком. Прослушивал, поразился: ведь, надиктовав, комлогу дал установку текст обработать так, чтобы получилось что-то вроде трагической истории, а получилось? Фигня какая-то. Думал переделать, но оставил как есть. Трепаться, только мне и осталось.
И вот что ещё я подумал: кто, когда прочтёт эти мои воспоминания? Попадёт запись-ком в Сохран Исхода, — засекретят и в архивы запрут. Прочтут, разве-что потомки. И то только если предки их выживут, всё ведь шло к краху. Многого не поймут. Хотя бы того, что писал я не на бумаге пером, и не в текстовом редакторе компьютера. У меня — записи-ком, создавались которые комлогом. Достаточно было надиктовать смысловую канву, узловые фразы, термины, прибор сам писал текст, причем, в заданной форме: например, рапорт, донесение, докладная записка, бортовая запись. Я судя по всему оплошал, заказав комлогу надиктованное мной переработать в художественную прозу. Прибор все-таки — были, конечно, и гражданского — воинского образца.
Так что, вставил в начало текста эти вот пояснения:
ЗАПИСЬ-КОМ — создавалась КОМЛОГОМ; достаточно было надиктовать смысловую канву, узловые фразы, термины, прибор сам писал текст, причем, в заданной форме: например, дневниковой записи, докладной записки, рапорта, донесения и т.п. КОМЛОГ — портативный носимый персонализированный компьютер, состоял на оснащении спецназа.
БОТЫ — морские сапоги рыбака с отворотами на всю длину ноги.
ПРОГАРЫ(обиходное) — матросские ботинки на кожаной подошве.
17. Aлина — Встреча 9 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Ветер за окном безжалостно рвал деревья, кружил снежные вихри и заводил с ними хороводы. Зима не хотела покидать этот город. Людям было холодно, грустно и большинство уже окунулось в депрессии или же в то, что они именовали депрессией. Они хотели тепла, жаждали объятий солнца и касаний теплого ветерка. Но взамен своих желаний, получали холодный ветер, серое небо, улицы, засыпанные снегом, не прочищенные дороги, километровые пробки, аварии из-за плохой погоды, посещения больниц и вечная торопливость, потому что замерзнешь, простынешь, заболеешь, потратишь много денег на лечение, возьмешь неоплачиваемые выходные, и все собьется с обычного ритма. Люди потеряют свою скорость жизни, а те, кто никуда не торопится – будут просто лежать, не двигаться, ждать солнца и иногда пробовать все новые и новые таблетки от простуды. Вот такой наш мир сейчас.
Даже здесь, в этой маленькой комнатке, я слышу шум ветра. А вот и соседи хлопнули дверьми – наверное, опять поссорились. У них всегда любовные ссоры и разные перетасовки отношений. И очень часто это мешает спать, но я все равно не усну, пока он не вернется с ночной смены.
Мы живем в однокомнатной квартирке на восьмом этаже. Я учусь, а он работает. Он много работает, но он старше. Разница между нами в 6 лет, но иногда я чувствую большую ответственность за него, чем за всю свою собственную жизнь. Я люблю его. И это не просто слова. Таким не разбрасываются. Такое не говорят в бреду или просто так. Не сочиняют забавы ради. Я бы назвал таких правонарушителей любовных правил грешниками этого рая. Но ему я об этом не говорил.
Он живет в своем мире. И у нас все достаточно просто. А у меня все слишком сентиментально. Он привык. Я тоже.
Жить вместе не значит проводить каждую секунду вместе, нет. Также это не значит, что этот человек обязан что-то делать для тебя, по его правилам – нет. Он не такой.
18. Влад Галущенко — Запыпыски 47 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Житейские запыпыски

1. Просветление
(записки загнивающего интеллигента в расцветающей стране)

На вилке крайний зуб согнулся и торчал в сторону. А, это когда я банку вместо ножа хотел вилкой открыть. Согнул зуб. Совсем немножко. С одной стороны - надо бы поправить. С другой стороны – зачем? Вдруг, опять захочется открыть другую банку?

Налил для аппетита стопочку настоечки. Из пузырька. Хорошая настоечка. На боярышнике. Еще, помню, с аптекаршей поругался, что этикетка потертая.

- Тебе не все равно? Ты не этикетку покупаешь, а содержимое. Все равно пузырек выкинешь.
А я ей этак интеллигентненько:
- Это вам все равно, гражданочка, а мне на стол ставить. Перед гостями обидно!

Эх, как она взъерепенилась:

- Иди отседова, - визжит. – Алкашня подзаборная! Не мешай людям болезным свои нужды в моей аптеке справлять!

Дословно уже не помню, но смысл – такой. Я уже только на улице тогда придумал, какие надо было бы ей слова обратно в морду кинуть. Но вертаться не хотелось. Очень спешил здоровье поправить. Свое-то к телу ближе. Болезное здоровье. По причине вредного климата. Общественного. Который мне совсем не подходит.

Надо бы сменить его. Но – денег не хватает пока на внешнее благоустройство.
Только на внутреннее.

Конечно, не скажу, что я очень люблю настойку боярышника. Люблю я коньяк «Камю» отечественного производства. Нет, вы меня не поняли. Не нашего отечества – ихнего.

У нас уже давно нет отечества - безродные мы. Отечество, говорят, продали. И, говорят, за большие деньги. Тогда почему нам долю не дали? Почему не поделились?
Говорят – самим мало. Что ж так дешево продали?
19. игорь николаевич григорови — отче наш 227 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора

1

Ангел Распорядитель, в задумчивости придерживая факс двумя перстами десницы, перстами шуйцы отыскивал местность, указанную в послании. Голографическое изображение плоской Земли в деталях и мелочах четко прорисовывалось, создавая всеобъемлющую иллюзию присутствия. Жизнь существ на плоской Земле непоколебимо шла своим чередом, никак не придавая значения извечному пророчеству… впрочем, как и иным.
«И будет в последние дни, говорит Бог, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши, и юноши ваши будут видеть видения, и старцы ваши сновидениями вразумляться будут; и на рабов Моих и на рабынь Моих в те дни излию от Духа Моего, и будут пророчествовать; и покажу чудеса на небе вверху и знамения на земле внизу, кровь и огонь и курение дыма: солнце превратится во тьму, и луна в кровь, прежде нежели наступит день Господень великий и славный; и будет: всякий, кто призовет имя Господне, спасется»..
Ангел Распорядитель определяясь с координатами, скрутил факс трубочкой, сунул его в ближайшую звезду, которых было натыкано на небесном своде, как игрушек на новогодней елке, по куриному отряхнулся и, не пользуясь телепортацией, крыльями, лифтом, в раздумье прошествовал долу. Прозрачные золотые ступени лестницы спускались вплоть до самой земли, пронизывая небеса солнечным лучом, так что обозревались все семь небесных уровней. Но ангелу сейчас не было дел до небесной жизни. А взгляд его устремился на обитателей плоской земли, которые вдруг возомнили себя живущими на шаре, что бестолково несется в неизведанную бесконечность.
20. Владимир Звениградский — Маяковский. Это недалеко! 3 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Лубянка осенняя – это больше серого. Детский универмаг покрыт маскировочной тканью – идет ремонт. Мало что в этом торговом центре осталось для детей – все идет вперемежку с нечто блестящим, нейлоновым и цифровым. Мне представилось, как у того места, где я стою, прямо у спуска в метро, в июне 1957 года, останавливается правительственная машина, выходит Никита Хрущев:
- Вот это отгрохали! Американцы и посмотрят, как мы заботимся о советских детях! Кто строил?
- Метростроевцы, Никита Сергеевич. Вы же сами настаивали…
- Молодцы! Ну, пусть первыми и приведут сюда своих ребятишек! Завезите товаров получше, чтобы и негры домой подарки отвезли с нашего всемирного фестиваля!
Свита смеется, свита улыбается.
- А что здесь раньше было?
- Да так, Никита Сергеевич, всякая шара-бара. Все от старого времени.
Видение пропадает – я же не в магазин пришел. За моей спиной под стеклом витрины приглашение посетить дом-Музей Маяковского.
Поворачиваюсь. Прохожу внутрь небольшого двора и ищу вход в дом, что аккурат сегодня посредине внутренней площади. Время передвинуло дом от улицы. И она была со стороны старой массивной двери. Кнопка.
Подумал, наверное, сегодня музей не работает. Но давлю.
Замок щелкает, и я с трудом открываю дверь. При первом соприкосновении с ней – в голове туман. Я чувствую себя Давидом Бурлюком. У меня в кармане 50 копеек, чтобы Владимир взял себе еды.
Два лестничных маршрута, ведущих на второй этаж, зашарпанный запах подъезда и дверь в квартиру.
Удивительное строение. Полукруглый коридор уводит к гостиной. Но здесь поэта нет, зато слышатся голоса из спальни.
21. Муратов Петр Юрьевич — ЛАТВИЙСКАЯ РАПСОДИЯ 28 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Рассказ опубликован в февральском номере (№2) литературного журнала "Сибирские огни" за 2017 год http://xn--90aefkbacm4aisie.xn--p1ai/content/kak-eto-bylo

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

Первая часть «рапсодии» прозвучала в 1984 году – времена, не предвещавшие ничего трагического. То был предпоследний год безмятежной эпохи «развитого социализма», когда советская Латвия еще служила одним из маяков для многочисленных республик СССР.
Я тогда учился на биофаке Казанского университета и в начале четвёртого курса приступил к выполнению дипломной работы, сутью которой являлось получение и изучение антивирусных свойств одного химического соединения. Синтезировать его и химически охарактеризовать предстояло на кафедре микробиологии нашего универа, а испытать противовирусное действие – в Риге, в одной из лабораторий Института микробиологии имени Августа Кирхенштейна академии наук Латвийской ССР. Помимо чисто научного интереса, мне очень хотелось побывать почти за границей – в Латвии, в неведомой Риге.
Прибалтика в Советском Союзе пользовалась большим уважением – какой-никакой, а всё-таки Запад. Такой далёкий, неведомый и манящий… Скрывать не стану: прибалты – эстонцы, латыши и литовцы – смотрели на нас высокомерно. Мы подсознательно мирились с этим, был такой момент, и отрицать это бессмысленно. Даже акцент придавал прибалтам некоторый шарм. Но и основания для этого у них, в то время, имелись. Годы большого террора коснулись их по минимуму, коллективизация была не такой свирепой, как у нас, да и с «величественной» сталинианой познакомились они лишь в её конце. Добавить к этому самый высокий уровень жизни в СССР, наличие мощной промышленности.
22. Владимир — Капиталист 759 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Капиталист

Часть первая
Начало

1.
Ну, вот и все, он это сделал, он защитил диссертацию, и теперь он кандидат наук. Пять лет напряженного труда завершились триумфом, это редкий случай, когда слушатели провожают претендента аплодисментами. Да он и сам знает, что заслужил, у него действительно во многом новаторская работа. Точнее, идеи в целом не новы, но их интерпретация уже вызвала немалый интерес в научных кругах. Из Америки, Японии, Германии, даже из Австралии приходили отклики. Отец бы им гордился, как жаль, что он не дожил до этого события. Слава богу, жива мать. Надо будет ей позвонить, обрадовать. Она сильно волнуется. Даже побоялась присутствовать на защите. Сказала, что ей так спокойней. Ну, ничего, сейчас все ее волнения завершатся.
Туров двинулся на кафедру, к телефону, но удалось сделать всего несколько шагов, как он оказался в крепких объятиях Саватюгина.
- Поздравляю, Олег, ты молодчина. Я был уверен в тебе. Ты тут самый лучший.
Туров знал, что эти произнесенные им последние слова были любимой присказкой Саватюгина, которую он произносил в редких, но самых торжественных или ответственных случаях.
- Ерунда, ты не хуже. Ты тоже хорошо защитился.
Саватюгин посмотрел на друга, но ничего не сказал. Внезапно он приблизил свои губы к его уху.
- Ты готов продолжить наш недавний разговор? – почти шепотом спросил он.
- Всегда готов! – засмеялся Туров.
- Я серьезно.
- И я серьезно.
- Значит, поговорим.
- Да.
Принимая поздравления, Туров двинулся дальше. Он вошел на кафедру, закрыл дверь и вздохнул. Наконец-то он хотя бы несколько минут может побыть один.
23. Макс — Мы из ПТУ 248 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Сергей проснулся от звука будильника. Нехотя открыл глаза. Дождавшись пока кончится мелодия, и телефон замолчит, Сергей уткнулся в подушку и почувствовал сладостную истому наступающего сна. …
Звон. Через десять минут сигнал к подъему повторился. Дребезжавшее от виброзвонка трюмо, на котором лежал телефон, вывело Сергея из себя, и он нехотя сполз с дивана, с огромным нежеланием выпуская из объятий подушку и одеяло.
Выключил будильник.
— Полшестого.
Умывшись, Сергей отогнал последние остатки сна, которые так не хотят отпускать после раннего подъема.
Сергей завтракать рано утром не мог, по причине, как он сам выражался: «индивидуальная непереносимость, вот!».
Поэтому одевшись и выпив чашку кофе. Как всегда опаздывая, отправился на учебу.
По дороге на автобусную остановку, до места учебы приходилось добираться на автобусе по причине изрядного расстояния, он выкурив сигарету и дойдя до вышеупомянутой остановки, стал дождаться автобуса и своих заспанных и таких же недовольных жизнью товарищей.
Через двадцать минут появился автобус, который сегодня сам опоздал.
Сергей сел в автобус, тут же влетел в двери запыхавшийся однокурсник.
— Здорово, бивень! — обратился Сергей к вновь прибывшему.
— Здорово! Чета ты сегодня раненько!
— Это вы с «аутобАсом» поздненько! Слушай, Серегин, какие сегодня у нас пары?
— А хрен его знает! — сказал Серегин, взгромоздившись на сидение.
Дело в том, что «Серег» в группе было двое и во избежание путаницы один другого начал называть «Серегиным».
…Автобус тронулся. Двери с жутким скрипом захлопнулись. Сергей задремал…
24. Владимир Звениградский — Будущее 12 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
- Нэлла, я иду домой. Если хочешь, пошли вместе.
Так я позвал новенькую первого сентября домой. Её посадили со мной за одну парту, когда представили перед классом.
– Хорошо, Лёнчик, отдам план работы с пионерской дружиной в комитете комсомола. Это у меня ещё с той школы.
- Тогда догонишь, я на выходе подожду…
Всё это естественно и просто. Дело в том, что соседние железнодорожные школы слились в одну, и наш класс пополнили новые ученики, но я знал почти всех из старших классов. Но Нэллы не видел. Чуть позже выяснилось, что её семья приехала из южного района области, а это словно с другой планеты. И во время первой же переменки оказалось, что мы живём недалеко друг от друга.
Она была симпатичной, волейболисткой и участницей хора. И этого достаточно, чтобы стать центром вздыханий одноклассников. Ходила Нэлла какой-то прыгающей походкой, словно всегда ждала мяча на передаче. И она же переделала имена всех учеников на какие-то ласкательные за счёт суффикса «чик».
Путь со школы был достаточным по времени, чтобы поговорить о том или сём. Мы и говорили, что было на уме - о киноартистах, певцах, космонавтах. И время от времени спрашивали друг: «А хотел ты стать Юрием Гагариным?» Или «А ты - Валентиной Терешковой?» Или певицей Ненашевой, которая недавно приезжала в наш город и билеты нельзя было купить. Но я бы достал, моя мама работала в парке культуры и отдыха, в летнем театре, где и пела приезжая певица.
Мимо своего дома, окна квартиры выходили на улицу, я проходил, как будто его не существовало, а ведь в окно могли выглянуть сестра или рано пришедшая с работы мама.
25. Муратов Петр Юрьевич — А в заплатанном салопе сходит наземь небосвод... 7 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
А в заплатанном салопе сходит наземь небосвод...

Школьная история. Размещен в проекте "Народная книга" (раздел "Я вырос на уроках литературы ...) http://nk.ast.ru/lessons/story/2667/

Эта забавная история случилась с моей дочерью Люсей, когда она училась в 10 классе. Проходили советскую классику — поэзию Бориса Пастернака.
Литературу вела дама неопределенного возраста и пресно-серой наружности. В ее облике выделялась одна выразительная деталь — огромные роговые очки, напоминавшие корабельные иллюминаторы, за которые получила кличку «Водолаз». Она обожала русскую классику XIX и начала ХХ века, мысленно представляя себя в образах тургеневской Лизы и Незнакомки Блока одновременно. Но и соцреализм оказал своё влияние: преобладал авторитарный стиль преподавания, жесткое навязывание собственного мнения. Она могла с легкостью взорваться по пустяку, зайтись в истерическом визге, за что класс ее дружно не любил и побаивался.
Но самым опасным было потревожить Водолаза во время «медитации», когда она, медленно проплывая вдоль рядов парт, декламировала наизусть стихи. Манерой чтения Водолаз напоминала Ахмадуллину — как и та растягивала слова и чуточку подвывала. Стихов она знала много, поэтому «медитации» случались частенько. Класс любил их: можно было малость расслабиться, а поскольку Водолаз подолгу находилась к ученикам спиной, состроить кому-то рожицу, послать записочку или попросту положить голову на руки, прикрыв глаза. Главное — не спугнуть музу поэтического просветления Водолаза. И если подобное изредка случалось, ее реакция была молниеносной и истерической. Недаром говорят: «не буди лиха, пока оно тихо».
26. Карина Василь — Женщина с топором 20 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Майкл резко сел на постели, проведя дрожащей рукой по мокрому лбу. Всё тот же кошмар, всё тот же сон. И, главное, проснувшись, он всё ещё видит это женское лицо: гневные глаза, разверстый в безмолвном крике рот и растрёпанные волосы, напоминающие собой сплетённый клубок змей. Как? Почему? Он не знал. Знал лишь, что пока он этого не выяснит, кошмар будет приходить снова и снова. И он снова и снова будет видеть это лицо и отблеск от секиры на нём.
На соседней кровати заворочался его друг. Приоткрыв один глаз, он, сонно, спросил:
- Который час?
Затем, не дождавшись ответа, он медленно протянул руку к тумбочке у кровати и взял часы. Зарождающееся утреннее солнце смутно осветило циферблат.
- Бог мой, Майкл! Четыре утра! Ты мог бы мне дать ещё поспать, чем скакать на кровати!
- Питер, - дрожащими губами произнёс Майкл. – Мне снова снился этот сон.
Питер резко открыл оба глаза.
- По-моему, Майкл, тебе надо к врачу. – Он медленно сел, закутавшись в одеяло. – Нет, я понимаю, ты талантливый художник. Ты пишешь картины в манере, которой не писали уже лет двести-триста. Но каждую ночь будить меня фантазиями, что во сне ты Караваджо, Рембрандт или Реньери – это никуда не годится. Своими сказками ты скоро из меня полиглота сделаешь: каждую ночь какой-то новый язык или наречие. Я просто обалдеваю с тебя. Я историк Древнего мира. Вернее, надеюсь им стать, когда окончу учёбу. Но о твоём Караваджо я знаю даже больше, чем о себе. У тебя прямо мания. Сходи к врачу.
- Я был у него, - тихо сказал Майкл.
- Да ну! К кому же ты ходил?
- Мне посоветовал его знакомый антиквар…
- О, ещё один помешанный!
27. Наталья Ветрова — СТРАСТИ ПО ПАДИШАХУ 539 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


СТРАСТИ ПО ПАДИШАХУ
1.
Море - хрустальная мечта жителей среднерусской равнины. Особенно, юных ее обитателей. Шесть студенток - самая дружная и самая броская на факультете компания, - успешно завершив третий год своего обучения в одном уж очень заумном техническом институте, заслужили благосклонное расположение своих родителей не только за положительные оценки, но и за стойкие моральные качества! И в связи с этим получили прекрасную возможность месяц или даже полтора - все зависит от того, как будут тратиться денежки! - понежиться на Черном море.
Отправились к морю две Иры, две Лены, Катя и Мила. Мила - ласковое от Людмилы. Пунктом назначения был выбран Сочи, город сказочной красоты и неземной жизни. Так, во всяком случае, представлялось нашим милым девушкам. Там, у моря, все ослепительно яркое, совсем не такое, как дома, в нечерноземной полосе, где тоже, кстати сказать, полно своих прелестей. Но эти прелести были свои: куда они денутся? Дождутся - ведь никто не собирался убегать от них, разве что на месяц-другой! Так что никаких обид ревнители местных красот не должны держать на юных красавиц, которым так захотелось морских чудес, пальм, южных звездных ночей и ослепительно-ярких солнечных дней!
Эйфорию предстоящих радостей не снизило даже то обстоятельство, что девушки не смогли достать билеты на один поезд, а самолетом показалось слишком дорого и страшновато. Их прибытие к вожделенному морю растягивалось на три этапа и четыре поезда. Первый этап - два поезда прибывали в Сочи в четверг днем, в первой его половине, разница всего-то в три часа. Этими поездами ехали две Иры и Мила.
28. Владимир — Неудавшийся сценарий 358 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Неудавшийся сценарий

Глава 1
Орехов смотрел в лицо сидящий напротив женщины и чувствовал, как все сильней его обхватывают шершавые руки скуки. Свидание явно не удалось, и он только теряет время и деньги. С этой особой им явно не найти общего языка даже если они тут просидят целый год. Его опыт говорит ему об этом уже целых полчаса. И лишь деликатность не позволяет встать и уйти.
Ладно, решил Орехов, пройдемся еще по последнему кругу и затем уж точно разлетимся в разные стороны.
- Так значит, вы женаты и у вас двое детей? – желчно прозвучал голос женщины.
- Мальчик и девочка, - уточнил Орехов.
- А жена, значит, стерва?
- Кто это вам сказал, я такого не говорил. Прекрасная женщина.
- Тогда не понимаю, зачем я вам нужна, если у вас все так хорошо.
- Все хорошо, - подтвердил Орехов, - а хочется, чтобы было еще лучше. По-моему, естественное желание.
- Вы издеваетесь надо мной? – возмущенно проговорила женщина.
«Я издеваюсь над ней?» - мысленно задал себе тот же вопрос Орехов.
- Даже в мыслях нет. Я говорю то, что есть.
- Но тогда это возмутительно. Вы меня принимаете за проститутку.
«Что за тупое создание, как я это сразу не почувствовал еще при переписке на сайте», - подумал он. - Наоборот, показалась умной и понимающей».
- Ни за какую проститутку я вас не принимаю. Проституток в кафе не водят. С ними ведут себя иначе.
- Что же вы хотите от меня, женатый мужчина?
- У женатых мужчин бывают любовницы. Вещь весьма распространенная в этом мире. С тех пор, как возник брак, так в тот же день появились любовники и любовницы. Вы об этом ничего не знали?
- Не думайте, что я полная дура.
29. Нина Алексеевна Визгина — Летающая во сне 34 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Летающая во сне
Или три блока времени из жизни Анны

За широким окном нового роддома легкий ветерок поигрывал ветвями деревьев, трепыхая недавно распустившейся листвой, не успевшей еще покрыться городской пылью, будто тоже радовался пришедшей летней поре. Закатное солнце ласково заглядывало в окно палаты, подсвечивая жизнерадостным светом чистые, но такие холодные в своей голубизне стены. Комната была рассчитана на двух рожениц. Вдоль стены стояли больничные детские кроватки с новорожденными. В то время, пока младенцы тихо посапывали крошечными носиками, их мамаши спешили использовать временное затишье, чтобы спокойно вздремнуть в наступившей тишине, зная, что и медперсонал не потревожит их в послеполуденный час.

Анна попыталась некоторое время полюбоваться мягким светом, льющимся в открытое окно. Вот уже четвертый день находилась она здесь с новорожденным сыном, но только сегодня природа, наконец, утихомирилась и после грозовых ливней, которыми ознаменовалось начало лета, наступило долгожданное затишье, когда можно было спокойно распахнуть окно, не опасаясь сквозняков и брызг холодного дождя. Вместе с ней поместили в палату юную мамашу Зойку. Девчонке едва исполнилось восемнадцать, и она очень переживала, что у нее родился рыжий-прерыжий мальчуган. То ли потому что Зойка была очень молоденькой и неопытной, то ли грозы выводили ее из равновесия, пребывала соседка все время на взводе, и ребенок у нее постоянно вопил, что было мочи. Аня лишь удивлялась – откуда в маленьком теле рождались рулады такой силы.
30. Владимир Котиков — Убить Время! 1000 знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
http://www.hohmodrom.ru/project.php?prid=122139

*** Иногда очень хочется убить Время только за то, что оно никогда никого
не щадит.(В.Котиков)

*** На то он и Хамелеон, чтобы менять имидж не вылезая из кожи.(В.Котиков)

*** Уверенность в себе в большей мере придаёт человеку силы, чем сила –
уверенности в себе.(В.Котиков)

*** Вдвойне приятно совмещать приятное с приятным.(В.Котиков)

*** Схлопотав удар током, бедный Вольт буквально согнулся в дугу…
«Вольтова дуга!», - пошутил Ампер.(В.Котиков)

*** Деградируешь? Значит – личность.(В.Котиков)

*** Если очень долго гореть желанием, желание может сгореть дотла.(В.Котиков)

*** Легко получить то, что хочешь, если не хотеть того, что не получается.(В.Котиков)

*** Отсутствие царя в голове не возмещается даже титулом самодержца.(В.Котиков)

*** Стремился к Вере, льстил себя Надеждой, жил с Любовью.(В.Котиков)

*** И всё-таки, Земля вертится… по усмотрению тех, кто обвинял
Галилея в ереси.(В.Котиков)
31. Владимир — Последний бастион 513 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


Последний бастион

Посвящается Дине Кирнарской

Глава первая

1

Как всегда после репетиции Княгинин чувствовал себя усталым и опустошенным. А сегодня это ощущение было особенно сильным. Хотя нагрузки были самые обычные, даже немного меньшие, чем всегда. Он закончил минут на пятнадцать раньше, чем удивил своих музыкантов. Его оркестранты привыкли к тому, что он все делает строго по расписанию. Если занятие должно длиться два часа, оно будет длиться ровно два часа. Ни минуты больше, ни минуты меньше. Такой порядок Княгинин завел вскоре после того, как возглавил коллектив. Он считал, что если существует во всем строгая дисциплина, то так легче управлять людьми. Музыканты же народ не самый дисциплинированный в мире, если произведение им нравится, репетировать они могут часами, но только тогда, когда им вздумается, когда есть настроение. Он хорошо это понимает, потому что по природе сам такой. Но они не могут себе позволить подобную расхлябанность, график выступлений и гастролей очень жесткий. Как и конкуренция. Слава богу, они в последнее время, как говорит Струмилин, на коне, приглашения выступить так и сыплются. И не только в своей стране, но почти со всего мира. Иногда у него даже возникает желание отказаться от некоторой их части. Во-первых, это не идет на пользу их игре, не всегда удается до конца отработать произведения, так как хотелось бы ему. А во-вторых, такой напряженный распорядок жизни все же несколько выматывает.
32. Муратов Петр Юрьевич — СКАЗ ПРО РАЗВИТОЙ СОЦИАЛИЗМ (воспоминания о незабываемом периоде... 124 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора

СКАЗ ПРО РАЗВИТОЙ СОЦИАЛИЗМ
(воспоминания о незабываемом периоде истории нашей страны)

Опубликован в мартовском номере литературного журнала "Нева" (№3) за 2017 год http://www.nevajournal.ru/Neva201703_20170207.pdf

Светлой памяти дорогого Леонида Ильича посвящаю...

Самое интересное, что дается человеку — это жизнь. Единственная и неповторимая. Не бывает неинтересных жизней, нужно лишь уметь интересно про них рассказать. «Времена не выбирают, в них живут и умирают…» Поэтому описать свою жизнь – значит описать своё время.
Пишу как представитель поколения, чья юность и молодость пришлась на 70-80-е годы минувшего века. Этот «Сказ» – своего рода попурри из ранее написанного мною, связанное общей фабулой повествования о временах «развито́го социализма» – кульминации существования уникальной страны под названием Советский Союз, эпохи грандиозной фантастической исторической абстракции – «строительства коммунизма под руководством КПСС». Неповторимые времена, отпечатавшиеся в моей памяти стойким ощущением целостности и противоречивости одновременно. Чувствую горячее желание не просто изложить факты, но и немного порассуждать.
Реалии той поры я попытался отразить на фоне колоритных декораций своей малой Родины — славных города Казани и Татарстана. Горбачевскую Перестройку встречал уже в Сибири. Я не старался ни очернить, ни приукрасить — вот так всё и было.

* * *

Казань-Казань… Казань семидесятых-восьмидесятых. Разлитая в воздухе патриархальная провинциальность, приправленная лёгким восточным колоритом.
33. Татьяна Юрина — Рога и копыта 23 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора

Недавно довелось проезжать мимо посёлка, где когда-то работал я участковым. Места там красивые. Тайга кругом. Сейчас только станция голубеет весёленьким колером, серые обветшалые домишки разбежались, присели вдоль линии, как хохлатки на насесте. Живут почти одни старухи, а раньше был посёлок железнодорожников. Счастливое время — молодость, надежды. Казалось, вся жизнь впереди. Правда, посёлок уже тогда начинал разваливаться. Но мне по молодой глупости невдомёк было, отчего это происходит. Думал, может, и счастье найду, осяду здесь, врасту корнями.
Остановился у магазина, купил сигарет. Закурил на крыльце. Смотрю, старуха сидит, колбой торгует.
— Почём колба, бабушка? — спрашиваю.
А она бесцветно посмотрела на меня линялыми глазами, и говорит скрипучим голосом:
— Да и сам-то не мальчик уже, Анатолий Степаныч! Угости сигареткой-то!
— Не мальчик, конечно, — протягиваю пачку, а сам присматриваюсь, кто это меня по имени-отчеству помнит.
Блёклые глаза на испитом лице. Волосы спрятаны под бесформенной вязаной шапкой. Замызганный спортивный костюм, литые из грубой резины сапоги.
— Не узнаёшь, окаянный? А вот я тебя до самой смерти не забуду, — она затянулась и хрипло закашлялась. Морщинистые щёки задрожали, а тусклый взгляд застыл на мне, будто пригвоздил.
— Ольга Петровна, — узнал я…

Тогда, лет пятнадцать назад, едва я приступил к работе, ещё с населением не успел ознакомиться, подъехал ко мне инспектор энергоснабжения. Протянул бумагу:
— Вот, неплательщики. Вы разберитесь с ними, убедите оплатить долги. Через неделю приедем с монтёром и начнём отключать особо злостных задолжников.
34. Уставший Кривич. Каменев — СКРЕПА - СВЯТАЯ БУКВА "Х" 4 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


СКРЕПА – СВЯТАЯ БУКВА «Х»

(чёрный юмор)

ПРЕДИСЛОВИЕ: Гуляют черти по буфету.

Крамольная мысль во сне ко мне в голову словно птица залетела. Зачем мы ищем национальную идею? Она же у нас уже давно с уверенностью можно сказать у каждого в мозгах сидит, а мы из скромности стесняемся об этом говорить.
Не знаю как у других народов, но мы в «гегелях» не нуждаемся. Всякие там организации под видом демократии нам мозги пытаются за***ть. Мы сами как известно с усами кому надо, если потребуется мозги за***ём и глазам не моргнём – трясись планета! Захотим мочой зальём. Говорить не надо на пальцах объясним – понты нам в этом помогают. Фюрер с юности по «фени» на пятёрку ботает – это вам не хухры – мухры – это высший пилотаж блатного лексикона. Есть чем гордиться.
С раннего детства все знают Россия прёт по жизни по особому пути. Не только законы сумасшедшие рожает. Простой алфавит и тот для нас чего – то значит. Он помогает видеть нам то, что другим народам не дано...
Вот возьмём, к примеру букву «Х» - она у нас святая. Замечательная буква её не только на заборе пишут. Она же заглавная буква имени…, но об этом мы не будем говорить, верующие комсомольцы могут обидеться и смысл извратить у них это легко получается. Краснопёрым ничего не стоит заяву написать и незаслуженно человеку жизнь испортить, отправить по этапу вшей кормить.
Не пытайтесь суки – мы страну не отдадим.
35. Дмитрий Небах — Побег за грани 15 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
На улицах города солнце даже ещё и не собиралось вставать, когда на остановке уже собралась армия борцов с утренним сном, как всегда опаздывающих на работу. В этой кромешной тьме, освещаемой фарами проезжающих мимо машин, и свечением ещё не ушедших со своего поста миллиарда сверкающих звезд, с неба подали одна за одной крупицы будущей наледи. Снежные хлопья хоть и сыпались ровно, и не были подгоняемы ноябрьским ветром, но казалось, будто они могут пробраться куда им только захочется: за шиворот, в дамские сумки, в складки одежды, вместе с темнотой и безмятежностью, они не позволяли людям двигаться - превращая их в припорошенные снегом изваяния суровых рабочих будней. Ивану Петровичу же повезло намного меньше, в то время, когда люди только начинали просыпаться и собираться на остановку, он был вынужден добираться туда пешком, пройти медэкспертизу, и сесть за руль знакомого ему до каждого винтика автобуса, что бы развезти этих выспавшихся счастливчиков до их теплых и не очень офисов. Все что грело его в этот момент – это крепкий чай в обжигающем руки граненом стакане, закрепленном на самодельной подставке возле руля. Марфа Петровна уже расхаживала по салону, собирая плату за проезд со случайных пассажиров, подхваченных заботливым Иваном Петровичем по пути на конечную остановку. Собрав деньги с попутчиков, Марфа Петровна подсела к водителю с ежедневным повествованием о своих соседях - наркоманах-гомосексуалах, которые не дают не то что спать, даже дышать спокойно у себя в квартире. Иван Петрович знал, почему она так всеми недовольна, и прекрасно понимал её. Как женщине с её темпераментом и возрастом, можно жить одной?
36. Трубникова Татьяна — Кровать 19 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Кровать

сценарий на 30 минут

Книжка летит вверх, на второй ярус Кровати.
Разбег. Рывок. И вот уже парень лет тринадцати оказывается там же. Внизу спит мальчик лет шести.
Ранее утро. Лучи скользят по полу, обоям, играют на ресницах спящего ребенка. Он открывает глаза. Но не смотрит в окно на чудесное утро, не улыбается, как все дети, пробудившиеся только что. Его взгляд сразу упирается в потолок. Потому что потолком ему служит верхний ярус Кровати.
Его брат читает «Дети капитана Гранта».
- Кит, ты спишь? – спросил младший.
- Нет.
- А что ты делаешь?
- Читаю.
- А почему ты не в школе?
- Сегодня воскресенье. Отстань.
- А можно мне забраться к тебе?
- Нельзя.
- Почему?
- Маленький еще.
- Я хочу к тебе! Ну, можно, а? – заканючил младший.
- Фома, отвали, сказал.
В комнату вошла улыбчивая мама.
- Доброе утро, проказники. Идите завтракать.
- Можно, я еще почитаю, мам?
- Потом, потом. Умываться и за стол.
- Мам, а Кит не дает мне залезть к нему на кровать, - заныл Фома. – И еще позавчера он во дворе играл на деньги.
Старший бросил на него убийственный взгляд.
- Никита, зачем? – помрачнела мама. – Тебе что, есть нечего? Или не одет, не обут?
Кит молчал.
- Мам, ну, можно я заберусь наверх?
- Нет, - ответила мама. – Ты еще мал. Свалишься, не дай бог.
- Ну, ма-а-ам!
- Никаких «мам». Что я тогда буду делать, ты подумал, малыш? Мама будет плакать.
Фома глубоко вздохнул. Нарочно глубоко. Но ничего больше не сказал.
Когда мама вышла, Кит дал брату подзатыльник.
- Ябеда.

Два брата гуляли во дворе. Каждый в своей компании. Кит гонял в футбол и поглядывал на девчонок, которые хихикали на лавочке и косились на мальчишек.
37. Александр — МАМА 15 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Люблю ворошить прошлое. Хотя Костик и ругает меня за это, но ни чего поделать с собой не могу. В любую свободную минуту мысли о прошлом сами лезут в голову, не давая ни сна, ни отдыха. Вспомнится вдруг какой-нибудь случай из жизни, и тут же возникает вопрос: а как бы всё могло получиться, поступи я, или мы с Костиком, в тот момент не так, а иначе? И... понеслось. Улетаю в своих предположениях чёрт-те куда. И правильно Костя(муж мой) говорит - жить надо тем, что есть. А если и думать, то только о том, что будет, а не оглядываться назад, тем самым лишний раз трепать себе нервы. А ещё, говорит он, своё будущее нужно строить. Дескать, когда думаешь о том, что предстоит делать или сделать, то эмоционально программируешь положительный результат. Да и себя настраиваешь на удачу. Я, конечно, понимаю, что слова, как и мысли - материальны. Знаю и верю в то, что вокруг нас существует мировое энергетическое информационное поле. Но, вот, не получается у меня так! Хоть ты что со мной делай!
Много лет после смерти мамы, да и отца тоже, а он погиб буквально вслед за ней, мне не даёт покоя одна ситуация, которая создалась ещё при их жизни. Впрочем, и сама ситуация была создана ими же. Да и развивалась, судя по всему, по их сценарию. Я всю голову себе сломала по этому поводу. Крутила, вертела поступок мамы и так, и этак, но понять философию её поступка, так и не смогла. Во всяком случае - до последнего времени не могла.
Вы только не подумайте, что я тупая какая-нибудь, или того хуже – дура деревенская. С моими-то двумя образованиями, причём одно из них с красным дипломом, я вполне могла сделать приличную карьеру. Да видать – не то на роду написано.
38. Владимир Звениградский — Слезы запоздалые... 5 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Компания выдалась отменная. Мы классом собрались у меня. Стоял октябрь.
- Раньше, помню, в это время в школу меня одевала мама потеплее, - сказал Пётр Иванович, профессор права, а в школе мы его звали Ледышкой. Почему, никто не помнит, но кажется так его назвала первая наша учительница, когда водила на экскурсию на ледзавод.
- Тебе не нужно тепло, ты растаешь, - засмеялся Витька Егоров, но его никто не поддержал, потому что по телевизору сообщали итоги выборов в президенты.
- Да ладно, вам, результаты известны, правда Хорек?
Это к Хореву Сергею Геннадьевичу. Он айтишник, и соображал в компьютерных программах.
Ещё за столом сидели наши женщины, одноклассницы. Приличные на вид тёти, говорили о каком-то новом салате из огурцов и баклажанов. Смешно. Нового уже не изобретешь в еде. Но это лишь повод.
- Витька-то пополнел, никогда не думала, что Егоров станет солидным кандидатом наук, - заметила Карпова Вера. Её звали Карпухой. В школе. 60 лет назад.
- А Петька не зазнался, он мне помог, когда стаж посчитали на пенсию неправильно. Да ещё потому, что я в Узбекистане проработала всю жизнь, а там не как здесь! – сказала Зотова, она пополнела и стала вдовой. Её муж узбек утонул в Сырдарье. Говорят, там невозможно утонуть, мелкая река. Не знаю они жили в Ташкенте.
Все говорили. Все смеялись, встретившись вместе. Наверное, это была радость, что остались живы и собрались, что казалось немыслимым.
Об этом и сказал Пётр Иванович, который открыл встречу. Он перенес инфаркт и как-то осторожничал во всём.
39. Уставший Кривич. Каменев — ИСКУШЕНИЕ 9 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


ИСКУШЕНИЕ

(поверхностный взгляд, погруженный в глубину)

…любовь – это мёд, в котором слишком силён привкус пепла.

Юкио Мисима «Маркиза де Сад»

Вера вообще-то дело серьёзное, если, конечно, хочется верить. Но на мой примитивный взгляд как бы там не страдали религиозные люди, как бы не пытались мучениками себя представить, но им жить намного легче на этой грешной земле, чем нам, неверующим.
Они же верят, что всё от бога, а если что-то не понимаешь, то это тебя и касаться не должно, ведь самое важное верить, осанну возносить, глядя в небеса.
Нам, людям, для которых природа не пустые слова, приходится намного сложней. Мы понимаем, что вначале было не слово, а амёба – пардон – это слишком примитивно. Всё же амёба – это уже живой организм, а наши общие предки: архея и бактерия, которые до сих пор на земле живут везде в количестве несметном. И путём эволюции, из них пройдя, через тысячи комбинаций от простейшего организма к сложному появился человек. По-научному: Homo sapiens.
Где-то прочитал, что учёным задуматься пора, кто для кого на планете существует: бактерии для человека, без которых он жить не может, или человек для бактерий, словно «инкубатор», чтоб в случае Армагеддона, разумная жизнь на планете не погибла.
Всё перемешалось в доме «Обломова». И комбинация организмов из которых родился человек. За сотни миллионов лет он впитал в себя все чудеса природы...
40. Лилия Куликова — Рассказы Лилии Куликовой 65 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
«Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие моё.…яко беззаконие моё аз знаю, и грех мой предо мною есть выну.»

Сомнение - тяжкий грех. Невероятное количество информации, превращенное в качество Души, в результате этого греха превращает огромный прошлый опыт буквально в ноль и заставляет тебя всё начинать с самого начала тогда, когда ты уже собрался расслабиться и начать почивать на лаврах.
Можно идти из жизни в жизнь уверенно и верить в то, что ты избрал единственно верный путь и вдруг появляется маленький червячок, который начинает изнутри тебя точить и превращает прекрасное расположение духа и уверенность в себе в тяжелейшую депрессию с чувством безысходности и безнадёжности. Тоска. Мучение. Путь в Никуда.
Но именно это является великим отправным моментом в обогащении Души новым качеством, благодаря Сомнению и переоценке своего опыта открывается новое Знание.

ПУТЬ.

«Имя Тебе - Любовь: не отвергни меня заблуждающегося»
Молитва Святому праведному Иоанну Кронштадскому

Эти записи написаны в состоянии большого Сомнения: нужна ли эта информация, которую предоставил мне Бог, другим людям, имею ли я право передавать её, если она была предоставлена только мне. Если Господь сочтёт нужным, то, когда – нибудь, она откроется и остальным людям, ведь частицы этой информации в разных вариантах уже открыты, но по-разному интерпретированы, в зависимости от восприятия человеком. Не наврежу ли я этой информацией другим людям?
41. Быков Юрий Анатольевич — Шерстов. Жизнь 98 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


1
Утреннее поле лежало в запахе сырости и тишине, про которую говорят «звонкая».
Впрочем, в природе такой тишины не бывает. А случается она внутри человека, когда вдруг появляются неведомые ему раньше мысли, и он, пораженный тем, например, что мир огромен и бесконечно глух к населяющим его людям такой вот, как сейчас, тишиной, перестает слышать звучание птиц, шорох ветерка…
Костя Шерстов, замерев в окопе перед первой своей атакой, тоже ничего не слышал. Охваченный тишиной, он явственно чувствовал притаившуюся за бруствером смерть и до мольбы желал только одного: если погибнет, пусть этот необъятный, безразличный к человечеству мир вберет его в себя, сделает травинкой, камнем, бабочкой – лишь бы не исчезнуть навсегда.
Потом внезапно колыхнулся воздух, вздрогнули поле, небо. Тишина с воем рухнула, и Костя понял, что началась артподготовка. Он покосился вправо. Полунин и Голубев напряженно смотрели вперед, как и все те, кому предстояло бежать к краю этого поля – навстречу смерти ли? боли? удачи ли? Каждый знал, что чем мощней и длительней обстрел, тем меньше у атакующих потерь, а потому все мысли пехоты были устремлены к артиллеристам.
Отухалась, отвылась, отсодрогалась над землей ярость пушек, и залязгали по полю танки.
«В атаку! Вперед!» - раздалось где-то вдалеке, и совсем рядом возник голос лейтенанта Бурцева: «Второй взвод! В атаку! За мной!» Что-то холодное проскользнуло от сердца в ноги, и они стали непослушными. Полунин и Голубев уже находились в нескольких метрах от бруствера, а Костя все никак не мог выбраться из окопа. Сашка Полунин обернулся, кинулся назад и протянул ему руку.
42. Владимир — Пыль на зеркале 415 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
П Ы Л Ь Н А З Е Р К А Л Е

"Земную жизнь, пройдя до половины, я очутился в сумрачном
лесу."
Данте

I
Лето выдалось необычно дождливым, каждый день начинался и кончался ливнем, солнце лишь изредка выглядывало из-за туч и тут же снова скрывалось за мрачными облаками.
Когда Дмитрий достал из почтового ящика красивый конверт и извлек из него необычайно учтивое письмо, в котором Церковь Всеобщего Единения приглашало его отправиться на религиозный семинар в Крым, то первое желание, что у него возникло, - это выбросить приглашение в мусоропровод. Ехать туда он не собирался, хотя бы по одной причине - ему просто нечего там делать. И все же откуда им известен его адрес? И тут же вспомнил, что собственной рукой вписал его в блокнот Питеру.
" А все-таки они умело работают - эти ловцы человеческих душ, - подумал он. - Ведь у него с ними не было никаких серьезных контактов, случайно оказался на их мероприятии и тиснул об этом малюсенькую заметку. И вот они его уже записали в свой актив, приглашают на семинар. Ну, черт с ними".
Однако вечером с дачи неожиданно приехали жена с дочерью, и он переменил решение. К удивлению Дмитрия, Валентина не только одобрила его намерение принять приглашение, но даже вполне искренне обрадовалась тому, что в такие нелегкие времена ему выдалась возможность "бесплатно прокатиться к морю".
Через несколько дней они отправились на вокзал. Они стояли на платформе, жена давала ему последние указания, он же, наблюдая за вокзальной толчеей, почти не слушал ее. Мимо него шли люди, которые словно бурлаки тащили за собой гигантские баулы и чемоданы.
43. Наталья Ветрова — 117 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Новый год на четвертом курсе.

I.
За стеной в соседней комнате крутили одну и ту же пленку. Чуть хриплый мужской голос пел и пел, внося приятную отрешенность. Слушатели млели, приняв расслабленные позы. Очень необходимое состояние в отдельные моменты зачетной недели. Столько тревог и забот, а впереди Новый год, каких-то еще пять дней и... не успеешь глазом моргнуть, как наступят еще более сильные треволнения - экзаменационная сессия! Сказочный праздник в окружении зубрежки и трясучки. Провести его надо на должном уровне. "На очень должном!" - не уставал подчеркивать Гусев, главный инициатор данного предновогоднего сборища.
За стеной - приятно щемящие душу мелодии, за окном - поздний зимний вечер с кружением снежинок в свете фонаря, в комнате - розовый полумрак. Горит лишь настольная лампа под розовым в цветочек абажуром. Такое ощущение, что канули в небытие эти предстоящие пять дней, что Новый год - вот он! Еще полчаса, час - и слетит с них все обыденное, скучное. В какой-то момент в комнате стало тихо, совсем тихо, той тишиной, что наступает в стенах общежития лишь где-то к середине ночи.
За стеной сменилась мелодия; Гусев выбрался на середину комнаты, томно изогнулся, картинно сладострастно прикрыл глаза и закачался, плавно изгибаясь, задрав мотающиеся руки кверху.
- Ну, что, шпиндрики! - не открывая глаз, воскликнул он, - Так и будем переваривать прошедший зачет? Дождетесь, налетят девицы, и уж тогда точно, ни до чего не договоримся! А ведь послезавтра опять зачет!
- Заладил, зачет-зачет!
44. Евгений Добрушин — Правдивая история 9 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
"На воре шапка горит!"
(народная мудрость)


"Официальный" еврей у нас в классе был только я один. У меня сложилось такое впечатление, что, вообще, во всей школе больше евреев не было. Те немногие училки, которые принадлежали к "категории лиц..." эту свою категорию так скрывали, так старательно обходили эту тему, что никакой защиты с их стороны быть не могло. Так что все "шишки" сыпались исключительно на меня. Меня "травили" регулярно и основательно. Я дрался, уходил, снова дрался, и конца и краю этому концлагерю видно не было. Кончилось это тем, что я ушел из своей школы в другую, в которой преподавал мой отец, после чего, в течение последующих двух лет, более или менее "приходил в себя". Но эта история случилась в той, мною проклятой на веки веков школы номер 167 Смольнинского района города Ленинграда.
В нашем седьмом "б" классе был мальчик. Звали его Сережа Петраков. Он был вполне неплохой парнишка, но со мной, почему-то, не дружил. Когда меня дразнили и били подонки-антисемиты, он либо стоял в стороне, либо делал вид, что их поддерживает. Так, за компанию. С ними со всеми у него были прекрасные отношения. А кличка у него была "Петруча" - переделанное из "Петраков".
И вот однажды на уроке литературы мы проходили стихотворение одного американского поэта-негра, или, как принято сейчас говорить на политкорректном языке - "афроамериканца". Он писал про жизнь бедного гарлемского ребенка, который голодал, холодал, был нищ и бос. Там были такие строчки:
"Жил мальчонка Джонни.
Знаете его?
Не было у Джонни
Ровно ничего".
45. Владимир Партолин — Провал «Миссии бин» 188 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Если бы не топинамбур и не местная ягода, зиму не пережили бы. Тянули на одном пюре с киселем, а под Рождество прапорщик Лебедько упросил меня построить и отвести роту на дальнее от лагеря поле. Срубил саперкой не убранный подсолнечник, сгреб снег и выкопал клубень. На вид — банан, только с одного конца — юбочка в сеточку, с другого — пузырь с цветочками внутри.

— Цветы называли «анютиными глазками», ягоду — «оскоминой», — пояснил Лебедько. — Мы с Батей, Францем Аскольдовичем, — земля ему пухом, — в голод ели, только она и спасала.

Оскомина — ягода удивительная, сыграла немалую роль в моих злоключениях. Вот сижу, пишу о том. Мне, одному в четырех стенах гауптвахты, делать все равно нечего. Рапорт, поданный мной сразу после ареста, у начальства вызвал, мне рассказали, скептические усмешки. Но это до поры до времени — все скоро прояснится, и поверить придется.

* * *

Лагерь я приказал разбить на ратушной площади. Казарму, тир, госпиталь, столовую и гальюн обмазали глиной — эти блок-модули с ротного ветролета нам, забрав оружие, на острове оставили, но одни «стены» без оборудования и брони. Взять что в хижинах погибших крестьян я морпехам запретил, а зря: на девять дней пришли поселяне соседней деревни Мирное и забрали всю обстановку, утварь и одежду.

Перезимовали на солдатском батоне, спецназовских сливках и флотских макаронах, а по весне я вывел роту в поле сеять. Это событие Лебедько отметил в своем трактате с названием «Сельскохозяйственная деятельность спецназа морской пехоты ОВМР на острове Монтекристо».
46. bena — Хозяйка 30 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
ХОЗЯЙКА

Крысы - одни из самых высокоинтеллектуальных животных. Взрослая крыса по умственному развитию соответствует пятилетнему человеку. Кроме того, геном крысы очень близок по своей структуре геному человека. Крысы, единственные среди грызунов, умеют улыбаться.

Дело было летом в порту Эгерсунд в Норвегии. Примерно через час после того, как судно принайтовили к причалу, по носовому канату на берег пошла «хозяйка»- крыса размером с кота. Она двигалась не торопясь, сохраняя достоинство. Боцман Жора только на секунду замер глядя на это шествие, потом вырвал у кого-то из матросов швабру и помчался ей наперерез. Он успел ещё до того, как «хозяйка» достигла берега. И крыса, и Жора замерли, глядя друг на друга. Возможно, крыса любовалась отблесками вечерней зари на Жориной загорелой лысине, во всяком случае, он потом рассказывал, что его словно парализовал мертвенный взгляд «хозяйки».
– И никакого испуга - рассказывал он позже - смотрит на меня сволочь своими акульими глазками и улыбается. Смешно ей гадине. Я её шваброй ширяю, но она и на шажок не отступает. Потом прыгнула прямо мне на лысину, а оттуда на пирс и скрылась в вентиляционной отдушине. Жора только крикнул
– Ах ты падлюка! - Он провел рукой по лысине ощупывая две кровоточащие борозды и добавил вдогонку обиженно - Тварь вонючая. Судовая врачиха, на всякий случай, обработала царапины йодом, потом спросила
– Может тебя поколоть от бешенства? Вдруг это след от зубов.
- Нет уж, спасибо - испугался Жора - лучше сто грамм спирта налей, как пострадавшему за общее дело. Врачиха показала ему фигу. На этом лечение закончилось. Жора думал по дороге в свою каюту
47. Владимир — 312 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ МОЕГО МУЖА

1.
Случаются ли такие совпадения? Но если они случились, значит случаются. Но уж точно не чаще, чем раз в жизни. И то далеко не в каждой жизни. А вот в моей это произошло. Я стояла и не знала, что делать, как поступить.
Впрочем, вижу, вам не нравится стиль моего изложения, уж больно все не понятно, туманно. Хорошо, попробую рассказать все по порядку. С некоторых пор я предполагала, что это может случиться, я имею в виду одно из двух совпадений. Про второе у меня даже и мыслей не было. Не верила в такую возможность, уж слишком невероятной она мне казалась. Итак, про первое совпадение. Претендентов занять эту должность было достаточно, я сама могу составить весьма длинный список ни на одну страничку из более достойных, чем я кандидатур. Хотя кое-какие приметы, что все же выбор падет на меня, имелись. Сергей, точнее Сергей Вадимович Гороховский вдруг стал вести со мной довольно странные разговоры. Сначала я недоумевала, затем кое-какие догадки стали проникать в мой не натренированный долгими размышлениями женский мозг. И все же я до самого финиша не позволяла себе верить в такую лучезарную перспективу. Я давно взяла себе за правила: обнадежишь себя в чем-то, потом это не происходит, начинаешь расстраиваться. А зачем мне лишние расстройства, без них жизнь куда приятней. Еще в юности один мудрый (или он мне тогда таким казался) человек однажды мне сказал: чем меньше надеешься, тем больше получаешь. Счастье не в том, чтобы иметь много, а в том, чтобы иметь всегда чуть-чуть больше, чем хочется обладать.
48. Лариса Вчерашнюк — Манок для чуда 16 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Был густой теплый июньский вечер. Сережа и Илья, уставшие от собственной беготни и шума, притихли в своем «птичьем домике», который им давно смастерил дед Тимофей – дедушка Сережи – двенадцатилетнего белобрысого сорвиголовы. Илья – закадычный друг Сережи, был принят здесь, как свой. Мальчики, активные, шустрые, с бьющей через край фантазией, после учебного года наверстывали в Бобриках упущенное! Это не город – река, лес, луга заливные! Сколько хочешь бегай, кричи, шали, спи – от благодатной усталости, а не по приказу! Родители с их вездесущим контролем и назиданиями – в душном городе, далеко, за много миль, а здесь – только дед Тимофей. Три месяца назад схоронил дед Тимофей свою верную подругу-жену – бабку Лиду. Замолк, закрылся в себе, уходить куда-то на целый день начал! А то и ночью со двора идет. Соседка, бабка Варвара, охала да приговаривала, когда приносила сорванцам то блинов со сметаной, то творожка свежего, то картошечки вареной ароматной - Я-то плохо сплю, старая уже, не спиться, вот и вижу все, наблюдаю, – скороговоркой тараторила бабка Варвара. - Я ему днем еды принесу, как-никак дальние родственники, с Лидушкой душа в душу, по-соседски хорошо жили. Помирала, просила за дедом присмотреть.

Родители обоих мальчиков, зная добрую душу бабки Варвары, с чистой совестью оставили мальчишек под ее сердечной заботой на все лето.

- Да и отцу не так одиноко будет! – говорила Полина, мать Сережи. – Не дадут ему одиночествовать, совсем в тоску упасть.

Уезжая, она оставила бабке Варваре денег– за свежий творожок, парное молоко, фрукты-овощи и другую заботу (постирать, лобики пощупать – не горячие ли).
49. Руслан Герасимов — Юлиан Цибулька, или Незадавшееся сватовство 102 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Однакож, что ни говори, а как-то даже делается страшно, как хорошенько подумаешь об этом. На всю жизнь, на весь век, как бы то ни было, связать себя и уж после ни отговорки, ни раскаянья, ничего, ничего — всё кончено, всё сделано. Уж вот даже и теперь назад никак нельзя попятиться: чрез минуту и под венец; уйти даже нельзя — там уж и карета, и всё стоит в готовности. А будто в самом деле нельзя уйти? Как же, натурально нельзя: там в дверях и везде стоят люди; ну, спросят: зачем? Нельзя, нет. А вот окно открыто; что, если бы в окно? Нет, нельзя; как же, и неприлично, да и высоко. (Подходит к окну). Ну, ещё не так высоко, только один фундамент, да и тот низенький. — Ну, нет, как же, со мной даже нет картуза. Как же без шляпы? Неловко. А неужто, однакоже, нельзя без шляпы? А что, если бы попробовать — а?

Н. В. Гоголь "Женитьба"


Здравствуй, драгоценный мой читатель. Случалось ли тебе бывать на Украине, а именно в западной её части, а именно на Галичине? Благословенный Богом край! Кажется, щедрость природы, её непреодолимая сила и неисповедимое многообразие, разлились здесь в полной мере, если не с излишком. Здесь есть всё – всё, что любезно и приятно для беспокойного ока путешественника, щекочущее его нерв познания, застоявшийся в непрестанном ожидании новых потрясений; здесь есть всё – всё, что мило и привлекательно для лирично вскормленных пошлостью бульварного романа, прелесть как смазливых и чудно' сколь глупых молоденьких барышень,
50. Nina Sadur — Что-то откроется 30 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Петров мчался по горячей улице. Его слегка поташнивало – вначале самолёт, потом автобус из аэропорта. Рубашка на Петрове намокла – он мчался так, как будто опаздывает. "Я опаздываю на самолёт!" – услужливо мелькнуло в мозгу.
Нет, друг, ты только что с самолёта. Ты никуда не опаздываешь. В этом городе тебе некуда опоздать. Тогда куда же я так бегу?
Но Петров, наоборот, мчался всё быстрее, так, что уже начал немного задыхаться, и к тому же он всё время смотрел вниз, под ноги.
Петров мчался и смотрел под ноги, его поташнивало, а в голове его бренчала мысль, что всего этого не может быть.
Нужен смысл. Смысл – это всё равно, что план. Или адрес. Тогда – могилы! "Ура! Я приехал навестить могилы!" Вот адрес и смысл. Нет, всё-таки немного не так. Могилу трудно передвинуть. А адрес можно. Но, с другой стороны, живого человека можно потерять, а мёртвого уже никогда, мёртвый не меняет могилу, а живой – о, да. Мёртвый. когда умрёт, то со временем либо проясняется, приживляется к вашему сердцу, или же, наоборот – стирается бесследно. Других вариантов не бывает.
В том-то и дело, что этого не может быть. Петров так и не смог свернуть на остановку 24-го автобуса, который шёл на кладбище. Петров как взял разбег от автовокзала, так и мчался вперёд, по Красному проспекту, и сердце Петрова бешено колотилось.
Впрочем, походка у него была вполне деловая. Можно было подумать, что это житель города спешит по делам…
Нельзя. Неуловимый налёт столичной жизни за пятнадцать лет въелся, поди… Да нет, можно, можно принять тебя за жителя этого города! Но даже если нет, никто не смотрит!
51. Евгений Угрюмов — 14 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора

Сказка про Ах-какую-прелесть, Водяника, Лягушку и птицу Сирин

Давным-давно, когда в речках не только рыбы и лягушки плавали, но и речные лошадки водились, а в лесу не только зайцы и ёжики жили, но и чудесная птица Сирин на ветке дуба сидела… да ты, наверное, и не знаешь, что это за птица такая - Сирин? У птицы Сирин, как и у коварной Сирены, лицо человеческое, а песни она поёт дивные, и стоит человеку только раз их услышать, он тут же становится счастливым.
Так вот там и тогда жила девочка, такая красивая, что люди, встретив её где-нибудь на прогулке, скажем, не могли не улыбнуться и не сказать «Ах, какая пре-лесть», а рыбы, лягушки и водяные лошадки, когда Ах-Какая-Прелесть сидела на бе-режку, выпрыгивали из воды, чтоб поглазеть на красоту.
Там, на бережку, приметил её Водяник и размечтался: «Вот бы мне такую жену».
И так он размечтался, что даже перестал хлопать по воде ладошкой и пугать этим людей, перестал ломать плотины и мельницы, перестал утаскивать в свою глубину купальщиков, перестал кататься на общественных быках и лошадях, и ещё много-много чего перестал, но зато теперь, к каждому приходу Ах-Какой-Прелести, клал он на бе-режок, на травку, то букетик нежных и жёлтых болотных ирисов, то ветку розового багульника, а то и целую горсть разноцветных ракушек и только и ждал случая, когда на бережку появится Ах-Какая-Прелесть, чтоб из тайника в камышах смотреть на неё и любоваться. Показываться ей он не смел, потому что был уж очень некрасив: глаза у него были выпучены, как у лягушки и, как у лягушки, между пальцами, на руках и на ногах были перепонки. Нос был длиной чуть поменьше, чем клюв у журавля, а в зелё-ной бороде запутались водоросли, рачки и раки.
Ах-Какая-Прелесть никак не могла представить себе, кто бы это мог дарить такие приятные подарки и перебирала в уме всех женихов, которые хотели за неё свататься и перебирала бы ещё долго, если бы не подскакала к ней однажды лягушка и не сказала,
52. Игорь Бурдонов — ЛУН ХУ ЦЗЫ. КУНЬ ЭЙ 51 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


ЛУН ХУ ЦЗЫ
КУНЬ ЭЙ


ПРЕДИСЛОВИЕ

Учитель Лун родился в княжестве Ау, в волости Банпин, в селении Воуи. Его предок был гунцем по имени Лун Даншу. У Даншу родился Е Жэ, у Е Жэ родился Зулян И. Уже в немолодых летах И в нарушение обычая женился на девушке из рода Кань. Жена И молилась у горы Лицюшань и после родила сына – Лун Ху цзы. Так на двадцать втором году правления муского Нян-гуна появился на свет учитель Лун.
Когда учитель Лун родился, у него на макушке головы обнаружили впадину и поэтому его назвали Гу («Долина»). Его детское имя – Шу-ин, поскольку он был третьим из братьев, второе имя – Ху (тигр), фамилия – Лун (дракон).
В детском возрасте Лун Ху-цзы любил играть, обычно он расставлял винные сосуды, деревянные раскрашенные фигурки танцовщиц и письменные принадлежности, представляя весёлое собрание сочинителей стихов.
В юности учитель Лун был беден и занимал низкое положение. Когда повзрослел, стал летописцем в клане Ози. Он обычно записывал всё подряд. Потом он покинул княжество Ау, перебрался в Пун и Малое Рэй. Однако и там он оказался в тяжёлом положении из-за столкновений с княжествами Сэнь и Тай и вынужден был вновь вернуться в Ау.
Лун Ху-цзы был ростом шесть чи и девять цуней, его называли коротышкой, он был совсем не заметен за другими людьми.
Из Ау учитель Лун отправился в столицу У, чтобы стать учеником знаменитого поэта Фао Ханя. На прощание Фао Хань пропел: «龍虎子– 聋忽锱» – “Лун Ху цзы – лун ху цзы ”, что значит «Учитель Лун – тёмная смутная мелочь».
У самого учителя Луна совсем не было учеников, только Синий, Печальный и Квадратный. Так что непонятно, почему его называют учителем Луном.
53. Владимир — 783 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора

Рай

Познание горько: кто глубже всех познал,
Тот плачет над роковой истиной –
Древо познания не есть древо жизни.
Лорд Байрон

Из-за того, что истина нам кажется такой
невероятной, мы избегаем ее познание
Гераклит


Настоящий путь открытий не в поиске
новых пейзажей, а в приобретение новых
глаз
Марсель Пруст

Часть первая
Глава 1
Это был самый печальный год моей жизни, год крушения всех моих надежд. Все началось с развода. Наш брак с Мариной давно шел к своему краху, хотя я все же до самого последнего момента надеялся на то, что каким-то чудом удастся сохранить этот союз. Но то, что должно случится, непременно случится, и она подала на развод. Ни уговоры, ни мольбы, ни обещания ничего не действовали, она была непреклонна, как уверенный в своей правоте инквизитор, и довела это дело до логического финала.
Для меня это был не просто крах моей семейной жизни, это был крах самих ее основ. Моя любовь к жене однажды вспыхнула, как факел, и с тех пор накал пламени ничуть не ослабел. Но если в начале жар огня воспламенял и ее, то со временем она загоралась от него все меньше и меньше. Было много причин, почему это происходило, но я не стану их тут препарировать, подобно патологоанатому заниматься их вскрытием.
54. Сергей Михайлович Шведов — 15 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
ЖИЗНЬ В КРЕДИТ ДО СВЕТОПРЕСТАВЛЕНИЯ

Только что увязали снопы и сложили их на телегу, как за лесом, к которому примыкало жниво, послышалось надсадное жужжание. Хозяйка приложила руку козырьком ко лбу и взглянула на небо:
-- Вчерась видела большущего такого шершня. С цельного орла будет. Кружит над домом и жужжит. Чего это?
-- Знамо дело -- нечистая сила, -- ответил хозяин, подтягивая подпругу на коне.
-- Ты бы что-то сделал, хозяин. А то нечистая сила на нас беду накличет.
-- Наш малец пробовал прогнать. Его из лука не сни-мешь -- стрелы отскакивают. Железный, не живой. Нечисть, короче.
-- Жужжит и жужжит, аж душу выматывает. А кто там на телеге к нам? -- перевела взгляд на дорогу хозяйка. -- Может, злыдень тот летучий уже беду накликал?
Хозяин всмотрелся вдаль.
-- Так то ж Ерофеич. Слава богу, не забыл нас. Целый месяц ждал.
-- А на кой он тебе?
-- Подсвинаки вон уже какие! Давно холостить пора, а то сало будет вонючее да жесткое.

* * *

Ерофеич был местным коновалом. Хаты не имел, а жил по чужим хозяйствам. Да и где коновалу со своим хо-зяйством управиться! То оттуда, то отсюда зовут -- у кого конь в ножной хвори, у кого кобыла хомутом шею стерла, а то еще жеребенок ногу сломал, по свинье рожа пошла, корова закашляла, куры дохнут, кролики ушами скорбят, да мало ли еще чего по скотине пойдет в хозяйстве. Своим домом коновалу жить не с руки -- отмахай за день на телеге верст за пятьдесят да еще с грузом.
Пустым коновал не ездит. Может поросят подвезти иному хозяину, и телочку кому подобрать, чтобы молока давала побольше, да корму ела бы поменьше. А то еще из кузни серпы перед жатвой хозяевам позарез нужны, да косы перед косовицей. И денег за услугу берет самую ма-лость -- только на лекарства и свой лекарский ин-струмент, копейки малые. Да и в каком хозяйстве более трех рублей свободных денег скопится? Может и погодить с оплатой до будущего урожая. Потому как бо-быль, некого ему кормить.
55. Эльвира — Цена жизни 6 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
В тот день, когда врач вынес мне «приговор», в котором говорилось что мне осталось жить не больше двух, трех месяцев, внутри меня погибло все. Все чувства, мысли, мечты, все исчезло. Все то, что делало меня жизнерадостным, веселым человеком испарилось в одно мгновение.
Врач предложил мне остаться в клинике, но я не видела смысла в этом. Какая разница, где пройдут мои последние дни?
Выйдя из больницы, я направилась к остановке. На дворе стоял ноябрь и пошел первый снег. Небольшие хлопья снега падали на землю. На улице уже стемнело, зажглись фонари, но я не обращала на это внимания. Я лишилась каких - либо мысли кроме той, что моя смерть близка. Оборачиваясь на прохожих, я завидовала им. Им еще жить и жить, а вот мне - нет. Как я хотела оказаться на их месте, у меня было столько планов, столько всего нужно было сделать. А эти люди, которые мне встречались, прожигали свою жизнь с сигаретой и банкой пива в руках.
Придя домой, я сразу же направилась в свою комнату. Когда меня начали мучить тошнота и постоянные головные боли, родители настояли на том, чтобы я переехала к ним на время. Кто мог знать, что времени осталось так мало. Только тогда, когда я легла на кровать, из моих глаз покатились слезы. Наверно я только сейчас осознала всю ситуацию. Родителей дома не было, мама просила позвонить сразу из больницы, но у меня не хватало смелости рассказать.
Что теперь будет с мамой и папой? С друзьями? С моим попугаем? Я думала обо всех, кроме себя. А зачем? Я скоро умру, меня не будет на этом свете. Мир от этого не перестанет двигаться, а вот родным будет тяжело.
56. Сергей — Вега 14 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Вега.
Ночные огни большого города всегда можно назвать величественными, но таковыми они являются не для всех. Только на человека не привычного, приезжего они способны произвести некое восторженное впечатление, которое быстро померкнет, если оставаться достаточно долго в сетях Мегаполиса. Но самое интересное то, что человек способен привыкать к тому, о чем совсем ещё недавно думал как о сказке, детской забаве, о чем-то совершенно нереальном, порою даже глупом. И какова эта сказка, хорошая или плохая, тут уж решает каждый сам для себя, начиная превращать ее в явь. Когда она перестает быть только словами, расплывчатым сюжетом, показанным в забытой телепередаче, мы уже ничем не управляем. Вскоре не остаётся в ней загадки: все становиться беспредельно просто и ясно, доступное даже ребёнку. И внезапно настает момент, когда ты сам для себя обнаруживаешь, что дорожишь и постоянно думаешь о тех ценностях, которые насильно, под общим жужжанием коллективного разума, планомерно шаг за шагом втискивали в твою голову. Но как это происходит – невозможно заметить, нет жесткого применения силы или грубой навязчивости. Нет, ничего этого нет. Просто сами люди, идущие тебе на встречу по бесконечно шумным тротуарам, всем своим видом выражают холодную тайну, они словно манят тебя войти в их безликие ряды, стать одним из них и, нацепив такую же маску морозной важности, бежать вперед, постоянно опаздывая и, все равно, никуда не успевая. Хотя каждый из них знает, что и спешить ему особо некуда, да и незачем.
57. Лариса Вчерашнюк — Вверх по реке любви 7 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Вышел я однажды ночью – собака лаяла, не переставая! – да и чего – спрашивали потом – не страшно, дед? А мне, деду-то столетнему, как может быть страшно? Молодые удивляются – дед, ты чего в драки лезешь, забьют ведь, ты куда коня останавливать или собак разгонять… А я молча делаю свое дело – кулаком заеду насильнику промеж глаз – сухоньким таким кулаком, тот и падает навзничь. Коня за узду – свечкой стоит, а дальше ни на сантиметр не сдвинется. Собаки в стороны разбегаются, зажав куски шерсти между зубами и воя на меня со стороны. Молодухи хитро посматривают – дед, а может, ты и не дед? Али пьешь чего? Нюхают – да ничего вынюхать не могут.

Давно я здесь живу, с пенсии. Продал квартиру в городе, купил заброшенный дом в этой деревеньке – и забыл, что есть сапоги. Ноги долго отходили от тисков кожаных модных-брендовых – вспоминали, что есть земля – теплая, родная, исцеляющая. А печка – как же без печки? Отлежался, накряхтелся, бока запек-запарился, баня – выгнала мазуты асфальтовые. Эх, задышал! Грудь расправилась, борода – лопатой – хоть седая, да лес можно рубить… И стал я тут своим, обжился. К кузнецу пошел – обучаться. Тот смеялся – не поздновато ли? А я ему – деньги в усы. Ладно, говорит, но будет все из рук валиться – выгоню… Не выгнал – руки окрепли, дело веселое делая. Эх, хорошо при огне-жаре… Чего мы только с Архипом-кузнецом не ковали! Что подковы? Что заборы? Подружились – споро дело пошло! Приезжали из города за красотой металлической – таких узорных ворот сыскать больше нигде не могли. Да что за диво – без замка вроде, а чужак ни один открыть не может.
58. Владимир Звениградский — Пытка 7 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
- Ой!
Мы развернулись на это "Ой!". Ася уже рассматривала свою ногу. В правой руке у нее был чайник с кипятком. Левой она держалась за открытую дверь летней кухни.
Мы сидели в метрах четырех от нее у стены дома за большим летним столом. Вера Краснова, самая глазастая в нашем классе (с последней парты она узревала, какую оценку учитель выводил в журнале), закричала:
- Да ей же ногу проткнуло твоим гвоздем, Мишка!
Я подскочил к Асе в два прыжка и нагнулся. Гвоздь солидно продырявил носок тапочка, но крови на ржавом остряке не было.
Потом уж, когда Ася освободила ногу от неожиданного капкана в виде перевернутой доски, выяснилось, что гвоздь прошел между большим и вторым пальцами. Но одноклассница напустилась на меня:
- Чего ты разбросал деревяшки с гвоздями по двору? А если бы проткнуло? До ближайшей больницы не доберешься из твоих степей!
- Ладно тебе, не кричи - не жена, - сказал я. - Вон Ленка сидит и молчит.
Ленка смотрела на закат.
- Вот и повезло, что не жена, - не остыла еще Ася, - ни пылинки не было бы на дворе. Эх, как был безалаберным, так и остался.
Все засмеялись, так говорила наша классная.
40 лет прошло после выпускного. И вот, под старость, решили у меня собраться. Да приехало мало, восемь человек. Все пенсионеры.
- Что удивительно, - сказала Вера, - ведь если бы ногу проткнуло, вряд ли мы услышали от Аси ее "Ой!". Она бы молча выдернула ногу, залила водкой, да где-нибудь в уголочке платочком перевязала. Правда, Ась?
- Не заплакала бы, - отозвалась Ася. Она сбросила тапочки и пошла к нам босиком, статная и красивая, словно кинозвезда, которую не тронуло время.
59. Муратов Петр Юрьевич — Сказ про спасающий Россию "Вектор", и как я рыл погреб ... 88 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
СКАЗ ПРО СПАСАЮЩИЙ РОССИЮ "ВЕКТОР", И КАК Я РЫЛ ПОГРЕБ В КАНУН 70-ЛЕТИЯ ВЕЛИКОГО ОКТЯБРЯ
(невыдуманная история от молодого специалиста, получившего госраспределение в ныне спасающий Россию от коронавирусной напасти научный центр "Вектор" в обрамлении незабываемых «перестроечных» событий)

Опубликован под названием "Погреб" в литературном журнале "Сибирские огни" №8 август 2016 г. в сокращении http://www.sibogni.ru/content/pogreb Здесь приведен полный, немного дополненный авторский вариант.

— Подскажите мне, пожалуйста, где же зимой хранить картошку?! — Я, сверля взглядом, в упор смотрел на сидевших за длинным столом членов административной комиссии нашего поселкового совета.
В ответ — тишина. И не просто тишина — удрученное, гнетущее безмолвие. Даже поднять глаза на меня никто не осмеливался, настолько я был убедителен в незамысловатой житейской правоте поставленного ребром вопроса. Нечем крыть...

Эта любопытная и знаковая история произошла в августе-сентябре 1987 года, в самый канун юбилейных торжеств. Подумать только: Великому Октябрю — 70 лет! Новейшей истории мира, самому прогрессивному строю, новому передовому бесклассовому обществу, лишенному антагонистических противоречий — уже целых семь победных десятилетий! Тем более на дворе после «застойных лет» торжество новой стратегии партии — политики «обновления социализма, Перестройки, Гласности и Ускорения». Вся советская страна, да что там страна — всё прогрессивное человечество готовилось широко отпраздновать знаменательную дату, славную веху мировой истории! Ура, товарищи!
60. Михаил Белоусов — Сказка о том, что было потом. 77 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
ПРЕДИСЛОВИЕ
Если быть до конца честным, а быть таковым надо непременно, то фамилия, поставленная перед названием, исключительно к нему, этому самому названию, и относится. Все остальное перу М.А.Белоусова не принадлежало, не принадлежит, и принадлежать не может. Собственно, и на саму рукопись-то я наткнулся совершенно случайно, благодаря природному пристрастию к изысканиям на свалках. Прошу заметить, не на помойках, а именно на свалках. Например, на чердаке старого, предназначенного к сносу, дома почти всегда можно поживиться чем-нибудь необыкновенным. Попадаются и старые медные ручки, которым цены нет, и вполне исправные швейные машинки, выпущенные Зингером еще до событий семнадцатого. Их надо только почистить и смазать, работать станут как новенькие. Делали же люди вещи! А тут - нате Вам, целехонький старый чемодан. И не чемодан даже, а, так называемый, акушерский баул, с коими в свое время ходили земские врачи. Баул оказался запертым, и пришлось тащить его домой, не открывая. По дороге я весь извелся от любопытства (увесистость находки внушала ласкающие душу предчувствия). Дома поначалу меня ждало разочарование – нутро баула содержало огромное количество непонятных бумаг, насколько я смог разобраться, рецептов, выписанных против самых разнообразных болезней. Причем лекарства прописывались старинные и в жутких дозах. Весь этот мусор я снес знакомому провизору, у которого от восторга отвисла челюсть. С тех пор он считает меня своим лучшим другом и благодарен по гроб жизни. Назад я получил все, что не имело отношение к рецептам - а именно, сам баул и тетрадь в клеенчатом переплете, исписанную мелким почерком по-французски. Собственно, задача, которая далее передо мной стояла - в меру дословно перевести содержимое тетради и расставить слова так, как это принято делать в русском языке. Скажем прямо, потрудиться пришлось порядочно, так как многие обороты я попросту не понимал. Например, совершенно неясно, почему слово «еда» (...gr a toi...
61. Владимир Партолин — Сашок 14 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Ожидая к подъезду машину, Василий Иванович Паранин курил у окна и перекладывал на подоконнике лист писчей бумаги. Вчера утром заселяясь в квартиру, в кабинетке — отремонтированной, пустой без мебели — обнаружил за занавеской. Переодевшись в пижаму из чемодана, готовый завалиться в принесённую с собой раскладушку, чтобы отоспаться за день после четырёх беспокойных суток в вагоне, и вечером съездить за родителями, сошедшими с поезда остановкой раньше и встреченных маминой сестрой, захотел подымить в форточку. Открывал, в глаза бросилось написанное красным плакаром прямо поперёк текста "Помнишь Сойку"? Теперь вот раз за разом перечитывал текст:
"В четвертый день рождения тебе подарили юлу, но запомнились те именины, должно быть, и по другому событию.
Шёл 1950-тый год. В хате бабушка Вера, ты четырёхлетний карапуз, да твой дядька Сашок двенадцатилетний мальчишка. Тем поздним вечером бушевала гроза, потому Бабушка не давала сыну и внуку заснуть — боялась, крыша соломой крытая загорится, пока не намокнет. Пятистенок за лето возвели, перегородку поставили, пол настелили в светлице да начали только в передней, окна не все остеклили, а уже перенесли пожитки из старой избы.
Тебе страшно. Казалось, вот отворится дверь и покажутся вдруг из сеней три головы Змея Горыныча. А появилась Мушка — корова, которую бабушка привела на ночь из ветхого сарая в сени, переждать непогоду. Напуганная громом скотина метнулась чрез входную дверь — снесла фанерную преграду. Споткнулась с порога, упала и, подняв рогом доску с лаги, свалилась на землю подполья — здесь пол ещё не доклали.
62. Владимир — Игра в четыре руки 352 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Игра в четыре руки

1.
День катился всеми своими бесчисленными колесами к концу, а с ним и прием. Лера чувствовала, как сильно устала. Сегодня был необычайно обильный наплав посетителей. Ее всегда удивляла эта аритмия; случались дни, когда их почти не было. А бывали дни, когда они шли, как льется вода из крана, непрерывным потоком. Вот на этот раз вода лилась почти, что не переставая.
От обилия чужих историй у Леры даже немного разболелась голова. Конечно, это жутко увлекательно копаться в судьбах людей, разматывать иногда невероятно запутанные клубки проблем. Ей всегда было интересно прослеживать взаимосвязи явлений и событий и отыскать в этом лабиринте выход. Потому-то и выбрала такую профессию. И все же подчас бывает очень обременительно блуждать по этим запутанным тропинкам. Невольно в душу забредает отчаяние от воистину безграничного несовершенства человеческих существ, которые делают все возможное, чтобы нанести себе максимальный урон, превратить себя в несчастных созданий. Просто удивительно, насколько люди не понимают элементарных вещей, едва ли не каждый живет в собственной раковине и не желает, даже несмотря на уговоры, выбираться из нее. Завертываться в кокон своих заблуждений для многих несравненно легче и приятней, чем вылезать на свет божий и видеть мир таковым, каким он действительно создан. Приходится затрачивать гигантские усилия, чтобы заставить людей посмотреть на события при реальном освещении.
Иногда она называла себя борцом с иллюзиями, а это, как известно, самая отчаянная и самая безнадежная борьба. Но, как ни странно, бывали случаи, когда она одерживала над ними вверх.
63. Валерий Рыбалкин. — Лесник и Новогодняя ёлка 11 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
1.
Случилось это в теперь уже далёкие девяностые годы. Совершенно неожиданно жизнь дала трещину, в которую с грохотом посыпалось всё, что раньше казалось твёрдым и незыблемым. Заводы в нашем маленьком городке дышали на ладан, зарплату почти не платили, а улицы стояли обшарпанные, заваленные горами мусора, который не вывозился неделями. Зато в многочисленных видеосалонах стали крутить жёсткую порнуху, зашибая неплохие барыши на контрастах с целомудренным советским прошлым.

Тотальное безденежье не давало вздохнуть, а свалившаяся на наши головы так называемая свобода спровоцировала окончательный распад моей и без того непрочной семьи. Поэтому, расплевавшись с женой и спасаясь от её безумной ярости, нашёл я одинокую женщину, жившую с сыном-подростком, и перебрался к ней. Тёмными зимними ночами, пытаясь преодолеть синдром одиночества, мы инстинктивно жались друг к другу – два тёплых живых комочка, окружённые океаном холода и безразличия.

Перед Новым Годом я пригласил к нам в гости своего двенадцатилетнего сына. Светлана, моя новая жена, отнеслась к этому с пониманием и одобрением. Новогодний стол мы, конечно, собрали, но вот на ёлку денег не хватило – слишком много просили торговцы за зелёную красавицу. Может быть потому, что кроме прочих накладных расходов им приходилось платить дань ещё и милиции. Да, сержанты и старшины, наряду с бандитами, без стеснения ходили по рядам на бывшем колхозном рынке и, согласно установленной таксе, собирали с продавцов мзду. В городе было три власти – две бандитские и… милиция.
64. Муратов Петр Юрьевич — Книга как путь в бизнес 46 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Опубликован в небольшом сокращении в августовском номере (№8) литературного журнала «Сибирские огни» http://xn--90aefkbacm4aisie.xn--p1ai/content/kniga-kak-put- Это сокращенный вариант второй части моих «Сказов про бизнес» (рассказы сибирского предпринимателя).

Предисловие

Может быть, кто-то скажет, что в 54 года садиться за мемуары — рановато. Но окиньте взглядом прошедшие три десятилетия — сколько за них сменилось исторических эпох? Четверть века назад бизнес, как социальное явление, был внове, свободных ниш хватало, лидеры еще не обозначились, а небольшие обороты позволяли довольно легко перескакивать из «темы» в «тему». Характерный типаж предпринимателя девяностых сейчас уже в диковинку. Тогда в стране стартовал процесс массовой «селекции» в предпринимательской среде, ведь подались в бизнес миллионы.
Большую часть жизни я был уверен, что «занимаются бизнесом» только в «нехороших» капиталистических странах. Как и все советские люди, я не сомневался: жизнь, распланированная на многие годы вперед – это великое социальное благо, главное достижение социализма. Школа – ВУЗ – НИИ – научная карьера – тема – диссертация – степень… Однако их величествам Истории и Судьбе было угодно столкнуть меня в мутное море рыночной стихии, да еще на изломе эпох, в начале знаменитых «лихих девяностых». Признаюсь, даже начав предпринимать, сам долго не мог честно ответить себе: бизнес это «плохо» или «хорошо»?
На момент прихода в нашу страну эпохи Рынка, я еще полноценно трудился в науке, связывая с ней, родимой, свое будущее. Рынком грезили, его идеализировали, считая панацеей от всех бед в экономике.
65. Владимир Звениградский — Солнечность 5 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Вчера Максима посетило удивительно прекрасное настроение, какого уже давно не было. Словно вернулась молодость с вечерним ярким, но уже не жарким солнцем. Да, эта солнечность, осветившая давно забытые уголки его души, в которых он увидел свою молодость, почувствовал её безмятежную радость.
Вечером он сел за компьютер и, открыв сразу же свою страничку на литературном портале, стал записывать вчерашнее состояние души. И оно было великолепным, и слова ложились тесным рядком, отчего просторно гуляли мысли и чувства. Он описал вчерашнее состояние, всё больше входя в творческий азарт, и уже раскручивал незатейливый сюжет. Как там, в прошлой жизни, с раннего утра он был в дальнем колхозе, поговорил с председателем хозяйства, главным агрономом, побывал на ферме под лукавыми взглядами доярок и мычание коров, отобедал в местной столовой прекрасными наваристыми щами и, отказавшись от председательской машины, сел в рейсовый автобус. Как раз во время, потому что на крышу пазика обрушился озорной послеобеденный дождь и исчез, как и появился.
И вот тогда он вспомнил Олесю. Это произошло на автостанции, когда он проходил через зал ожидания мимо плачущей девушки. Остановился.
- Что у вас случилось?
- Кошелёк потеряла?
- А если мы нагнёмся?
Что он и сделал тогда, подняв из-под скамейки кошелёк.
- Бабушкин, что ли? – спросил он насмешливо, подавая затёртый мужской бумажник.
- Нет, мой, - радостно отвергла другое притязание Олеся и так улыбнулась Максиму, что он вспомнил о маме, когда она его встречала из школы. – Это дедушка мне дал.
- А что вы здесь делаете?
- Поступать приехала в авиатехникум.
- На пилота? – удивился Максим.
66. Vladimir Sanier — Элвис 13 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
Он уже проснулся. Я слышу его возню за спиной: бумажное шуршание, стеклянное побрякивание, приглушённое покашливание. Солнце давно в зените, а он только поднимается с постели... нет, скорее с ложа, ибо постелью это не назовёшь. Я продолжаю поливать клумбу и делаю вид, будто его не вижу. Почему я не замечаю его? А потому что я - иностранец, белый, европеец. А он - местный абориген, индеец. И к тому же, выходец из побласьона, из самой низшей ступени общественной пирамиды. И он это чётко усвоил, впитал с молоком матери. Он должен первым поздороваться и только после этого я могу себе позволить снизойти до его уровня и пренебрежительно проронить несколько любезных фраз. Иначе нельзя, я в этой стране гость и не мне рушить её вековые устои. И руки ему подать я не могу - этого уже не поймет патрон, тот, который даёт мне работу и кров. Для хозяина я хоть и обреро (работник), но белый иностранец, а значит загадка. Здесь на какой бы ступени общественной лестницы человек ни находился, всегда завидует европейскому происхождению иностранца. И я уже привык к постоянному повышенному вниманию к собственной персоне. Привык к тому, что должен держаться обособленно в местном обществе, ориентироваться на богатых, поддерживать с ними подобие дружбы, правда с некоторыми меркантильными умыслами с обеих сторон: с моей - как бы побольше сорвать суэльдо (оплата) и при этом поменьше трудиться, с их - загрузить меня по полной работами, не входящими в контракт, и при этом ухитриться возможно больше недоплатить мне. Что поделаешь, таковы здешние нравы.
- Буэнос диас, сеньор! - наконец раздается у меня за спиной весёлый хриплый голос.
67. Уставший Кривич. Каменев — ТОЛЕРАНТНОСТЬ 600 знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


ТОЛЕРАНТНОСТЬ

Сергей часто задумывался. Почему толерантность иногда отталкивает? Вывод приходил неожиданный, её часто впереди телеги запрягают.
Толерантность – любовь к людям и уважение к закону. Будучи агностиком, религию он выносил за скобки.
Искренне верил, что в двадцать первом веке люди излечатся от средневекового безумия. Человечество космос начнёт обживать, исчезнут национальности. Люди гордиться будут, что у всех одна Родина – ЗЕМЛЯ!
Вот тогда наступит настоящая толерантность!

КОНЕЦ
68. Ильдар Тумакаев — Алкоголический этюд 15 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора


С трудом разобравшись со второй сменой, до хрипоты переругавшись с бригадирами, вволю наматюкавшись с рабочими, Захар, поздним вечером, уставший, но довольный, возвращался домой. Дела шли нормально, их было невпроворот, и именно этот факт вселял в него уверенность в завтрашнем дне, дарил оптимизм и приоткрывал горизонты радужных перспектив. В душе у Захара мурлыкался сладковатый мотивчик какой-то легкомысленной песенки, настроение было приподнятым, состояние – бодрым, энергия хлестала через край, а любовь ко всему миру просто не умещалась в груди.
Выбравшись из маршрутки, Захар двинулся к рядом располагавшемуся магазину. Сделал кое-какие покупки, потоптался в недолгих сомнениях в отделе алкогольных напитков, взял чекушку водки, в народе именуемой «мерзавчиком» и, вполне удовлетворённый собой, прошёл к кассе.
На улице молочной стеной, настоящим стихийным бедствием, крупными хлопьями, повалил долгожданный снег. В считанные минуты тротуары замело по щиколотку. Воздух стал чище, ночь засветилась, заискрилась и засияла от снега, и мотивчик привязавшейся песенки уже хотелось затянуть в полный голос. Захар бодро вышагивал по направлению к дому, и когда до подъезда оставалось всего чуть-чуть, до него донёсся, обращённый из темноты и явно к нему, чей-то хриплый голос:
- Мил человек, куревом не богат?
У соседнего подъезда, широко развалившись на скамье и, как видно, не помышляя прятаться от снегопада, восседал бородатый, в широкополой шляпе, вполне добродушной наружности, сильно нетрезвый тип.
- Ну, богат, не богат, а сигареткой угощу, - Весело откликнулся Захар и подошёл к бородачу.
69. Владимир — Федеральный наемник 642 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ НАЕМНИК

Автор предупреждает, что любые сходства с реальными событиями и с реальными людьми абсолютн случайны. Да их и не может быть, так как все описанное в романе родилось исключительно в голове создателя этого произведения.

Когда нечистый дух выйдет из чело-
века, то ходит по безводным местам,
ища покой и не находя говорит:
возвращусь в дом мой, откуда вышел.
Евангелие от Луки

Часть первая

О том, что я стану делать в первые минуты на свободе, я начал думать едва ли не за полгода до освобождения. Сперва эти мысли были эпизодическими, но по мере приближения долгожданного часа они заполнили едва ли не все мое мысленное пространство. Все остальные темы, которые вращались в моей голове предыдущее время, куда-то исчезли, вернее эти мысли не пропускали других.
Впрочем, когда человек три года видит одни и те же лица, когда вся его жилая площадь ограничена жестким прямоугольником койки в бараке, когда любое твое передвижение на самое ничтожное расстояние контролируется бдительным оком охранников с автоматами в руках, о чем еще можно думать. Прошлые события, которые занимали меня большую часть срока моего заключения, внезапно отошли в сторону, сделались незначительными. Передо мной растирался безбрежный океан будущего, но вот каким оно будет, я, несмотря на все свои мыслительные усилия, не представлял. В одном я был уверен: к старому пути нет, все что было в той прежней жизни, навсегда умерло.
70. Денис — О любви... 18 тыс. знк. Не показывать публикацию Не показывать автора
О Любви…

У нее были большие глаза и смуглая кожа, у него мускулистый торс и гладко выбритые подмышки. Он любил сырые помидоры с корицей, она, смотря на эту пищу, тихонько сдерживалась, предвещая потуги желудка. Он обожал рыбную запеканку, от которой ее откровенно тошнило, а она с ума сходила от всех рыбных блюд, щедро (как она приговаривала), насыщенных белком. Она любила копченые креветки и пиво, он - холодную яичницу и творожный торт.
Когда они целовались, было очень интересно наблюдать за игрой их языков. Если представить себе их щеки прозрачными, то можно было увидеть, как его язык подобно змее касается ее нёба и осторожно ведет дальше вглубь ее горла. А потом вновь обволакивает ее десна и пляшет на губах.
Она не была классической красавицей с абсолютно симметричными чертами лица, у нее были высоко задраны крылья носа, хорошо показывая двумя полуовалами хрящик переносицы. Уши немного оттопырены, а жидкие волосы имели неопределенный цвет. Она была очень худа, почти что просвечивалась на солнце, он был куда тяжелее и производил впечатление медвежонка. У него были крепкие жилистые руки и несколько родинок на шее. Она применяла специальную жидкость, чтобы не желтели подушечки пальцев от никотина. Он ненавидел себя за постоянно бледный цвет лица и многообразие угрей акне на щеках, которые у него никак не получалось вывести окончательно. Когда он был в смятении, то часто абстрагировался от внешнего мира и долго сидел в кресле, подобно Шерлоку Холмсу, размышляя на всевозможные жизненные темы. После таких ночных посиделок она ненавидела его за запах изо рта и бегающие туда-сюда глаза.