Рекомендуем прочитать

Серый ноябрьский день
с сыростью небосвода.
Хмурый прогноз погоды
в чувствах умножит тень.

И мой игривый пёс
молча плетётся рядом -
там, где тоскливым обрядом
даты ...опустят нос.

Часть первая

1.
Для празднования юбилея выбрали самый большой и одновременно лучший ресторан в городе. Но и он с трудом вместил всех приглашенных. Пришлось людей уплотнять. Само собой разумеется, это касались не всех, а наименее престижной их части. Впрочем, учитывая количество и качество закусок, длительность развлекательной программы они были не в претензии.
Возницын пристально наблюдал за всем, что происходит в зале. Он всегда старался по возможности не пропускать ничего. И сейчас вел себя точно так же, хотя понимал, что в такой день можно и расслабиться, меньше обращать внимание на окружающих, даже кое-что пустить на самотек.
Но не получалось, привычка все контролировать оказалась сильней. Он слушал бесконечные речи в свой адрес и одновременно наблюдал за происходящим. Впрочем, более всего его волновало присутствие двух человек, которых пока не было в зале. Но если в отношении одного он был уверен, что тот явится на юбилей, то в отношение другого – были большие сомнения.
Жена, кажется, уловила беспокойство мужа и накрыла ладонью его лежащую на столе ладонь.
- Альберт, не беспокойся, Кристи придет. Она мне это обещала. А ты же знаешь, наша девочка отвечает за свои слова.
- Знаю, - согласился Возницын. – Но хотелось бы ее уже видеть в зале. Как и Лещова.
- Он уж точно придет, - улыбнулась Екатерина. – Если еще не появился, значит, занят чем-то важным. Ты же его знаешь.
И в этот момент в зале появился мэр. Звучавшая музыка тут же стихла, а разговоры за столом умолкли. Все устремили взгляды на этого человека, словно в помещение вошел сам мессия.

Владимир Партолин

Тт

"С надеждой, что прочтет сие послание человек неравнодушный".

(Из первого послания кловуна Матея. Текстовый файл на винте моего компьютера появился не весть откуда, послужил материалом для настоящего повествования. Кловуном Матеем текст изложен был с сухой констатацией событий и фактов, на каком-то тарабарском русском; мной переработан, надеюсь, в литературно-художественное произведение. Вместе с тем, нетронуты некоторые понятия и термины — так, например, персональный компьютер Notebook оставлен называться "чемоданчиком". Я бы пригласил кловуна в соавторы, но связаться и предложить ему это у меня нет никакой возможности).

1

"Всеакианский чемпионат по гиревому состязанию" завершился. Наместник Кагора, а теперь и сенатор Соединенных Цивилизаций Акиана Отто Шмидт отправился на торжества в Президентский Дворец один: Хоку, кловун и его тренер, улизнул в гостиницу. Не любил он бестолковых, скучных раутов. Сбежал и по другой причине: в номер доставили чемоданчик с играми, развлечься с которыми можно только здесь на столичной планете Акиян, дома на Кагоре они будут недоступны, потому как место компьютеру Наместник по обыкновению определит подальше от глаз аборигенов — у себя в спальне.
Попросив портье сообщить ему о прибытии сенатора, — кловунские обязанности требовали встретить и препроводить господина до номера, — Хоку открыл крышку, включил питание и ждал загрузки. В нетерпении разминал пальцы, бегая ими по кнопкам клавиатуры.
Вдруг услышал: "Пароль принят, запомните ключ". Подумал бы, что показалось, если бы на экране дисплея не высветилась на секунду строчка:
3,035511377184е+16

Доклад с формулами из редактора и ссылки на видеодоклад можно читать и спокойно разбираться здесь
http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/rolxnejtrinowstroeniiweshes

Видеодоклад https://www.youtube.com/watch?v=3lHOib7R1ek
и полная версия доклада https://www.youtube.com/watch?v=y7mMyQ1FkqQ&t=1465s
Ссылки без блокировки в статье ниже

Онлайн (на удалении)
Международный Конгресс-2020
«Фундаментальные проблемы естествознания»
27 - 30 июля 2020 года, Санкт-Петербург, Россия
Николаев Семен, Санкт-Петербург.
Nikolaev_Semen60@mail.ru
(Длительность доклада 40 мин.)

Доклад:
Роль нейтрино в строении
вещества и причина распада
химических элементов.
Николаев С.А.
Nikolaev_Semen60@mail.ru
Санкт-Петербург

Аннотация.
Все новые химические элементы рождаются при термоядерном синтезе. Процесс естественного распада химических элементов будет обратным по отношению к синтезу. Без причины химические элементы не распадаются. Чтобы химический элемент распался, ему надо вернуть излученную при его образовании точно такую же энергию связи в виде нейтрино. Подробное изучение этих процессов позволило создать модель строения ядер химических элементов.

РОЛЬ НЕЙТРИНО В СОСТАВЕ ВЕЩЕСТВА.
Протон и электрон, элементарные частицы вещества. В свою очередь протон сложная частица. Протон состоит из трёх частиц. Одна из них обладает положительным зарядом - это позитрон. Другая частица без названия. Она также открыта Андерсоном вместе с позитроном, но её сразу засекретили. Название эта частица не имеет, хотя обладает массой в 1836 раз большей, чем электрон или позитрон. Упоминать про эту частицу запрещено.

Пародия на рассказ, который назывался "Неправильные слова". Автора не помню, так как он был под никнеймом на одном из литературных форумов.

Евгений Добрушин

ПРАВИЛЬНО И НЕПРАВИЛЬНО

- Знаешь, - сказал Вася после третьего стакана, - знаешь, Федя, а ведь нас окружают неправильные слова и предметы...
- То есть? - не понял я.
- Ну, вот, смотри! Бутылка, например. Разве это бутылка?
- А что?
- Не знаю. Но слово "бутылка" для нее совсем не подходит!
- Почему? - удивился я.
- Ну, ты напиши слово бутылка по буквам, и поставь после каждой знак вопроса. Что получится?
Я взял листок бумаги и написал: "б?у?т?ы?л?к?а?"
- Видишь? - спросил Вася.
- Ну...
- Какое-то очень странное слово получилось, правда?
- Я думаю, - попытался подкинуть свежую идею я, - надо убрать знаки вопроса.
- Тогда будет еще хуже! - горестно воскликнул Вася и посмотрел куда-то вдаль. Сколько тоски и безысходности было в его взгляде!
- Я понял, в чем дело! - решил его ободрить я.
- В чем же? - с надеждой посмотрел на меня друг.
- Бутылка-то, пустая!
- А еще полчаса тому назад была полная... - в его голосе слышался и укор, и, даже, скрытая угроза.
- Так я сейчас сгоняю! - ободрил его я. - Лабаз еще открыт.
- Да, кстати! "Лабаз" - тоже неправильное слово!
- Да, конечно. Надо говорить "магазин".
- Нее-е. "Магазин" - еще хуже. Ты только вслушайся в это слово: "ма-га-зин"...
- Черт! Ты прав. Нехорошее слово. Неправильное...
Мы помолчали. В глаза друг другу старались не смотреть. Мир рушился на глазах...
Я почувствовал легкое урчание в желудке. Да! Мы ведь не закусывали!
- Слушай, Васек, - сказал я другану, - а пожрать у тебя ничего не найдется?

В некотором мире, очень далёком, но очень сходном с нашим, было лето, был солнечный день и было тёплое море. В парке, находящемся довольно высоко над слепящим глаза морем, в тени деревьев расположилась шумная группа молодых людей, юношей и девушек. Для простоты пусть имена у них будут похожи на наши. Так вот, к этой компании подошёл высокий стройный, спортивного вида парень. Его встретили более громким всплеском радостного шума. Он приветственно поднял вверх обе руки.
- Привет, привет! Рад вас видеть. О-о-о, Ларик! Сколько лет, сколько зим! - воскликнул он, обращаясь к одному из группы, составляющему центр шумного сборища.
- Ну, не так уж и много: всего две зимы и одно лето. - Ларик, слегка улыбаясь, протянул ему руку. - А ты, Жорж, всё тот же.
- Само собой. Нам ли меняться, - Жорж пожал протянутую руку, - у нас жизнь как текла, так и течёт, всё в том же русле.
Жорж засмеялся, засмеялись и все остальные, сквозь смех каждый на свой лад, подтверждая это высказывание. И опять центром внимания стал Ларик. Вновь на него посыпались вопросы, чтобы Жорж вместе с ними мог оценить перемены, происшедшие с их другом. Хотя самому Ларику рта не давали раскрыть - на задаваемые вопросы отвечали сами, подчас в один голос. Они уже успели наговориться и теперь с удовольствием пересказывали всё Жоржу, слушающему их со снисходительной улыбкой - если не находиться в той эйфории, что охватила ребят, можно было заметить, что его коробит такая восторженность и такая яркая заинтересованность Лариком, легкомыслие и эгоизм которого до сих пор витали в его облике.

Когда из сердца украли весну,
А взамен – на, колючую проволоку,
Я тогда у Жизни спрошу –
Как ей дышится, моей Родине?

Как ей дышится без нашей любви,
Как ей спится – не душно ли в мраке?
Так же плещут в овраге ручьи,
Но не целят бездушия раны.

Терпелива, все ждет, чтобы мы
Снова в сердце весну воззвали,
Чтобы снова, как прежде, ручьи
Наши лица, глаза ласкали.

Поглотила тебя беда,
Не вчера, а давно, в том столетии –
Разлучила и развела
С путем Истины и с Доброречием.

Потеряли тебя, разменяли,
Все богатства твои раздавали,
На пустом сундуке Мать сидит,
И очами пустыми глядит.

И пошло все вкривь и так-сяк,
Вроде весело, лихо и с присвистом,
Тут и устрицы, гольф и коньяк,
И фонтаны… но спят гармонисты…

Тут железо грохочет, как бог,
И вещает тебе, как и сколько,
И лежит поле, но без дорог,
Бездорожье, внушают, - приволье.

Но больно…

Больно с проволокой колючей и без весны,
Больно смотреть тебе в глаза,

Родина моя…

- Что ж вы, детушки, потерялись,
Где вы, глупые, затерялись? -
Мать сидит голоднА и бела,
А у деток хмельна голова.

Детки по уголкам все шныряют,
Мать с пустым сундуком чуть толкают,
- Аль сундук Матери взять, продать?
Чтоб денечек еще поплясать?

Только топнула ножкой Мать,
И пустились все пьяные вскачь,
Только что бежать? Не далече –
Заплуталось в проволоке сердечко –

Слабо бьется, бежать не спешит.
Мать в рубИще сидит и глядит.

«»»

Глушь-глухоманище,
Где найдешь пристанище?
В сердце золотое все свое верну –
Вора прогоню.

Родина моя! рубище сниму,
Наряды тебе принесу
Лучшие, звенящие,
Тысячью глаз глядящие,
Чтобы, Красивая, снова летала,

«Не доверяйте историкам. Они верят, во что хотят,
круша факты и искажая выводы,
чтобы те соответствовали заранее сформированному мнению.
История, как её нам представляют,
- не более чем одна из точек зрения»
(Джек Макдевит. Возвращение)

Наша цивилизация, взращённая церквями, оставляет для всей человеческой деятельности в прошлом только три направления строительства: либо церковная постройка, либо военная, либо замок какого-нибудь царька. И иного просто быть не может. Но если проявить хоть капельку здравого ума и подумать, то находишь множество противоречий в официальной истории. Взять хотя бы крепости-звёзды, вызывающие жаркие споры по поводу целесообразности их создания и предназначения.
Первое, что ставит в тупик - размах строительства крепостей-звёзд. Ведь они построены по всему миру. Есть даже в Океании и Тихом океане. И этот факт полностью опровергает итальянские либо французские теории официальных историков, относящих возведение этих крепостей к 15 веку. К тому же на территории России есть полностью разрушенные крепости, от которых остались только следы и возвышенности. А некоторые видны лишь из космоса, что говорит о бурной истории на этих территориях в древние века.
Второе, что озадачивает - объём выполненных работ при строительстве только одной крепости с примыкающими к ней каналами. Не говоря уже о том, что таких крепостей по всему миру сотни, если не тысячи. Как-то не наблюдается в официальной истории столь больших групп людей, которые строили бы по всему миру по единому архитектурному замыслу и в таких грандиозных масштабах.

И сладок мне мой горький, мой патриота хлеб...

На момент прихода в нашу страну эпохи Рынка, я еще полноценно трудился в науке, связывая с ней, родимой, свое будущее. Рынком грезили, его идеализировали, считая панацеей от всех бед в экономике. Но вот пришел черед «рыночных реформ», увертюрой которых стала «шоковая терапия», и иллюзии быстро испарились. Рынок широко «улыбнулся», и все сразу увидали его «зубки». Как говорится, «за что боролись...»
Однако я еще не до конца понимал, что, по Булгакову, Аннушка уже «разлила масло» на рельсах истории, и судьба моего НИИ Молекулярной биологии (НПО «Вектор») предрешена. Накануне мною было проведено испытание новой вакцины, шла обработка результатов. Ставшие хроническими задержки зарплат воспринимались философски. Все ожидали: вот-вот всё наладится. А как иначе?! Ведь мы, наивные горячие сторонники молодой российской демократии, совсем недавно перевернули страницу «мрачного тоталитарного прошлого». И впереди только светлое будущее с неминуемым торжеством саморегулирующегося рынка и демократических ценностей! Но время шло, а ситуация и не думала улучшаться.
Идею торговать книгами мне с моим товарищем Женей подбросил сотрудник нашего института Валера, разоткровенничавшись однажды за кружкой пива. Его родители жили в селе неподалеку от Новосибирска. Перед тем как навестить родителей, он прикупал книжек на оптовой ярмарке и, наценив вдвое, перепродавал их в правлении колхоза. Валера даже договорился с односельчанкой, и уже она торговала его книжками за малую долю. Вскоре его доход от книготорговли превысил институтскую зарплату.

Врага, как и бабу, сперва надлежит ублажить,
и только потом, ублажив, наконец уложить.

Они сидели на просторной веранде и не спеша вели беседу.

- Я помню еще те времена, когда Искусственный Интеллект только зарождался, - сказал Джон, сделав большой глоток кока-колы из красивого бокала с фирменной эмблемой IBM.

- Да, я тогда сразу занялся «творчеством» - стал «лепить» с помощью ИИ рассказики и посылать их на один из английских сайтов для графоманов, - Ли откусил небольшой кусочек мороженного и стал играть им во рту, смакуя вкус «истинно советского пломбира».

- А, помню эту фишку! Когда сайт стал получать тысячи рассказов ежедневно, они сразу просекли, в чем дело и подключили ИИ-редактора, для отсеивания таких рассказов. Выяснилось, что их было более 99%!

- Да, да! Когда эта «лавочка» закрылась, я, с помощью одного из сайтов ИИ начал создавать новые сайты. То есть, делал это ИИ, а я только оплачивал хостинг…

- А я подвязался на услуге «посещаемости сайтов» - заказал ИИ боты, которые бы имитировали посещения сайтов и отзывы в их гостевых…

- Точно! Я заказывал эти посещения и так раскручивал сайты… Потом, когда они выходили в топ-страницы «Гугля», я начинал продавать на них рекламу. Часть денег шла на оплату их хостинга и доменного имени, а часть – мне в карман.

- Потом появились, созданные с помощью того же ИИ, программы-контроллеры и фильтры ботов…

- Потом тот же ИИ создал программы, обходящие фильтры и контроллеров…

- Все это стоило денег!..

- Но деньги зарабатывали мои сайты, которые создавались и раскручивались с помощью того же ИИ! Сайтов были тысячи, а суммы, крутящиеся в этой системе, достигли миллионов!

- А ведь таких, как мы с тобой «умников» были десятки!

Капиталист

Часть первая
Начало

1.
Ну, вот и все, он это сделал, он защитил диссертацию, и теперь он кандидат наук. Пять лет напряженного труда завершились триумфом, это редкий случай, когда слушатели провожают претендента аплодисментами. Да он и сам знает, что заслужил, у него действительно во многом новаторская работа. Точнее, идеи в целом не новы, но их интерпретация уже вызвала немалый интерес в научных кругах. Из Америки, Японии, Германии, даже из Австралии приходили отклики. Отец бы им гордился, как жаль, что он не дожил до этого события. Слава богу, жива мать. Надо будет ей позвонить, обрадовать. Она сильно волнуется. Даже побоялась присутствовать на защите. Сказала, что ей так спокойней. Ну, ничего, сейчас все ее волнения завершатся.
Туров двинулся на кафедру, к телефону, но удалось сделать всего несколько шагов, как он оказался в крепких объятиях Саватюгина.
- Поздравляю, Олег, ты молодчина. Я был уверен в тебе. Ты тут самый лучший.
Туров знал, что эти произнесенные им последние слова были любимой присказкой Саватюгина, которую он произносил в редких, но самых торжественных или ответственных случаях.
- Ерунда, ты не хуже. Ты тоже хорошо защитился.
Саватюгин посмотрел на друга, но ничего не сказал. Внезапно он приблизил свои губы к его уху.
- Ты готов продолжить наш недавний разговор? – почти шепотом спросил он.
- Всегда готов! – засмеялся Туров.
- Я серьезно.
- И я серьезно.
- Значит, поговорим.
- Да.
Принимая поздравления, Туров двинулся дальше. Он вошел на кафедру, закрыл дверь и вздохнул. Наконец-то он хотя бы несколько минут может побыть один.

Ссылка на песню на эти стихи:
https://t.me/yurii_bereshenko/12

. ****
Жара. Пересохшее нёбо
Отхаркивает рот.
От жажды, казалось, рёбра,
Как иглы,
впились в живот.
Легла
на плечи усталость,
Ржавые скалы сплошь,
Вдруг с разных сторон раздалась
Чужих пулемётов дрожь.
Свинец пришивал нас к скалам,
Раскраивал наши тела.
От взрывов гранат, казалось
Выла
сама земля.
На нашем пути был не первым
Тот бой. Стал отряд слишком мал.
Не вовремя эти стервы
Накрыли нас между скал.
Эх,если бы в рукопашную,
Но до врага не достать,
И разрывала тельняшки нам
Гранёных осколков сталь.
Тонули
в кровавом тумане,
По камням
стелили мозги,
Но всё же, но всё же спускали
Предсмертным рывком курки.
Эх, если бы в рукопашную,
С русским разбойным "ША",

Новый год на четвёртом курсе.

I.
За стеной в соседней комнате крутили одну и ту же плёнку. Чуть хриплый мужской голос пел и пел, внося приятную отрешённость. Слушатели млели, приняв расслабленные позы. Очень необходимое состояние в отдельные моменты зачётной недели. Столько тревог и забот, а впереди Новый год, каких-то ещё пять дней и... не успеешь глазом моргнуть, как наступят ещё более сильные треволнения - экзаменационная сессия! Сказочный праздник в окружении зубрёжки и трясучки. Провести его надо на должном уровне. "На очень должном!" - не уставал подчёркивать Гусев, главный инициатор данного предновогоднего сборища.
За стеной - приятно щемящие душу мелодии, за окном - поздний зимний вечер с кружением снежинок в свете фонаря, в комнате - розовый полумрак. Горит лишь настольная лампа под розовым в цветочек абажуром. Такое ощущение, что канули в небытие эти предстоящие пять дней, что Новый год - вот он! Ещё полчаса, час - и слетит с них всё обыденное, скучное. В какой-то момент в комнате стало тихо, совсем тихо, той тишиной, что наступает в стенах общежития лишь где-то к середине ночи.
За стеной сменилась мелодия; Гусев выбрался на середину комнаты, томно изогнулся, картинно сладострастно прикрыл глаза и закачался, плавно изгибаясь, задрав мотающиеся руки кверху.
- Ну, что, шпиндрики! - не открывая глаз, воскликнул он, - Так и будем переваривать прошедший зачёт? Дождётесь, налетят девицы, и уж тогда точно, ни до чего не договоримся! А ведь послезавтра опять зачёт!
- Заладил, зачёт-зачёт!

Посвящение киевлянке Нине Гудковой – Праведнице Бабьего Яра

Помнят Киевские холмы,
Помнят Днепра берега,
Как источила мирро
Дева Безстрашия.

Как победила смерть,
Как в покровах сберегла
12 еврейских детей
Дева Безстрашия.

Сколько таких святых –
Праведников Земля,
Нас, купая в любви,
В помощь нам родила?

Сколько Безстрашных Дев,
Сколько Безстрашных Отцов,
Скромно в Величии Дел
Не дали срубить Жизне-Ствол.

Без них – не живет Земля,
Всякий народ ими свят –
Тих, незаметен их лик,
Ярок их Праведный стяг!

Не устрашить таких,
Не повалить Жизни ствол,
Дух их не сокрушить,
Нету на них оков.

2026г.

(Начало истории в романе «Тройственный союз»)
https://www.youtube.com/watch?v=G9pmZgHtuyQ&feature=youtu.be

Мир изменялся. Неуловимо, но ощутимо и постоянно. Устои, раннее казавшиеся незыблемыми и естественными, теперь распадались и не имели былых – значимости и величия. Привкус обречённости и бесповоротности ощущался во всём. Террор и войны процветали, собирая обильную жатву смертей, а привычный миропорядок готовился кануть в Лету.
Казалось, Вселенная скатывалась в преисподнюю. Лучшие умы бились над спасением основ существования, но безрезультатно. А колдуны и оракулы предвещали наступление царства хаоса…
Такое положение не устраивало никого, в том числе и бессмертного Такориногжонда. А тьма распространялась всё шире и, похоже, намеревалась поглотить Вселенную.
Не на шутку встревожившись, Такориногжонда направился в центр галактики к древнейшей расе дрианов. Они стояли у истоков зарождения самого мира и предсказали ещё в те немыслимо далёкие времена, что ожидало эту Вселенную.
А потом Такориногжонда вернулся. Полученная информация оказалась неоднозначной. Будущее зависело от многих составляющих и, в какой–то мере, от него. Так уготовано судьбой. А чтобы жизнь не исчезла из этого уголка мира, надо хорошо потрудиться и принять трудные решения.

«Как всё начиналось»
Хроники ордена «Последователи Дэна»

Часть 1. Земля

Глава 1

Тропу окружали причудливые скалы. Камни нависали прямо над головой, одним своим видом порождая в душе волнительные предчувствия. Корявые деревья выстроились в ряд и, будто солдаты, зорко следили за каждым шагом.

Бежали из ЗемМарии мы на паруснике, на судне нас прятали в вагоне-ресторане. На гарнизонной гауптвахте в Твердыне мест хватило только двум из трёх взводов роты, комиссару, офицерам и старшине. Запросили места на гауптвахтах Форта и Рабата, но тамошние начальники отказали. Поэтому комроты, каптенармуса, сержантов и рядовых 3-тьего взвода, разведотделение и отделение оруженосцев поместили в эту старинную, доставленную когда-то на материк, где железными дорогами и не пахло, «коробку». Сохранился вагон почти в первозданном виде фешенебельного ресторана на колёсах, разве что панели красного дерева по стенам со всей декоративной мишурой заменили листами из гофрированного пластика, да окна без стёкол заделали досками и парусиной. Вагон не запирали и не охраняли. Сбежишь, в Твердыне не спрятаться, и за пределы купола-ПпТ, из-под «миски», не выбраться, да и куда в Антарктиде по снегу в мороз и пургу податься.
По нужде ходили в тамбуры, где оба туалета работали справно, была холодная и горячая вода, полотенца раз от разу менялись.
Кормили приносным в бачках, хотя вагон-ресторан до нашего заселения был столовой для рабочих «атомной теплицы», здесь оставалась кухонная утварь и посуда, да и у нас в арест армейский полевой набор для приёма пищи не изъяли. В раздаточной на полках преобладали глиняные жбаны и жбанки, из которых полеводы пили пиво, но бригада накануне нашего сюда определения проиграла в трудовом соцсоревновании — не выполнила план — потому лишилась напитка и столовой комфортабельной. Нам жбаны и жбанки ни к чему — ели из солдатских котелков, пили из кружек.

Пётр Муратов

ВСТРЕТИМСЯ НА «СКОВОРОДКЕ»
(воспоминания о Казанском университете)

ВСТУПЛЕНИЕ

ВОСПОМИНАНИЕ ПЕРВОЕ
«Человечный человек» и идейная наковальня университета

ВОСПОМИНАНИЕ ВТОРОЕ
«И всё кругом колхозное, и всё кругом – моё!»

ВОСПОМИНАНИЕ ТРЕТЬЕ
Как я нарушал государственную границу, или «наши люди» всюду

ВОСПОМИНАНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ
Месть неудачливого ухажёра…………

ВОСПОМИНАНИЕ ПЯТОЕ
Памяти Ирины Мисюровой…………..

ВОСПОМИНАНИЕ ШЕСТОЕ
Как я работал лесником

ВОСПОМИНАНИЕ СЕДЬМОЕ
Как я защищался

ЭПИЛОГ


Моим одногруппникам Андрею Ширшову, Елене
Ильиной, Ирине Скипиной, Валерии Бойко и
Татьяне Клоковой посвящаю

Вступление

Я – довольно типичный представитель поколения, чья юность и молодость пришлась на 70-е и 80-е годы минувшего века. Уроженец Казани, выпускник Казанского университета, ныне живущий в Сибири и ностальгирующий по родному Татарстану. Однажды я почувствовал неодолимую тягу рассказать о своей студенческой молодости. И вот пишу, что к этому подтолкнуло?
Известно: «времена не выбирают, в них живут и умирают…» Поэтому описать своё студенчество – значит описать своё время. Тем более, пять моих студенческих лет выпали на самую последнюю пятилетку «развитого социализма». Менее чем через год после окончания мною университета начнется горбачёвская перестройка, которая похоронит под собой и страну, и строй, затем последуют годы «ельцинских реформ». События тех времён широко растиражированы и общеизвестны.

Чем требовательнее публика,
тем больше ей дырку от бублика.

В эту ночь мне приснился удивительный сон. В кромешной тьме я услышал голос:
«Я отправляю тебя в прошлое – в 1727 год. Ты будешь подключен к Информационному Полю Земли, будешь владеть телепортацией и защищен силовым полем. Ты снова станешь двадцатилетним юношей, молодым и здоровым. Ты согласен на эту миссию?»
К тому времени я был уже глубоким стариком – мне уже давно перевалило за сто лет. Мои родители и друзья уже умерли, я был одинок и несчастен.
Я подумал над предложением Бога, и согласился.
И в то же мгновение увидел место, куда мне было рекомендовано попасть: гардеробная одного богатого барина, комплекция которого были максимально схожа с моей. Разумеется, он был меньше меня ростом – у меня рост 186 см. Но его одежда вполне годилась и для меня. Я шагнул туда и сразу оказался на месте. В зеркале на стене я увидел себя теперешнего. Из зеркала на меня смотрел молодой парень, лет 20-ти, худой и стройный, с пышной копной темнокаштановых волос и яркими голубыми глазами – таким я и был в своей далекой юности. Но тогда был 1988 год, а сейчас на календаре – 1727-ой. 1 июля. Вторник. Я нашел нужную одежду в шкафу и надел ее. Она была мне очень мала, и выходить в свет в ней было нельзя. Но я, хотя бы, был уже не голый. Ибо, в тот мир я пришел, в чем мать родила.
После этого, я переместился в одно место, где был спрятан клад человека, которого уже не было в живых. Кроме Информационного Поля Земли (ИПЗ) о нем никто не знал. Так я стал обладателем нескольких десятков тысяч рублей - сумма по тем временам астрономическая. Теперь надо было найти себе временное жилье, документы и пошить нормальную одежду.

Или или

"Я попытался выразить ту мысль, что применение категории "рода" для обозначения того, чем должен быть человек, и особенно в качестве обозначения высшего итога, есть неправильное понимание и чистое язычество, поскольку этот род, человечество, отличается от рода животных не только его общим превосходством как рода, но и той человеческой особенностью, что каждый отдельный индивид в роде (не только выдающиеся индивиды, но каждый индивид) есть нечто большее, чем род. Ведь соотнести себя с Богом - это гораздо более высокая вещь, чем принадлежать роду и через род быть соотнесенным с Богом".
Серен Кьеркегор

1.
Дубровин ехал к любовнице. Они не виделись две недели, и он успел соскучиться. И сейчас глазами он смотрел на дорогу, а в голове вставили соблазнительные картины предстоящих сексуальных утех. Молодая, красивая, страстная и уже очень умелая в науке любви. От одной мысли о ней закипала кровь сильней, чем вода в чайнике.
Дубровин усмехнулся; ему уже пятьдесят пять лет, у него было столько женщин, а он совершенно не утолил голод по ним. Все хочется и хочется, почти как в молодости, словно бы года над ним и не властны. Хотя с другой стороны кое-что все-таки меняется. В молодости он был в сексе груб и примитивен, брал напором, не признавал никаких обходных путей и маневров. Просто элементарно получал наслаждение почти так же, как это делает бык. Однажды он видел, как тот вспарывает буренку, как при этом мычит от огромного удовольствия.
Он был еще тогда подростком, но его буквально всего пронзило мощным зарядом электричества.

СТРАСТИ ПО ПАДИШАХУ
1.
Море – хрустальная мечта жителей среднерусской равнины. Особенно, юных её обитателей. Шесть студенток – самая дружная и самая броская на факультете компания, – успешно завершив третий год своего обучения в одном уж очень заумном техническом институте, заслужили благосклонное расположение своих родителей не только за положительные оценки, но и за стойкие моральные качества! И, в связи с этим, получили прекрасную возможность месяц или даже полтора – всё зависит от того, как будут тратиться денежки! – понежиться на Чёрном море.
Отправились к морю две Иры, две Лены, Катя и Мила. Мила – ласковое от Людмилы. Пунктом назначения был выбран Сочи, город сказочной красоты и неземной жизни. Так, во всяком случае, представлялось нашим милым девушкам. Там, у моря, всё ослепительно яркое, совсем не такое, как дома, в нечернозёмной полосе, где тоже, кстати сказать, полно своих прелестей. Но эти прелести были свои: куда они денутся? Дождутся – ведь никто не собирался убегать от них, разве что на месяц-другой! Так что никаких обид ревнители местных красот не должны держать на юных красавиц, которым так захотелось морских чудес, пальм, южных звёздных ночей и ослепительно-ярких солнечных дней!
Эйфорию предстоящих радостей не снизило даже то обстоятельство, что девушки не смогли достать билеты на один поезд, а самолётом показалось слишком дорого и страшновато. Их прибытие к вожделенному морю растягивалось на три этапа и четыре поезда. Первый этап – два поезда прибывали в Сочи в четверг днём, в первой его половине, разница всего–то в три часа. Этими поездами ехали две Иры и Мила.

Фея Правдива и три луны-сестры

Фея Правдива разбирала вечернюю корреспонденцию. Триединое солнце зашло за горизонт, три самосияющие луны-спутника страны Правдосветлых, которые балансировали ось Правдовремени, мягко сияли в ночном небе. Звезды создали удивительные кружева вокруг них – защитные и поддерживающие слова и символы. Три луны-сестры начали свое удивительное волшебство – две скрывались за серебристыми облаками, а одна оставалась видна в небесном окне. Затем другая выходила на передний план, затем третья. Весь этот триединый танец лун-сестер был удивительно ссинхронизирован по времени, и наилучшим образом влиял на здоровье всех уснувших крылатых жителей страны Правдосветлых, отчего им снились только прекрасные, целительные, волшебные сны.

Стало немного прохладно, и добрая фея создала из нитей вечернего тумана легкую шаль, набросила на плечи и подошла к полукруглому скальному камню с синим свечением изнутри, который мог менять свою форму, считывая намерения Хозяйки – то стать столиком для чаепития, то столиком для рабочих целей – чтения книг и написания писем, то низкой тахтой, чтобы она могла полежать и посмотреть на Небо, облака, звезды.

Сейчас камень принял облик рабочего стола, а его крылья, до этого совсем не видимые, создали форму кресла. Добрая Фея благодарно провела и по столу и по креслу ласковой рукой, и принялась за работу.

Она пробежала быстро глазами первые два письма, отложила в сторону – время терпит! А вот над третьим письмом задумалась.

Интересно, чёрт возьми, какой умник придумал, что в часе должно быть шестьдесят минут, а в минуте столько же секунд? Вздёрнуть бы его за эти фантазии. Полагаете, один я так считаю? Ошибаетесь, господа. Вспомните несчастных влюблённых, часами изнывающих от мук ожидания, и напряжённо следящих за застывшими стрелками. А? Вот и я о том.
Притаившись в укрытии (короче, из кустов), словно голодный монстр Дэвид осматривал свои охотничьи угодья, то бишь улицу. Вечерело. Луна унылым оком недопившего алкаша подмигивала из небесного бара. Зажглись фонари, предвещая наступление царства тьмы. А её всё нет. Я имею в виду ночи.
Ждать, вроде, и не долго. Через три минуты пройдут стражи порядка, и тогда начнётся… «Но это же целых три минуты! или сто восемьдесят секунд! Хорошо ещё, хоть они не делятся, а то и их посчитал бы. Вот, блин, даже трясёт от нетерпения».
И снова, в который раз, Дэвид взглянул на наручный хронокомп. Как ужасно медленно ползёт время, когда наблюдаешь за ним. Будто ленивая гусеница оно растягивается и растягивается, чтобы продвинутся лишь на секунду. А потом через целую вечность на следующую.
Дэвид обречённо вздохнул и посмотрел по сторонам. Ничего особенного здесь нет. Обычная широкая улица, трёх – четырёх этажные дома, цветочки везде, газоны. Всё прилично до безобразия.
А привлекло его сюда одно существенное обстоятельство. Дело в том, что на другой стороне проезжей части стояло весьма солидное здание. Это БАНК, в котором лежат денежки и терпеливо ожидают, когда за ними придут.

Прочитать с формулами и картинками можно в САМИЗДАТЕ
http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/elektromagnitnoewzaimodejst

Анонс.
Неужели Вам не ясно и непонятно из формулы закона Кулона , что если заряд один, например, , а второго заряда нет , тогда и вся формула закона Кулона равна нулю и никакого электрического взаимодействия нет, а также нет никакого электрического поля с напряжённостью в пространстве вокруг заряда .
Давайте разберёмся, что является обманом в электрических и магнитных полях?

Виды взаимодействий в микромире.
Образование (химических элементов, жидких и кристаллических структур) и дальнейшее усложнение вещества происходит строго по законам природы из элементарных частиц. Во всех этих случаях частицы сближаются и непрерывно удерживаются между собой под действием эфира (гравитации), образуя устойчивые образования: ядра атомов, молекулы, жидкие и кристаллические структуры. Такие процессы связаны с излучением обменных частиц фотонов и нейтрино.
С помощью данной модели эфира стало возможно объяснить все процессы в природе, в том числе, и взаимодействия. Главные из них: гравитационное взаимодействие, в том числе, гравитационное близкодействие (термоядерный синтез и молекулярное взаимодействие), а также электростатическое и магнитное взаимодействия.
Попытаемся объяснить природу этих взаимодействий.
ПРИМЕЧАНИЕ. Название электрическое и магнитное поле очень неудачное. Оно придумано и введено в терминологию этих явлений и процессов специально, чтобы запутать людей. Почему, специально?????

Ссылка на песню на это стихотворение:
https://t.me/yurii_bereshenko/13

*****

По улицам ночным брожу,
Врастаю в сумрак городской,
И вдруг мне кажется: кружу,
Со снегом вместе, над Москвой.

А у окон во все глаза
Зрачки,
Как будто от бессонницы.
Вдруг лампочка
В окне зажглась
Слезою на щеке у улицы.
Фонарь иссох от одиночества,
Из жёлтых глаз роняет грусть.
Согнулся так,
Как будто хочется
Ему к груди шоссе
Прильнуть.

Фонарь! Фонарь!
Мой брат ночной,
Как мы порой
С тобою схожи.
Фонарь! Фонарь!
Как взгляд мне твой
Понятен,
грустью замороженный.
Лечу,
Как птица,
В снежной стае.
Москва!
Вот так бы жизнь прожить,
И в срок
Снежинкою растаять,
И стать слезой
Твоей души.

- Тормози! Тормози, черт тебя подери!
Танк замер, как вкопанный.
- Ты че, совсем дурной стал, Йорам? Кругом поля! Тебе уже здесь засады мерещатся? - водитель был зол, но команду выполнил сразу.
- Заткнись, Мойша! Вызываю бригаду саперов! - последнюю фразу Йорам сказал уже в рацию.
- Чего там у вас стряслось? - отозвался командир саперов.
- Дорога заминирована.
- Что, новые разведданные?
- Самые, что ни на есть, новые.
- Сейчас будем.
Йорам достал из кармана пачку "ноблеса" и чиркнул кремнием зажигалки. Огня не было. Он снова чиркнул. Тот же результат. Со злости, он шваркнул зажигалку о броню. И проснулся. "Вот так всегда", - с досадой подумал он и потянулся за протезами. Надо было идти в туалет.
Протезов нигде не было.
"Наверное, мать опять куда-то их убрала. Ну, сколько можно ей говорить, чтоб не трогала мои вещи!"
От неловкого движения руки, одеяло соскользнуло на пол, и он увидел... собственные ноги! Нормальные, здоровые, целые и невредимые, крепкие ноги молодого парня!
От неожиданности, он сел на постели. Спустил ноги на пол. Вскочил. Здоров! Здоров и невредим!
- Ура-аа!
Йорам заскакал по комнате, запрыгал на одной ноге, на двух, сделал несколько приседаний.
Но - как? Еще вчера он, ложась спать, отстегнул протезы, положил их под кровать...
Еще вчера он был безногим инвалидом, а сегодня...
Он пошел в туалет. От радости, он никак не мог успокоиться и пописать.
Наконец, справившись с этой проблемой, он слил воду и направился в ванную.
Под душем за занавеской мылась женщина.
- Извини, мама! - Йорам тут же вышел и закрыл за собой дверь.

Разведывательный зонд передал сообщение о предпосылках разумной жизни на одной из планет созвездия, и звездолёт «Колесо» — с двигателем спиндизи, первой, несовершенной пока, модели, — свернув с пути к «Малой медведице», помчался к «Лебедю».
Каждые два года для половины экипажа сон в анабиозе сменялся вахтой — долгой и нудной. Семьсот двадцать суток одно и тоже: космос… космос… космос… И ни разу, какого-нибудь «вжжжик» — встречного лихача, или «пик» — иномирного сигнала.
Скукота.
Особенно страдали в батареях. Орудийные стволы почистил, лафет смазал, снаряды перебрал и… всё по новой, иначе свихнёшься.
Пушкари носового орудия, те вообще без дел остались: башню с пушкой и всем боезапасом утеряли, с Луны стартуя. Спали бы в анабиозе, да воля неволей половина расчётного состава бодрствовала. Задолго до пересменки сидели по лавкам в «предбаннике» анабиозария и отбивали чечётку; учащали дробь, надеясь этим ускорить ход времени, приблизить счастливую минуту. Ободряюще пожимали руки пробуждённым сменщикам, искренне желали им доброй вахты, скорой смены и расторопно укладывались в заветную капсулу. Неприкаянных пушкарей жалели: в батареях подпускали к орудиям лафеты смазать и ставили в цепочку снаряды передать; старпом приглашал на мостик «медь» надраить; штурман — в рубку «кораблём порулить».
Однажды суперкарго попросил прислать бойца прибрать каргоотсек, комбат выделил наводчика. О той «батарее» ящиков с бутылками, что видел на стеллажах, тот — восторженно, с горящими глазами, вожделенно сглатывая, — доложил командиру.

Прихлебателей корите-не корите,
цель одна в их жизни — хлёбово в корыте.

Муратов П.Ю.

СКАЗЫ ПРО БИЗНЕС
(рассказы сибирского предпринимателя)

Компаньону Евгению,
супруге Светлане посвящаю

Вступление

Таких «сказов» в нашей стране можно услышать миллионы. Кому-то они могут показаться самыми обыкновенными, ничем не примечательными – нашел-де чем удивить. Не спорю, это не мемуары олигархов, которые могут поведать нечто такое... Зато мои Сказы автобиографичны и правдивы, их герои живут среди нас, все персонажи абсолютно реальные. Кому-то я изменил имя, кому-то – нет, а кого-то не назвал по имени вообще.
Не раз сюжеты будущих Сказов излагались мною устно в различных компаниях, и всегда воспринимались слушателями очень живо. Но слово прозвучит и исчезнет. И, со временем, всё забывается. Как говорил Проспер Меримэ, одну книгу в жизни может написать каждый. Может. Но далеко не каждый это делает. Однажды я попробовал, и первая моя книга «Встретимся на «Сковородке» (воспоминания о Казанском университете), вроде бы, получилась. Как сказал один мой читатель, чувствуется, что написано непрофессионалом, зато точно не на заказ. И, говорит, присутствует самое главное: «схвачен» и воспроизведен колорит места и времени. Но если удалось передать ощущение времени относительно стабильного периода нашей истории – последней пятилетки «развитого социализма», то события более поздних «веселых» времён тем более должны получиться колоритно и объемно.

Когда за углом укрывается - Смерть,
а ты и не ведаешь, как усмотреть?
Но смело вглядишься в пустые глаза...
И взгляд вдруг отводит Смерть от тебя.

Испуганно, спрятавшись за капюшон,
по лестнице вниз устремляется ...он.
И это - реальность, Это - не сны. -
О, как же жестоки больные огни!

Водоворот

Сцена первая
Любашин вышел из департамента культуры и пошел по улице. Несмотря на начала сентября, было прохладно, дул промозглый сильный ветер, на небесах собирался дождь. Но Любашин ничего этого не видел, он слишком углубился в собственные мысли. А они заслоняли от него все, что происходило вокруг. Даже если бы началась метель, то, возможно, он бы этого сразу и не заметил.
Только что произошло то, о чем говорилось давно, чего очень боялись, но надеялись, что не случится. Руководитель департамента культуры с сочувственным выражением лица, с извиняющей улыбкой на губах объявил, что театр снимается с государственного иждивения и отправляется в свободное плавание. «А там, уж как получится, выживет, значит, выживет, а если не выживет, то так тому и быть – придется навсегда закрыть его двери».
Чиновник, грустно глядя на Любашина, пояснил, что город больше не может финансировать такое количество учреждений культуры; в стране – экономический кризис, доходы бюджета падают. И городские власти приняли решение о резком уменьшении субсидирования всей этой сферы. Не только их театр попадает под это сокращение, есть целый длинный список. А потому ни о какой дискриминации речь не идет, наоборот, в департаменте очень надеются, что коллективу удастся выжить в новых нелегких условиях. Более того, они готовы оказать ему поддержку, правда, только моральную. А вот в чем она может заключаться, собеседник Любашина не уточнил.

Гершеле Острополлер проснулся после полудня. Голова его гудела как паровой котел, во рту, казалось, с десяток кошек опорожнили свой кишечник, и главной мыслью, терзавшей несчастные мозги Гершеле, была мысль о капусте. Именно, квашенная капуста могла бы спасти исстрадавшийся организм старого еврея, женившего вчера своего младшего сына Абрашу на первой красавице местечка Двойре Хаймович. Да, он здорово перебрал вчера на свадьбе горилки с перцем...
Острополлер вышел на крыльцо, приспустил штаны, и длинная желтая струя ударила в ближайший куст папоротника. Сощурив глаза, Гершеле посмотрел в сторону солнца. До наступления субботы было еще часов пять, так что он мог вполне успеть опохмелится, сходить в баньку, в синагогу и встретить шабес, как и подобает хорошему еврею.
Подойдя к умывальнику, Гершеле набрал в ладонь пригоршню воды, плеснул в лицо, набрал еще, прополоскал рот... Эх! Хорошо! Теперь бы еще капустки...
Он взял зажженную свечу, спустился в погреб и потянулся к полке с соленьями.
- Эй, Гершеле, осторожней! Не раздави моих слуг!
Голос был тонюсенький, как писк мышонка, но Острополлер все же его расслышал.
Замерев на секунду, он оглянулся по сторонам. В тусклом сиянии свечи ничего невозможно было разглядеть. Он нашарил в углу старую керосиновую лампу и зажег ее. Стало светлее, и он увидел на полу какое-то движение.
"Мыши", - подумал он. - "Надо будет снова мышеловки поставить". Он собрался, было, шагнуть вперед, как снова услышал:
- Да, осторожней, тебе говорят!
- Первый раз слышу, чтобы мыши разговаривали... - пробормотал старик, вглядываясь в темноту.
- Это не мыши...
- А кто? Кто здесь?

Студент-практикант архива, вышел срок хранения, не дал ходу утилизации

Часть первая
Ожидая к подъезду машину, Василий Иванович Паранин курит у окна. Мужчина он статный, с виду пожилой — лет эдак под семьдесят. С густо пробившейся сединой в без того светлых, белых даже, волосах и бороде. На лицо — кожа светлая, если не сказать бледная, в морщинах мелких частых — примечателен двумя щёточками бровей, занимавших только ровно половину надбровной дуги у переносицы, полностью белёсые. Человеком-альбиносом он не был, выработка организмом меламина в норме, но в школьные годы за свою яркую белобрысость получил прозвище Альби, так прозывали, и в армии, и в вузе, звали родственники, коллеги на работе. На этой почве, в отрочестве уже, развилась фобия: не загорал, не снимал чёрных очков, носил однотонные свободного кроя блузы навыпуск — с «полными» рукавами даже в летнюю жару. Не снимал (волосы, густые, прямые, зачёсаны за уши, ниспадают до плеч) кепок и шляп, а последние десяток лет не расставался с беретом, явно из былого синего «вэдэвэшного» перекрашенного в цвет чёрный. Уже этот только нетривиальный облик — берет, да блуза с синего цвета бантом на груди, который поцеплял нечасто, но непременно за работой у мольберта — выдавали в нём человека, связанного с художественным творчеством. И на самом деле Паранин слыл известным и востребованным реставратором церковных стеновых росписей, мозаик. С признанием в профессии больше не жаловал прозвище Альби, всем запрещал, кроме коллег-сверстников.

Христоград

Мне снился как-то сон,
Была гроза,
Я чутко громы принимала
Душой, что в дреме,
И черемуха пила
Листвою всей
Целительные громы.

Мне снился сон –
У Царских Врат стою
И Страж Высокий, что с ключами,
Мне навстречу,
Он просит рассказать
Всю жизнь мою,
Сдувает пыль с плеча,
Смеясь, он очень нежен.

О, я, конечно, тОмы- годы достаю,
Готова говорить я долго-долго,
Но Страж Высокий
Опустил главу свою:
- Не то, сестрица,
Что с того мне толку?

Скажи лишь, ты любила ли людей?
Открыла ли им сердце свое, душу?
Я видел много злых учителей,
Я слышал много мрачных лекарей,
Я слушал многих хладнокровных, страх!, вождей,
Закрыт навек им Христоград,
Не открываются Врата на мрак и стужу.

Он так сказал, и я не знала, что
Мне делать – скромность ум мой весь смутила,
Меня Страж поднял на весы, он взял Перо
И оказалось, что Оно не победило…

И я проснулась… Было тихо,
Где ты, Гром? Где Молнии
Горячие, как лава?
Я плакала, мне было сладко и светло…
Все растворились злые в благости туманы…

«»»

Сольвейг

В каких мирах живет моя Душа?
В какой предсветлый час
Она, росою белой умываясь,
Меня наполнит звездной радостью, и связь
С ней возрождается, Красою восполняясь.

Красою дружб больших, больших – не мелких тайн,
Красою тяг, что не разрушит Время,
Душа моя, Сольвейг!, поющая всегда,
И ждущая, как мига бога, моего явленья!

Треть павших звезд я подниму к душе,
Тех, кто устал жить в мире сиротою,
Того, кто в тайне плачет, кто в тоске,
В безверии кто сник в вражде с судьбою.

«»»

Лебеди в глазах

А у моей Любавы в глазах Лебеди плывут,
А у моей Любавы ручки нить плетут,

Алтэ Захен
(старые вещи)

- Знаешь, в чем секрет моего долголетия? - спросил Хаим своего правнука Шмулика.
- Оставь, дед! - отмахнулся тот. - Эти твои заморочки всем давно уже известны...
- Ты, конечно, можешь думать, как хочешь. Да, многие считают меня чудаком.
- Дед, мы все тебя очень любим! В конце концов, у каждого могут быть свои странности...
- Это не странности, внучок...
Старик посмотрел на закат. Краешек солнца все еще виднелся над вершиной холма, но небо уже окрасилось в тот волшебный цвет летнего вечера, который так нравился Хаиму в этом маленьком курортном городке на самом юге Израиля. Да, вечера в Эйлате и в самом деле были похожи на сказку из "Тысячи и одной ночи". Единственное, что отличало их от старинных легенд - громады фешенебельных отелей, выстроившихся вдоль городской набережной.
Шмулик хоть и не был бедняком, но все же денег на такую гостиницу у него не набралось. Поэтому он снял для себя и прадеда номер попроще, с окнами на бассейн и балконом на запад.
Вот и сейчас, в последний день пребывания в Эйлате, они сидели на балконе, смотрели на закат солнца, плавящегося в июльском хамсине, и вели неспешную беседу "за жизнь".
- Видишь эту старую трубку? - Хаим поднял руку с зажатой в кулаке курительной трубкой времен английского мандата. - Ей больше ста лет. Она досталась мне от отца. Я никогда не курил, но с ней я не расстаюсь.
- Ну да. Это твой талисман. Еще скажи, что благодаря этой сухой деревяшке ты прожил сто двадцать лет!
Шмулик и сам был уже не молод. Во всяком случае, он выглядел даже старше своего прадеда.

Звездолёт встал на дыбы. Сильный удар встряхнул корпус и уронил на пол всё, что не было закреплено.
– Внимание! Корабль атакован неизвестным агрессором! – раздался в громкоговорителях напряжённый голос капитана. – Всем пассажирам срочно вернуться в свои каюты, занять спальные места и пристегнуться сонниками.
Потеряв управление, звездолёт стремительно нёсся к планете. Люди метались в панике. А я, как обычно, сидел в грузовом трюме и, подключившись к внутренним камерам, наблюдал за легальными пассажирами.
В отличие от них я спокоен. Те пять лет, в течение которых после гибели родителей зайцем скитался по космосу, ничего хорошего не принесли. Конечно, умирать не хотелось, ведь едва исполнилось шестнадцать, но я увидел столько человеческой низости и подлости, что предпочёл бы смерть. А ещё до чёртиков надоела такая жизнь, в которой у меня нет будущего.
Всё что я умел – воровать, проникать зайцем на космолёты и выживать. Не раз я замерзал до полусмерти, иногда задыхался от нехватки воздуха. А судьба, как мачеха, жестоко наказывала, но и хранила меня. И вот, наверное, пришёл конец этой жизни.
Всё моё имущество – тёмно–фиолетовый скафандр, который я украл на одном из космолётов. Он имел системы обогрева и восстановления воздуха. А ещё примитивный интеллект, позволявший тайно входить в сеть корабля. Этим сокровищем я обзавёлся, едва не задохнувшись в одном из затяжных полётов и очень им дорожил. Он стал моей второй кожей.
За годы полётов я освоился с жизнью на корабле, и знал, что и когда происходит. Это помогало вовремя прятаться, чтобы меня не обнаружили. Заяц в космосе – это вор.

СКАЗ ПРО ДОМИНИКАНУ

Пролог

Возможность путешествия в Доминиканскую республику явилась следствием нашей предпринимательской деятельности. В 2007 году ЗАО «МЕТТЭМ-Технологии», производитель фильтров «Барьер», объявило о старте первого в нашей истории «капсоревнования» среди дилеров России. На кону стояли бесплатные путевки (по две на дилера) в доминиканский пятизвездочный отель «Баваро принцесс», что на востоке карибского острова Гаити. В число победителей вошли дилеры семи городов, одними из которых заслуженно стали мы, компания «Экологическая техника». «Награда нашла своих героев».
Путешествия за тридевять земель – прекрасная возможность не только посмотреть, впитать что-то новое, но и глянуть на себя со стороны, провести сравнения, сделать какие-то выводы. Особенно возбуждала близость острова Гаити к нашему историческому и геополитическому конкуренту и оппоненту – Соединенным Штатам, и я догадывался, что больше всего отдыхающих будет именно оттуда. Добро. «Эй, вратарь, готовься к бою!»
К тому же, за бесконечной круговертью дел и забот, мне никак не удавалось вырваться на отдых за границу, хотя загранпаспорт был оформлен еще четырьмя годами раньше и пылился где-то на полке. Я благодарен Коновалову за то, что он, фактически, заставил меня «положить кайло на землю» и по-настоящему отдохнуть. В 2002 году ему удалось побывать во Флориде на семинаре американской компании «Есowater sistems», дилерами которой мы также являемся. Евгений, закатив глаза, выдохнул: «Петя! Ты обязан это увидеть!»

Дверь бара резко распахнулась, и из нее вылетел здоровый амбал. Пролетев метра три, он грохнулся прямо под ноги полицейского.
- А, Гарри! - оживился тот. - Давненько мы с тобой не встречались! Как насчет того, чтобы прогуляться со мной в участок?
- На этот раз я ни причем, сэр, - пытался оправдаться громила.
- Ну, ты всегда у нас "ни причем", - спокойно ответил коп, пристегивая его наручниками к металлической ограде. Он ждал продолжения.
Ждать пришлось недолго.
Дверь бара распахнулась во второй раз, и за первым пропоицей последовал другой. Полицейский вызвал по рации наряд, а сам двинулся в сторону бара, на ходу вынимая из кобуры кольт. В дверях его чуть не сбил третий амбал, летевший в том же направлении.
А в баре творилось нечто несообразное...
В центре него стоял здоровый черт и раздавал плюхи направо и налево. Особенно хорошо у него получались удары копытами - ими он лягался лучше заправской лошади. Впрочем, рога на голове тоже ему помогали - бодался он просто профессионально.
Полицейский выстрелил в воздух, и драка сразу прекратилась. Каково же было удивление постового, когда здоровый чертяка, только что отметеливший восемь человек, вдруг жалобно захныкал, размазывая по волосатым щекам горючие слезы.
- Дяденька полицейский! - жаловался он. - Они первые начали! Я не виноват!
- В полиции разберутся. Пройдемте со мной, молодой... гм... человек! - последней парой наручников он пристегнул черта к себе.
На суде присутствовало все семейство - "ангелы" (папа и мама), "люди" (старшие братья и сестры) и "черти" (младшенькие).

Режим пропагандиста "злобно выть"
на "сладко петь" — раз плюнуть обновить.

Та же самая ситуация, что и со стихотворением Город ( Осколки). Не получается при переносе на страницу для читателей сохранить авторское расположение текста. Четверостишия должны идти в шахматном порядке.

Ссылка на песню на эти стихи:

https://t.me/yurii_bereshenko/9
https://t.me/yurii_bereshenko/11 (2 версия)

***
Киоск газетный запер ставни,
Асфальт темнее стал и жёстче,
В витринах замерла усталость
В предчувствии прихода ночи.

Тенями лица переполоты
Цветных и призрачных прохожих,
И рынок на ладони города,
На пачку сигарет похожий.

Фонарь трёхглавый, словно грабли,
Мешает землю с небесами,
Забор, составленный из дабл-ю,
Как будто крепит их скобами.

То расширяясь, то сгущаясь,
В нас забивают звёзды сваи,
Прошиты едкими лучами
Все зданья, люди и трамваи.

А ночь идёт шагами плавными,
Жизнь до утра беря в займы,
И превращает мелочь в главное,
И, кажется, случайны мы.

— О «яйце» и командующем Флотом СЦА.
Мастер Аментола полюбовался цветом содержимого фужера на свет. Прикрыв глаза, понюхал и подмигнул Акмеле. Рассказывал потом по-стариковски не спеша, тихо, пригубливая время о времени медовуху. Слушая его, молодой камердинер подливал ему, себе и старался не громко шелестеть фольгой, разворачивая очередную плитку шоколада.
— Сооружение с инвентарным номером ЗAH13000048 и названием «Кисловодск» — личный бункер командующего Флотом Соединённых Цивилизаций Акиана. Построен был тысячу лет назад. Прототипом конструкции послужило, я тебе уже рассказывал, птичье яйцо. Если, что и нарушало схожесть с ним, так это, разумеется, размер и цвет. Причём чёрный карбон «скорлупы» имел свойство не отражать света, отчего «яйцо» воспринималось дырой на фоне звёздного тумана. Потому «Кисловодск» называли ещё и «Дырой».
Что под «скорлупой» в «белке» и «желтке» держалось в секрете. Знали адмиралы флотского соединения «Крепость», но только толику. О том, что видели, молчали. Бывали в «Дыре» исключительно только они (жил флаг-адмирал в бункере один, без адъютантов, денщиков и прислуги), и только раз в году во время командных учений-игр. Личный катер командующего (тоже из карбона; называли «Дыркой») болтался между корпусами флагмана «Крепости» — известного тебе дрейдера с названием «Эсерка Каплан» — опечатанный и даже со снятой рулевой баранкой, на время учений-игр приваливал с адмиралами к причальному столбу бункера и стоял на швартовых четырнадцать суток.
Подозревали, что в сцепке «Кисловодска» с «Эсеркой Каплан» их линь швартовый на самом деле — шланг.

Не сыщешь адекватней адвоката,
чем адвокат царя-неадеквата.

"Назвался груздем - полезай в кузов!"

- Слушай, Ицик, а почему ты назвал свой задрипанный магазинчик "Центр Вселенной"? - старый Мордехай крутил в руках колечко ценою в шекель, не зная, то ли купить его для своей правнучки Рахели, то ли выбрать что-нибудь другое.
- Почему ты так говоришь? - возмутился толстяк Ицик. - В моем магазине - лучшие товары мира. Читал вывеску на дверях?
- Ну да, реклама - двигатель торговли... Но ты продаешь за доллар то, что стоит шекель. Да и товар у тебя - дрянь.
- Не нравиться - не бери.
- Рассчитываешь на дураков?
- Да пошел ты! - Ицик явно начал заводиться.
Старик пренебрежительно сплюнул, бросил колечко на прилавок и сказал:
- Даю за него два шекеля. Это его красная цена.
- Ты что, не понял, старый хрыч? Читать умеешь? Тут все товары за доллар. Плюс НДС. Итого - четыре шекеля пятьдесят агорот.
- Шалом! - Мордехай развернулся и вышел из магазина, хлопнув дверью.
- Уже пятый идиот за сегодняшний день, - проворчал себе под нос Ицик.
Магазин был пуст. С самого первого дня открытия, люди приходили сюда, вертелись, но ничего не покупали. Уж слишком плохие были товары. Но Ицик Бурджи и не рассчитывал на коренных израильтян. Он делал ставку на туристов. Их провести было гораздо легче. Здесь, недалеко от иерусалимского рынка, шансов было больше, но что-то ему пока не везло. Наверное, всему виной были конкуренты - долларовый магазин араба Ибрагима напротив, лавки Шломо и Рут, и еще куча уличных торговцев - евреев, арабов и христиан.

Кот моей мечты.

I.
Конечно, звучит смешно - кот моей мечты! И уж совсем ничего, кроме усмешки, не может вызвать такое честное признание, сделанное вслед за первым откровением, что, только заполучив Васеньку, я наконец-то поняла, что всю свою предыдущую жизнь только о нём и мечтала. Усмехайтесь, дорогие читатели - для меня это была бы большая удача! Может быть, усмешка подвигнет вас на ознакомление с содержанием последующих страниц.
Итак, о Васеньке. У меня в детстве всегда были кошки и собаки. Были у нас в хозяйстве и куры, ибо жили мы в частном домике, позднее уступившем место голой многоэтажке, имели сад, палисадник, дворик для кур, сарай. Куры, конечно, не входили в круг моих увлечений, это вам не очаровательницы-кошки и не преданные умницы-собаки! Хотя, даже среди этих глупых созданий была одна рыжая красавица, не чуждая прямых контактов с таким опасным существом, как человек. Ей очень нравилось, когда её гладили по спине и чесали под крылышками. Говорю это к тому, что трудно представить себе нормальное детство без тесного общения с животными. А вот мои дети, в отличие от меня, росли именно так, без тесного общения с четвероногими или двуногими, но крылатыми, собратьями. В городской квартире решиться на подобный шаг, как приобретение такого вот собрата?! Легче умереть!
А дети - их у меня двое: мальчик десяти лет и девочка пяти - канючили: "Хотим, хотим! Жить не можем! Вон у Петьки, вон у Ленки, у всех есть, а у нас?" Иногда я всё же делала попытки пойти им навстречу, собиралась с духом день, два и ... никак не могла решиться. Боже мой, как представлю! Кормёжка, туалет, прогулки, мусор! Ведь всё на меня падёт!

Осенняя задумчивость природы
и хмурость утра, и сырость улиц,
и снег, парящий вниз - из лона небосвода,
и вековых деревьев мудрость. -

Всё это - в сердце:
любовь к природе,
любовь - к Отчизне -
геном народа.

ТРОЙСТВЕННЫЙ СОЮЗ

https://www.youtube.com/watch?v=G9pmZgHtuyQ&feature=youtu.be

Виталий застонал от боли, а мысли устремились по привычному кругу. «Проклятие! Надо ж было так влипнуть. Как обычно, виновата спешка. Из-за неё с самого начала всё пошло наперекосяк: опоздали на посадку, недоукомплектовались, оставив на базе часть контейнеров с необходимым оборудованием и оружием. В результате попали под обстрел, лишились корабля, и что самое грустное, я в плену. Теперь я могу только сожалеть об упущенных возможностях и надеяться на судьбу».
В поле зрения возникло тёмное пятно. Но в полутьме контуры расплывались, лишая возможности сфокусироваться. А вот уши различили лёгкие шаги. Кто-то приближался. Нос Виталия уловил запах горелой резины. Значит, суйтц. А в следующий миг энергетический удар: толчок воздуха; тело подхватил и понёс какой-то поток; столкновение с твёрдой поверхностью; резкая боль; тьма.

Глава 1. Встреча Виталия с кохлотом Ашаш

– Что это за мир? Здесь всё не так. Зачем создавать низкочастотное энергетическое поле? Мне дискомфортно.
– Кто ты? – спросил или подумал Виталий, уловив странный монолог.
– ???
Виталий скривился – тело пронзила боль. Но лучше не стонать, чтобы снова не наказали ударом. «То ли меня хотят убить, то ли специально держат в бессознательном состоянии. Если так, то почему не усыпили? Мне плохо. Откуда столько негатива? А может, ощущаю не свою боль?»
– Где ты? – То ли вопрос, то ли понятие.
«Хм… Я здесь лежу, – подумал Виталий. – Я с кем-то общаюсь? Или улавливаю чужие мысли? Но ведь я не телепат и никогда им не был».
– Ты кто?

Прочитать с рисунками и таблицами можно здесь
http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/obobrazowaniiplanetiproisho
Видео https://www.youtube.com/watch?v=rFr_eQPaS38&t=222s

Об образовании планет и происхождении комет -2

Космология изучает развитие всей Вселенной в целом, а космогония — образование и развитие планетарных систем, в том числе, и Солнечной системы.
С 1944года и по настоящее время официальной космогонической теорией считается теория Шмидта о происхождении Солнечной системы.
“Официальная космогоническая теория объясняет происхождение Солнечной системы следующим образом. Солнечная система образовалась в два этапа. На первом этапе существовало водородно-гелиевое облако. Из этого облака, в результате гравитационного сжатия в центре, образовалась звезда. Звезда, завершив свой эволюционный путь и накопив в своём ядре “тяжёлые” элементы от термоядерного синтеза водорода и гелия, взорвалась. После взрыва звезды образовалось газопылевое облако, которое остыло. На втором этапе, около 5 млрд. лет назад, теперь уже имелось газопылевое облако, обогащённое всеми элементами таблицы Менделеева. В результате гравитационного сжатия, снова образовалась звезда. Когда “температура” в центре звезды превысила 107К, начался термоядерный синтез. Так образовалось Солнце. На его периферии образовались все остальные тела Солнечной системы: планеты и кометы”.

Теперь о состоятельности теории Шмидта.
Существующая сегодня космогоническая теория особенно плохо объясняет происхождение Солнечной системы.

1. В 1917 году в Российской империи произошла ВЕЛИКАЯ РУССКАЯ ЛИБЕРАЛЬНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ.
Она началась с ФЕВРАЛЬСКОГО ПЕРЕВОРОТА, осуществлённого правыми либералами (сторонники буржуазных ценностей) ради устройства в России европейского государства «демократической формы правления».
И революция закончилась ОКТЯБРЬСКИМ ПЕРЕВОРОТОМ, когда власть в стране взяли либералы левые (большевики) во главе с В. И. Лениным, и Россия стала «первым в мире государством рабочих и крестьян».

2. РОССИЙСКУЮ ИМПЕРИЮ ДОМА РОМАНОВЫХ УНИЧТОЖИЛИ ЛИБЕРАЛЫ ПРАВЫЕ (приверженцы европейских буржуазных свобод) в ходе февральского переворота 1917 года.
Необходимо раз и навсегда снять с большевиков «заслугу» свержения монархии в России, несмотря на всю их длительную борьбу против неё. К факту свержению царизма БОЛЬШЕВИКИ НЕ ИМЕЛИ РОВНО НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ! Не большевики виновны в свержении Российской монархии, хотя им было, вероятно, до обиды жаль, что эта история обошлась без них.

3. РОССИЙСКУЮ ИМПЕРИЮ УНИЧТОЖИЛИ И ПРИВЕЛИ РОССИЮ К ПОЛНОМУ РАЗОРЕНИЮ БУРЖУАЗНЫЕ ЛИБЕРАЛЫ ВРЕМЕННОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА за восемь месяцев своего правления.
Именно при них в бывшей империи стали нарастать центробежные силы, принявшиеся устанавливать свою самостоятельность на различных территориях. Именно при них в стране, ранее экономически вполне благополучной, по сравнению с другими воюющими странами, разразился страшный производственный и финансовый кризис, поставивший население страны на грань выживания. Именно при них Россия лишилась боеспособной армии, почти было готовой опрокинуть Германию и Австро-Венгрию.

СКАЗ ПРО ТУРИСТОВ

Памяти друзей Ирины Мисюровой, Сергея Пантюшина
и Александра Брызгалова

Давно хотел написать что-нибудь про нас, туристов. Нет, не про тех, кто пялится в окно автобуса или крутит баранку авто, не тех, кому зычный экскурсовод бойко приказывает: «Посмотрите направо, посмотрите налево!» И даже не про тех, кого сплавляют по рекам или таскают по горам нанятые профессиональные инструктора, хотя счастливый владелец путевки, одевший рюкзак, взявший в руки весло или оседлавший коня, уже вызывает уважение. Нет, не про них. А про самодеятельных туристов, это беспокойное племя горников, водников, «пешеходов», лыжников, спелеологов… Про тех, кому не надо растолковывать смысл словосочетания «категорированный спортивный поход», кто всегда улыбнется человеку, сходившему, например, в горную «пятерку». Это как пароль: «свой» – «чужой». «Свой» примет и оценит, а «чужой» и не поймет в чем дело: «Что-что? Куда сходил? В какую-такую «пятерку»? А зачем?» И сразу же чувствуешь внутреннее расположение к «своему» или, напротив, усталую скуку к «чужому». Действительно, «зачем»? «Зачем ходить» – не объяснишь, да и пытаться объяснить «зачем ходить» – лень или пустая трата времени.
Долго думал, как выстроить фабулу повествования, чтоб читалось с интересом и «своими», и «чужими». Просто рассказать про походы, красоты гор и рек, трудности преодоления маршрутов, туристский фольклор? Банально – подумалось мне, ведь информации на эту тему – море. Хотя, стоит заметить, к теме туризма я уже пару раз примерялся и в книге «Встретимся на «Сковородке», и в «Сказе про кольцовское чудо». Что же можно поведать нового?

— Аврал. Командующего подменили.
— Доложите внятно, контр-адмирал Девятов, — потребовал вице-адмирал Склист.
— Сижу я в «персоналке», «Марсом» перекусываю и в монитор гляжу. Вдруг, как током: что-то не то с командующим. Лицо, руки — трубку табаком набивал — вытянулись, в плечах раздался. И фуражка бОльшего размера. Тулья высокая, как в новенькой, у Старика нашего заломлена, смята. Составил задание, комлог смоделировал его фигуру в рост и сравнил с фигурой Шмидта. Метр сорок восемь сантиметров против двух метров девяноста шести сантиметров.
— Не допускаете ошибку? — по цепочке в шеренге из офицеров шёпотом передали вопрос адмирала Флота Моля.
— Перепроверил три раза, Шмидту до середины бёдер.

Шёпотом говорили, чтобы не слышал дремавший поодаль от подчинённых командующий флаг-адмирал Малышев — Старик, как звали за глаза. Виделись с ним только раз в году и только в каюте-ком, где проводились командные учения. Малышев слыл карликом — комплексовал. Потому всё время занятий находился в глубине высокого подиума размером с доброю сцену оперы и балета. Сидел за столом, не покидая инвалидного кресла. При сцене имелась оркестровая яма, в которой — находился, не скажешь — прятался адмиралитет, все сорок офицеров. Выстаивали шеренгой на чём-то схожим с барным табуретом на одной ножке, называли их «пюпитрами» — телескопически выдвигались и регулировались по высоте. Назначение устройств — выровнять в струнку околышки фуражек, Малышеву от стола только и видимых: будто те не на адмиралах надеты, а уложены рядком на присценном бордюре.

Гарем

1.

В ЗАГСе было душно, и они с удовольствием вышли на улицу. По крайней мере, с удовольствием вышел на улицу Смуров. Судя же по выражению лица жены, которая несколько минут назад стала уже бывшей женой, ею владели менее радужные чувства. Но Смурова это уже не волновало, этот развод дался ему с таким напряжением, что ни о чем подобном думать больше не хотелось. Сделано главное, он добился своей цели, к которой шел не один год. И едва дочери исполнилось восемнадцать, объявил супруге о своем намерении.
Что тут же началось, он даже не подозревал в своей жене наличия столько злобности, мстительности, мелочности и узости. До сих пор он воспринимал ее иначе, считал женщиной интеллигентной, достаточно широко мыслящей. Разумеется, за более чем четверть века совместной жизни он хорошо узнал ее недостатки, но, как оказалось, о многих и не подозревал. Да и вообще, она предстала перед ним в совершенно ином свете. Хотя, признавал Смуров, наверное, и он, в ее глазах стал выглядеть иначе: предателем, отступником, эгоистом. Всех эпитетов, которыми она награждала его, сложно не только перечислить, но и просто запомнить. Ничего не изменилось даже после того, как он снял свои претензии на их большую квартиру. А ведь она приобретена целиком на его средства. Но чтобы успокоить страсти он решил не претендовать на нее, отказаться от любого дележа. Ничего, поживет в первое время в старенькой небольшой квартирке, оставшейся ему от родителей. Свобода всегда требует жертв, иначе не почувствовать всей ее сладости. А он столько лет втайне мечтал о ней, она ему грезилась, как любимая женщина.

Они входят в жилище без спроса,
и уже еда - под вопросом.
Это - Чёрной магии секта,
её инфернальный путь.

Цель их - доведенье до стресса.
Круг их - сатанинская месса,
её чёрно-гниющее пекло,
и убийство "других" - суть.

Где бросают ножи - в спину,
заползая по горло - в трясину...
И никто не поможет другому, -
каждый будет - сам за себя.

Время их сочтено - веком,
и назад - не спасут "комбеки".
Вера в Свет - приведёт к дому,
где в них верят и ждут, любя.

Евгений Добрушин

Йозеф

(сценарий короткометражного фильма-драмы)

Провинциальный американский городок. Одноэтажные дома, похожие друг на друга. Весна. Цветут сады. Яркий солнечный день. По пустынной дороге через городок едет старенький «форд». Номера машины забрызганы грязью. Автомобиль останавливается возле одного из коттеджей. Водитель машины – мужчина лет 40, одетый в рваные джинсы и куртку. На голове его - ковбойская шляпа. Типичный американец. На левой щеке у него большое родимое пятно, которое сильно его портит. Он сидит в машине и слушает американскую популярную музыку 80-ых годов. Играет радиоприемник. «Форд» выпуска начала шестидесятых. События происходят, явно, в 80-ые годы. Сверяется с картой, лежащей на соседнем сиденье.

- Здесь! – говорит он сам себе.

Достает из «бардачка» автомобиля кольт, вставляет в барабан патроны и идет к дому. Стучит в дверь. На двери написано по-английски: «Семья Коэн». Ему открывает пожилая женщина.

Мужчина выхватывает пистолет, хватает женщину за ворот ее кофточки, приставляет «кольт» к ее голове и тихо ей говорит:

- Слушай сюда, старая жидовка! Сейчас ты пойдешь и достанешь из своего гребанного сейфа свои брюлики и сраные баксы. И отдашь их мне! Или я тебе прострелю твою тупую жидовскую башку! И тихо, сволочь! Не вздумай кричать!

Старая женщина меняется в лице. Сначала ее лицо изображает дикий страх, но потом ее глаза озаряются радостью, из них текут слезы. Она проводит рукой по левой щеке мужчины и гладит его родимое пятно.

- Йозеф! – шепчет она. – Ты нашелся! Я знала, что ты жив! Какое счастье! Сынок! Мы с папой ждали этого сорок лет!

Фитко и его Друзья

Что ж, мы узнали выше, что мальчик Фитко, благодаря своему прилежанию и страстному желанию помочь жителям страны Гордецов, многому научился в Школе Огненного Беззлобия и от многих теней прошлого уже избавился. И тогда на его новоявленный свет прилетели, как прекрасные бабочки, друзья – девочка Аулисса и пес Крун.

Благодаря им мальчик Фитко осознал, насколько отличается дружба в стране Правдосветлых от дружбы в стране Гордецов! В стране Гордецов дети собирались в группы Дружб (так это называлось там), исходя по чинам родителям, по особенным способностям. Соперничать, ябедничать, доносить друг на дружбу – это приветствовалось в их мире, награждалось. Если твой друг падал, и тебе хотелось протянуть ему руку помощи – взрослый злонаставник тут же бил по руке, а родители лишали сладких булочек, которые приносили по утрам пекари самой феи Горденики. У нее в замке была особенная, тайная, злопечка, которую соорудил Зломастер, и выходили оттуда пироги с особой ядовитой сладостью, от которой у гордецов - ее подданных, горячее алое сердце быстро замещалось рыхлым, пышным комочком без искры и пламени и любви. Этот рыхлый комочек в груди не знал и чувства Дружбы, а пел о предательстве и подлости, как норме и высшем достижении гордеца.

Фитко опять становилось горько, когда он вспоминал о своих прошлых подлых проделках с друзьями – и смеялся над упавшим, и выдумывал небылицы о них. Как ему хотелось все исправить! Но он знал, что еще не Время. У Фитко пробудилась Совесть.

I.
Был поздний зимний вечер. Геннадий Львович, по-домашнему Геночка, безнадёжно опоздал к ужину. Трỳся и злясь, спешил он домой, в свою уютную двухкомнатную квартиру, в которой вот уже без малого девять лет проживал со своей красавицей женой, Лерой – Валерией. Да, она у него красавица, но … холодная и неприступная! Неприступная не для него, конечно. Однако больше всего на свете Геннадий Львович боялся её молчаливого презрительного осуждения. А именно это осуждение ему и предстояло испытать.
Вечер выдался вьюжным, метельным. Две противоборствующие силы не на шутку сцепились в поединке. Глухая давящая темнота и белый снег, падающий из мутного бездонного неба, пытались поглотить, усыпить округу. А люди, призрачный свет от фонарей и фар машин, медленно ползущих из-за бездорожья, порывистый ветер – все они разрывали засыпающее пространство, будоражили его беспокойным своим движением.
Геннадий Львович бежал, насколько это было возможно при беспрестанном преодолении снеговых заносов. Летящий снег порывами стегал его в лицо, словно некто очень сильный и нахально-игривый вдруг швырял его в глаза секущими горстями. Ветер вздувал полы тяжёлого зимнего пальто; ледяным дыханием, таким, что замирала трезвеющая душа, пробирался за ворот, в рукава и снизу под полы пальто, вдруг ставшего каким-то просторно тонюсеньким; норовил сорвать шапку, а иногда едва не валил с ног.
Несомненно, всё это зимнее роскошество в какой-то степени протрезвляло, но никак не способствовало ни повышению настроения, ни улучшению самочувствия, и, главное, не снимало основных болезненных симптомов, сопутствующих повышенному потреблению спиртных напитков.

https://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/induktiwnostxisamoindukcij

Какая между этими терминами связь? Оказывается одно не может быть без другого.
Рассмотрим этот вопрос по порядку. Проверить наличие индуктивности можно только через эффект самоиндукции. Если у проводника с электрическим током отсутствует эффект самоиндукции, значит он не обладает индуктивностью.
Это совпадает с определением индуктивности 1 Гн данное в учебниках.
"Генри равен индуктивности контура (а не прямого проводника), в котором возникает ЭДС самоиндукции в 1В при равномерном изменении силы тока в этом контуре на 1А за 1с".
Вы заметили из определения, что самоиндукция может быть только в контуре (в витке одного и того же провода). Это подтверждается экспериментом при определении 1 Гн. А в прямом проводнике с электрическим током эффекта самоиндукции нет и поэтому прямой проводник с электрическим током индуктивностью не обладает.
Как только Вы сделаете из одного прямого проводника с электрическим током хотя бы один виток, то сразу появится эффект самоиндукции и этот виток уже будет обладать индуктивностью.
Задайтесь вопросом. Почему у одного прямого проводника с электрическим током нет эффекта самоиндукции, а витка того же провода она появляется? В чём дело?
Вот два объяснения по официальной теории и по новой. Однако и по старой, и по новой теориям одинаково всё понятно.
По старой теории. Для того, чтобы был эффект взаимодействия необходимо два проводника с электрическим током. Если мы возьмём один проводник с электрическим током и сделаем из него виток, то получим как бы два проводника расположенных друг напротив друга.

"... и, как один, умрём
в борьбе за это!"
(из песни времён Гражданской войны)

Тяжек — груз обета:
все мы мрём, зато
не в борьбе за "то" ,
а в борьбе за "это".

ИНТЕРЛЮДИЯ

Уныло ровно, донельзя расслабляюще и невыносимо занудно гудели аппараты поддержания жизни. Они работали на пределе слышимости. Но когда других звуков нет, а мозги занять нечем, монотонное жужжание превращалось в адское испытание.
Анри лениво потянулся, будто сонный кот, и (Ой) едва не выпал из кресла. К счастью, спасла уменьшенная сила тяжести. Не то всё могло закончиться весьма печально.
Анри громко зевнул. И тут же промелькнула мысль: «А может, вздремнуть? Спать, не спать…. Надоело. Ничего не хочется, и невыносимо скучно. Просто напасть какая–то».
Третий месяц полёта доконал бы кого угодно. Молодой человек тоскливо глянул в круглое окошко иллюминатора. За ним царила непроглядная космическая тьма. «Как же она осточертела, – с тоской подумал Анри. – Всегда одно и то же». Редко там появлялось что–то иное: какая–нибудь звёздочка, или галактика. Тогда ещё можно хоть пофантазировать. А так не жизнь, а абстракция.
Когда долго заключён в тесном отсеке звездолёта, всё равно, что в консервной банке, начинает казаться, что больше ничего не существует. Ты сам центр вселенной. Но одному здесь так тоскливо. А сбежать некуда.
«Вот бы дед проснулся, – уныло подумал Анри. – Вместе всё же веселее».
Он любил деда. Особенно сильно это чувство проявлялось, когда вот так страдал, отделённый от родного мира бесчисленными миллиардами километров. Знали б вы, как это невыносимо. Открыл глаза, целый период бодрствования, называемый сутками, провёл в одиночестве, уснул. И так изо дня в день. Заверяю, после месяца подобного режима будешь рад любому собеседнику, даже самому негативному. Разумному существу необходимо общение.

Ссылка на песню на эти стихи:
https://t.me/yurii_bereshenko/19

***

Я на улицу вышел
Смотреть как столбы,
Ночь кладёт на асфальт
И затем
Заставляет двоиться.
У случайных прохожих
Были выбиты лбы
И тенями
Разъедены лица.

Ни себя ни прохожих
Мне было не жаль.
Безразличный к тому,
Что прошло и что будет,
Я бродил и бродил.
Миллионами жал
Звёзды злобу бросали людям.

Кто- то сыпал снежинки.
Косой их полёт
Выводил из души отчаянье.
И любая из них
Мне была НЛО,
Только в тысячу раз случайнее.

ПЕРВЫЙ ДЕТСКИЙ СИМФОНИЧЕСКИЙ
(повесть о казанской жизни 70-х)

Светлой памяти друга детства
Валеры Денисова посвящаю

Замысел написания воспоминаний родился у меня под чарующие звуки божественной музыки Шопена. С возрастом, перед глазами всё чаще стал возникать образ мальчика с рабочей окраины, облаченного в «униформу» казанского гопника с непременно вывернутыми наружу голенищами резиновых сапог, который, озираясь по сторонам и прижимая к груди футляр с флейтой, идет на... репетицию симфонического оркестра. И мальчик этот, как вы, наверное, уже успели догадаться — я. Какого такого оркестра? И почему «озираясь по сторонам»? Обо всем по порядку. Скажу по секрету: став уже пожилым человеком, этот «мальчик» всё еще пытается своими короткими корявыми пальцами воспроизвести звуки произведений великого польского волшебника. А тот мальчик из далеких 70-х уже мысленно вышел из троллейбуса на остановке «улица Павлюхина» и пересек дорогу. Спустился по улице Шаляпина, по направлению к улице Хади Такташа, и, улыбнувшись несущейся из окон приятной какофонии голосов и звуков различных инструментов, вошел в фойе музыкальной школы №5.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Подавляющее большинство детей приходят в музыку благодаря родителям. Воочию вижу, как папа или мама заводят за ручку в «музыкалку» своё немного испуганное чадо, еще неостывшее после первого звонка в общеобразовательной школе. Наверное, это правильно, ведь первоклассник еще многого не понимает. А за окном так соблазнительно звучат удары по мячу и крики детворы, еще не успевшей отрезветь от опьяняющей летней вольницы.

Они были очень молоды. Их любовь была искренней, бескорыстной и чистой, такой, какой она бывает в шестнадцать лет. Они не думали ни о будущем, ни о прошлом, а жили сегодняшним днем, наслаждаясь друг другом, и даря друг другу свою любовь без остатка, без компромисса, безоглядно выпивая эту чашу до дна.
Маленькая сибирская деревушка, затерянная в дикой глуши, вдали от цивилизации, без электричества и водопровода, где воду брали в колодце и ложились спать, с заходом солнца…
Его звали Иван. Классическое русское имя, вполне обычное для этих мест. А она звалась Надеждой. Наденька, Надюша – так ласково называл ее суженый…
В их деревне было всего десять дворов, да и то, два из них пустовали последние пять лет – деревня медленно вымирала. Ваня и Надя - последние дети, народившиеся там. Поэтому, когда девушка забеременела, никто ее не осуждал, что, мол, невенчанная. Главное, появилась надежда, что Ёлкино будет жить! Кое-как сыграли свадьбу, и молодожены поселились в одной из пустовавших изб.
А по весне молодая разродилась мальчиком. Но вот беда – померла Наденька. В тот же день и померла. На сотни верст вокруг - ни больницы, ни врача – спасать некому.
Остался Ваня в семнадцать лет вдовцом…
Ну, родители помогали, как могли, растить малыша Андрейку. Но тяжко было парню поначалу. Хотя, здоровья он был крепкого, да и руки росли из нужного места – вел хозяйство исправно, за мальцом следил, как надо. Горевал, конечно, по почившей жене, но не запил, не сломался.
Родители невесты в качестве приданного подарили молодоженам корову, родители жениха – коня, козу и двух поросят, ну и остальные сельчане: кто - цыплят, кто - щенка,

Последний бастион

Посвящается Дине Кирнарской

Глава первая

1

Как всегда после репетиции Княгинин чувствовал себя усталым и опустошенным. А сегодня это ощущение было особенно сильным. Хотя нагрузки были самые обычные, даже немного меньшие, чем всегда. Он закончил минут на пятнадцать раньше, чем удивил своих музыкантов. Его оркестранты привыкли к тому, что он все делает строго по расписанию. Если занятие должно длиться два часа, оно будет длиться ровно два часа. Ни минуты больше, ни минуты меньше. Такой порядок Княгинин завел вскоре после того, как возглавил коллектив. Он считал, что если существует во всем строгая дисциплина, то так легче управлять людьми. Музыканты же народ не самый дисциплинированный в мире, если произведение им нравится, репетировать они могут часами, но только тогда, когда им вздумается, когда есть настроение. Он хорошо это понимает, потому что по природе сам такой. Но они не могут себе позволить подобную расхлябанность, график выступлений и гастролей очень жесткий. Как и конкуренция. Слава богу, они в последнее время, как говорит Струмилин, на коне, приглашения выступить так и сыплются. И не только в своей стране, но почти со всего мира. Иногда у него даже возникает желание отказаться от некоторой их части. Во-первых, это не идет на пользу их игре, не всегда удается до конца отработать произведения, так как хотелось бы ему. А во-вторых, такой напряженный распорядок жизни все же несколько выматывает.

Меня будили:
— Мой адмирал, мой адмирал.

— Рассолу, — проснулся я.

— Выше голову, мой адмирал, — захлебнетесь.

— Банку давай! — отстранился я, услышав постукивание о зубы стекла фужера, и потребовал: — С огурцами!

— Это был последний рассол, мой адмирал.

— Ты кто?

— Мичман Склист, денщик ваш.

— Где я?

— У себя в каюте. Командующий вызывает… Наверное, войне конец. Я вас из нумеров Разориты вез спящего, к Новой Земле стартовала эскадра с Луны, за ней — бригада с Головного конуса Крепости. Фортщит планеты пропустил корабли со спутника, а чуть позже и наши штурмовики. Похоже, капитуляция.

"Щит сняли диверсанты и на планету высадились полуроты морской пехоты. Ну, Старик! Ну, моща! А все жаловался ему "дивизий нехватка и оперативного резерву нету", — подумал я и открыл глаза.

Темень.

— Денщик, свет включен? — спросил я с похолодевшим сердцем.

— На вас маска для сна, мой адмирал. Вы в нумерах уснули с открытыми глазами, я ее и надел.

— Сними. Ординарца отправь за рассолом.

— Ни у кого нет, я узнавал. Примите пропротен.

— Не помогает… Егеря — с-сволочи, в Администрации — паразиты, "Булатный трест" — кровопивец… У тебя… есть эликсир?

— Подчистую сдал… Вы за свой припрятанный — не помните? — поплатились. Мой предшественник, ваш прежний денщик, сослан, а вас командующий спас. Забыли? Вот два огурца… съешьте один, второй по дороге в Головной конус на лбу подержите.

— Такое забудешь,— я выдавил в рот рассол, поперхнулся, откашлялся, откусив огурца, спросил: — К какому времени явиться?

— К пяти. Двадцать минут на сборы. Катер подан.

Я вскочил с постели.

— Э-э-э… Как тебя?

Сколько я ни сталкивался с излюбленным очень многими авторами и просто рассказчиками словечком "вдруг", но никогда не вкладывал в его понимание столь, ну скажем, чистого значения. По моему мнению, всегда это самое "вдруг" как-то обусловливалось. То есть, причины, пусть подспудные, не осознанные, но обязательно были. В самый критический момент выплывало "вдруг"... и так далее. Понятно? Так я считал до четырнадцати лет. А в один прекрасный вечер, пребывая в вышеозначенном прекрасном возрасте, для окружающих почему-то малоприятном, я и познакомился с понятием "вдруг" чистейшей воды.
Я вдруг узнал, что у меня два папы! И об этом никто не знает! Кроме самих пап, конечно. Скажете, это не редкость, что два папы - один родной, другой неродной, и что об этом никто не знает. Но в моём случае об этом не знает даже мама! И не потому, что я взял и придумал этого второго папу в противовес наличному, или мне, допустим, по душе кто-то другой, конкретный, кого бы я хотел назвать своим папой. Нет, совсем нет - я люблю своего папу.
Они, мои папы, оба здесь, дома (т.е. в семье), всегда вместе, оба из-за этого недовольны своей жизнью, хотя это слишком мягко сказано - они страстно ненавидят свою жизнь и не менее страстно ненавидят друг друга. Сами понимаете, хочешь, не хочешь, а приходится всегда быть вместе; и висит над душой одного вечно подглядывающий кто-то, а для другого жизнь ограничена хуже, чем тюремной камерой. Оба они упорно трудятся, стараясь разорвать порочный круг своего существования, и оба панически боятся, как бы мама не узнала об их дуалистическом существовании.

Не жди, боец, с раскатанной губой,
что поведут другого на убой.

Прочитать с формулами и рисунками и обдумать можно здесь
Здесь блокируют, тогда в САМИЗДАТЕ https://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/
Николаев Семен Александрович, затем по названию статьи

Анонс. Хотите узнать, как Вас обманывают в науке физике? И этот обман заставляют Вас заучивать в школе и в институте. Чтобы с обманом было не поспорить, и чтобы он действовал наверняка, этот обман утверждён программой образования и является обязательным для всех. Почти вся фундаментальная физика построена на обмане.

Сколько существует формул, объясняющих ускорение?
(формула 1) , (формула 2) и (формула 3) .
1. Однако, только одна из этих формул имеет физический смысл и правильная.
Это формула (формула 3) .
Две другие не имеют физического смысла. Они фальшивые.
2. Вот статья, откуда, кто, как и зачем “вывел” формулу центростремительного ускорения (формула 2) .
Очень коротко об этой формуле.
Формулу центростремительного ускорения (формула 2) придумал Гюйгенс.
Формула не подтверждается экспериментально. Даже, наоборот, противоречит эксперименту. Чтобы “ввести” в механику центростремительное ускорение, Гюйгенс заявил, что, открытое им, ускорение свободного падения (формула 4) и придуманное им центростремительное ускорение (формула 2) , это одно и то же (формула 5) .
Для справки. Ускорение свободного падения (формула 4) , найденное Гюйгенсом из закона гравитационного взаимодействия Ньютона и третьего закона Кеплера, применимо только для устойчивых орбит Кеплеровских систем.
Давайте проверим. Проведём эксперимент на поверхности Земли. Ускорение свободного падения на поверхности Земли измерено и составляет (формула 6) .

"...Истину постичь можно только миром".
Е. Воронкова.

"Истину постичь
можно только миром".
Где - земная сечь, -
не услышать Лиру,

не увидеть Света,
не коснуться сердцем
Млечного расцвета, -
нет ключа от дверцы.

Там, где боль и страсти,
смерть, война и голод -
мир - в бездушной власти
и развитьем - молод.

... "Истину постичь
можно только миром".
Слышу звёздный клич -
там, где плач могильный.

Рассказ вошёл в сборник, ставший лауреатом международного конкурса "Золотой Гомер" 2018г в номинации "Увлекательная фантастика". Вместе с ним в сборнике так же представлены рассказы "Призрак" и "В конце пути"

Безумное, само с собой в раздоре,
Оно владеет, иль владеют им.
В надежде – радость, в испытанье – горе,
А в прошлом – сон, растаявший как дым.

Всё это так. Но избежит ли грешный
Небесных врат, ведущих в ад кромешный?

129 сонет Уильяма Шекспира

Великий Ашарат! Могучий Ашарат! Непобедимый Ашарат! Шум битвы у него в крови, лязг оружия – самая приятная музыка, предсмертные крики поверженных врагов – блаженство, а количеству выигранных сражений давно потерял счёт.
Кто–то о нём слагал легенды, кто–то шёпотом проклинал. Всяко бывало. Но все единодушно сходились в одном – Ашарат великий полководец. Его доблестные воины не знали поражения в битвах. Его неуёмная жестокость порой страшнее ужасных картин ада. А имя в устах многих созвучно с именем самого дьявола.
Такая слава лучше пламени согревала зачерствевшую в боях душу Ашарата. Тем более, сегодня. Ведь ныне великий день – войска непобедимого завоевателя разгромили очередную армию. А значит, покорилась ещё одна держава, и полководец вправе торжествовать.
Но амбиции великого росли. Божественный Ашарат маниакально жаждал всё больше власти, почестей и богатства. Могущественный Ашарат мечтал, чтобы при звуке его имени у людей от ужаса подгибались колени. Непобедимый Ашарат стремился к наивысочайшей цели: превзойти всех завоевателей прошлого, настоящего и будущего, и покорить весь мир.

«…Сторож ли я брату своему?..» (Библия)

Ну, как этому говнюку везло сегодня в покер!..
И, вот ведь хитрец! – Сначала уговорил меня играть на спички, а потом все это переросло в круглую сумму в тысячу шекелей!
Да это треть моей пенсии!
Скотина!
Сам живет на шикарной вилле в Кейсарии, а с меня, своего несчастного старшего брата, содрал такие деньги! Нет у человека никакой совести!
Элиэзер, наш младшенький, обласканный мамочками и папочками, всю жизнь купался в славе и любви. Еще бы! – Гений! Вундеркинд! В год начал разговаривать, в три – читать, в пять уже владел 6-тью языками, а когда пошел учиться в школу, ему было скучно на уроках, так как он знал весь курс математики и английского с ивритом, вплоть, до пятого класса.
В пятнадцать лет он уже закончил Тель-Авивский университет и стал делать постдокторат на кафедре физической биологии. Профессор в 15 лет! Вы себе такое представляете?!
Я же был обыкновенным лузером – еле-еле окончил школу, потом – армия (джобником), потом работа в охране. И так – до самой пенсии. Бабы смотрели всегда сквозь меня, как будто я – пустое место, а Элиэзер менял подружек каждую неделю. Он и детей наделал с десяток – три раза был женат, и от каждой жены у него по нескольку детей. И денег он зарабатывал – уйму! А как же! Ведущий биофизик Израиля, автор «эликсира молодости», лауреат Нобелевской Премии по биологии… Тьфу!
Да, это благодаря нему, я сейчас выглядел на двадцать лет, в свои семьдесят пять… Хорошо еще, что не отменили пенсионный возраст (из-за всеобщего омоложения населения), иначе бы я до сих пор торчал бы на какой-нибудь стройке!