Рекомендуем прочитать

Вряд ли мы в асфальт Китай
закатаем.
А раз — так, то правота —
за Китаем.

— О «яйце» и командующем Флотом СЦА.
Мастер Аментола полюбовался цветом содержимого фужера на свет. Прикрыв глаза, понюхал и подмигнул Акмеле. Рассказывал потом по-стариковски не спеша, тихо, пригубливая время о времени медовуху. Слушая его, молодой камердинер подливал ему, себе и старался не громко шелестеть фольгой, разворачивая очередную плитку шоколада.
— Сооружение с инвентарным номером ЗAH13000048 и названием «Кисловодск» — личный бункер командующего Флотом Соединённых Цивилизаций Акиана. Построен был тысячу лет назад. Прототипом конструкции послужило, я тебе уже рассказывал, птичье яйцо. Если, что и нарушало схожесть с ним, так это, разумеется, размер и цвет. Причём чёрный карбон «скорлупы» имел свойство не отражать света, отчего «яйцо» воспринималось дырой на фоне звёздного тумана. Потому «Кисловодск» называли ещё и «Дырой».
Что под «скорлупой» в «белке» и «желтке» держалось в секрете. Знали адмиралы флотского соединения «Крепость», но только толику. О том, что видели, молчали. Бывали в «Дыре» исключительно только они (жил флаг-адмирал в бункере один, без адъютантов, денщиков и прислуги), и только раз в году во время командных учений-игр. Личный катер командующего (тоже из карбона; называли «Дыркой») болтался между корпусами флагмана «Крепости» — известного тебе дрейдера с названием «Эсерка Каплан» — опечатанный и даже со снятой рулевой баранкой, на время учений-игр приваливал с адмиралами к причальному столбу бункера и стоял на швартовых четырнадцать суток.
Подозревали, что в сцепке «Кисловодска» с «Эсеркой Каплан» их линь швартовый на самом деле — шланг.

Капиталист

Часть первая
Начало

1.
Ну, вот и все, он это сделал, он защитил диссертацию, и теперь он кандидат наук. Пять лет напряженного труда завершились триумфом, это редкий случай, когда слушатели провожают претендента аплодисментами. Да он и сам знает, что заслужил, у него действительно во многом новаторская работа. Точнее, идеи в целом не новы, но их интерпретация уже вызвала немалый интерес в научных кругах. Из Америки, Японии, Германии, даже из Австралии приходили отклики. Отец бы им гордился, как жаль, что он не дожил до этого события. Слава богу, жива мать. Надо будет ей позвонить, обрадовать. Она сильно волнуется. Даже побоялась присутствовать на защите. Сказала, что ей так спокойней. Ну, ничего, сейчас все ее волнения завершатся.
Туров двинулся на кафедру, к телефону, но удалось сделать всего несколько шагов, как он оказался в крепких объятиях Саватюгина.
- Поздравляю, Олег, ты молодчина. Я был уверен в тебе. Ты тут самый лучший.
Туров знал, что эти произнесенные им последние слова были любимой присказкой Саватюгина, которую он произносил в редких, но самых торжественных или ответственных случаях.
- Ерунда, ты не хуже. Ты тоже хорошо защитился.
Саватюгин посмотрел на друга, но ничего не сказал. Внезапно он приблизил свои губы к его уху.
- Ты готов продолжить наш недавний разговор? – почти шепотом спросил он.
- Всегда готов! – засмеялся Туров.
- Я серьезно.
- И я серьезно.
- Значит, поговорим.
- Да.
Принимая поздравления, Туров двинулся дальше. Он вошел на кафедру, закрыл дверь и вздохнул. Наконец-то он хотя бы несколько минут может побыть один.

Новый год на четвёртом курсе.

I.
За стеной в соседней комнате крутили одну и ту же плёнку. Чуть хриплый мужской голос пел и пел, внося приятную отрешённость. Слушатели млели, приняв расслабленные позы. Очень необходимое состояние в отдельные моменты зачётной недели. Столько тревог и забот, а впереди Новый год, каких-то ещё пять дней и... не успеешь глазом моргнуть, как наступят ещё более сильные треволнения - экзаменационная сессия! Сказочный праздник в окружении зубрёжки и трясучки. Провести его надо на должном уровне. "На очень должном!" - не уставал подчёркивать Гусев, главный инициатор данного предновогоднего сборища.
За стеной - приятно щемящие душу мелодии, за окном - поздний зимний вечер с кружением снежинок в свете фонаря, в комнате - розовый полумрак. Горит лишь настольная лампа под розовым в цветочек абажуром. Такое ощущение, что канули в небытие эти предстоящие пять дней, что Новый год - вот он! Ещё полчаса, час - и слетит с них всё обыденное, скучное. В какой-то момент в комнате стало тихо, совсем тихо, той тишиной, что наступает в стенах общежития лишь где-то к середине ночи.
За стеной сменилась мелодия; Гусев выбрался на середину комнаты, томно изогнулся, картинно сладострастно прикрыл глаза и закачался, плавно изгибаясь, задрав мотающиеся руки кверху.
- Ну, что, шпиндрики! - не открывая глаз, воскликнул он, - Так и будем переваривать прошедший зачёт? Дождётесь, налетят девицы, и уж тогда точно, ни до чего не договоримся! А ведь послезавтра опять зачёт!
- Заладил, зачёт-зачёт!

Ссылка на песню на эти стихи:
https://t.me/yurii_bereshenko/12

. ****
Жара. Пересохшее нёбо
Отхаркивает рот.
От жажды, казалось, рёбра,
Как иглы,
впились в живот.
Легла
на плечи усталость,
Ржавые скалы сплошь,
Вдруг с разных сторон раздалась
Чужих пулемётов дрожь.
Свинец пришивал нас к скалам,
Раскраивал наши тела.
От взрывов гранат, казалось
Выла
сама земля.
На нашем пути был не первым
Тот бой. Стал отряд слишком мал.
Не вовремя эти стервы
Накрыли нас между скал.
Эх,если бы в рукопашную,
Но до врага не достать,
И разрывала тельняшки нам
Гранёных осколков сталь.
Тонули
в кровавом тумане,
По камням
стелили мозги,
Но всё же, но всё же спускали
Предсмертным рывком курки.
Эх, если бы в рукопашную,
С русским разбойным "ША",

Все туманно, расплывчато, сказочно,
Словно снится в причудливом сне.
Стол стеклянный с хрустальною вазочкой
И девичий портрет на стене.

Крик совы в полуночном изгнании
И глухие шаги за стеной...
Может все это феи вязание?
Может кто-то играет со мной?

Светят звезды мерцаньем таинственным
Сквозь паучьи сады на окне,
И дыхание кажется выспреным,
Угасая на мертвом стекле.

Еще ночь грезы шлет караванами,
Но уже догорает свеча,
И заря над далекими странами
Точит алый топор палача.

Ночь стареет, и с каждым мгновением
Погребальный все ближе костер,
И в отчаянье, к лунным затмениям
Ветер легкие руки простер.

Но не внемлют планеты бездушные -
Продолжая размеренный бег,
Одному только Солнцу послушные,
Доживают унылый свой век.

Повинуясь космической магии,
Совершает Земля оборот.
После тысяч смертей, в этой стадии
Снова ночи приходит черед.

И опять, по велению времени,
Ночь поднимется на эшафот,
Осенив себя звездным знамением,
На колени пред Солнцем падет,

И оно, проклиная Вселенную,
Чей исполниться должен закон,
Ночь, над вечною плахой склоненную,
Обезглавит под утренний звон.

И, когда алой кровью холодною
Озарятся над ней небеса,
Будет плакать в бессильи безмолвия
Верный спутник рассвета роса.

2.2.91

Прочитать доклад можно здесь
http://samlib.ru/editors/n/nikolaew_s_a/wseobefirenoochenxo
Посмотреть видеодоклад можно здесь
https://youtu.be/RgTzWh70yy0

Анонс.
От того, как Вы разберётесь с объяснением термина "эфир" будет зависеть Ваше миропонимание всего, что происходит в природе. Так как эфиру принадлежит ключевое место в познании мира.
У меня написана книга "Эволюционный круговорот материи во Вселенной" уже 9 издание. Там впервые описана конкретная модель эфира, которая способна объяснить все процессы и явления в природе на микро и макроуровне.
Однако чего только не пишут про эфир?
Этим термином пользуются все, но каждый вкладывает в него свой смысл.
Почти у всех это среда. У большинства из них это светоносная среда. У некоторых она непрерывная, сплошная. У других она как бы прерывная, не сплошная, наподобие газа у поверхности Земли. Например, эфиродинамика Ацюковского.
А какой смысл вкладывали первоначально в термин "эфир" учёные в древности и какую роль предполагали учёные он должен выполнять????????
Давайте разбираться.
Но сначала.

О материальности эфира.
Если эфир нельзя увидеть или потрогать руками, то это не означает, что он не существует. Так было сотни лет с воздухом, пока с помощью Авогадро не доказали, что воздух материален, то есть он обладает массой.
Поэтому материально то, что имеет массу. Но не всегда массу легко определить. Например, массу нейтрино. Массу нейтрино и массу фотонов определяют как дефект массы при термоядерном синтезе.

Когда увижу Свет в конце туннеля,
погасну в душах мрачные огни,
и обратятся к Свету мрака звери,
дадут побеги срубленные пни...

Я возрождаюсь от цепей неволи,
и крылья развернутся за спиной,
лучами солнца - зарастают боли...
Душа воскреснет - Утренней Звездой!

Это 2-ая часть трёхтомника.
Мировая Федерация контролирует почти всю галактику. На могущественном даре правящей семьи держалась независимость СНМ от Мировой Федерации, и теперь будущее конгломерата из шести планет под угрозой. Смена руководства на Бтрк ставит под сомнение дальнейшее существование СНМ. Судьба разлучила двух изгоев, обречённых на смерть, и приготовила им новые испытания. Смерть буквально гонится за Тго. А поработившие галактику фальшивые боги ведут свою игру, стремясь устранить надвигающуюся угрозу.

Глава 27
Содружество независимых миров. Звезда Ошши. Планета Бтрк. Материк Ру. Мегаполис Уртэ. Дворец правительства. Три универсальных месяца назад

— Обр Ойо, вы можете увидеть центр столицы, — указал глава Совета управляющих Бтрк на простиравшийся под гравилётом огромный город. И затем, словно гид, продолжил: — Мегаполис Уртэ — это также метрополия Содружества Независимых Миров. Здесь находятся государственные учреждения, и отсюда ведётся управление хозяйственной и политической деятельностью всего конгломерата из шести планет.
Столица Уртэ занимает территорию в четверть площади матери ка Ру. Здесь проживает три миллиарда эониев, а по неофициаль ным данным — до семи. Если же считать с пригородами и особыми зонами, Уртэ простирается на половину континента с численно стью населения до двадцати миллиардов.
— Уэ, а здесь есть парки и дендрарии? — поинтересовался Ойо, даже не взглянув в иллюминатор.
— Конечно, — ответил глава Совета. Уэ сопровождал будущего правителя на предстоящую церемонию вхождения трейма во власть, и был сама любезность. — Если вы пожелаете, я органи зую для вас экскурсии.

ТРИ ИСТОРИИ О НЕУДАЧЛИВОЙ ЛЮБВИ

История первая.
Месть отвергнутого ухажёра

На четвёртом курсе, оказавшись под влиянием любовных событий, стремительно развивавшихся у моих друзей, я задался вполне закономерным вопросом: почему сам-то один до сих пор?! Старший курс – самое время! Помню, идешь вечерком по общаге – и всюду в укромных уголках, в полутьме – на лесенках, по подоконникам, на гладильных столах в коридорах – парочки, парочки... И горячий шепот...
Я решил «проскринировать» на предмет «подходит – не подходит» всех девчонок, что меня окружали на факультете. Дескать, выберу, начну ухаживать, а там, глядишь, и чувства придут. И напряженная мыслительно-аналитическая работа привела к закономерному итогу – подходящая кандидатура была найдена.
Потенциальная дама сердца училась в той же группе, что и я: она – невысокого роста, приятных форм, подчёркнутых изящной талией, обаятельная блондинка, излучающая искренность и радушие. Правильное, округлой формы лицо, обрамлённое немного вьющимися светло-русыми волосами, украшали искрящиеся светлые глаза и очаровательная улыбка.
Однако первые знаки симпатии с моей стороны у «объекта» энтузиазма не вызвали. Ничего, успокаивал я себя, так и должно быть. Ты, дружок, Ален Делон, что ли? Глянь на себя в зеркало. Ну, глянул, и что? Хотя… Не Аполлон, но всё же… Вода камень точит. А посему, извините, барышня-с, продолжим «работать» с Вами дальше. Для начала, Вам необходимо привыкнуть к тому, что я рядом! А там видно будет, сориентируемся по ходу! Смелость города берёт! Вперёд!

Вряд ли шапками Китай сейчас
закидаем.
А раз — так, то старшинство у нас —
за Китаем.

Они непосредственные участники этой истории, многое им рассказал сам Франц Аскольдович Курт, кое-что ротный повар ефрейтор Хлебонасущенский, который по собственной инициативе, втайне от полковника, взял на себя заботы ординарца. Не раз выручал Батю (так прозывали командира, за глаза, конечно). Случалось, встанет тот ночью и идёт один на Дальнее поле — любит он это место. Ефрейтор за ним с накидкой. Обгонит сторонкой, постелет у грядок на краю поля, камнями, чтобы ветром не унесло, прижмёт. Батя придёт и садится, ломая голову, как это он прошлой ночью мог забыть подстилку. А вроде и не брал с собой. Да и сейчас, выходил из барака, накидка осталась висеть на выходе. Проверял по приметам, его ли. Его. Сплетена из усов корневища островной ягоды-оскомины — растёт только здесь на Дальнем поле — особой вязкой. Хлебонасущенский и вязал. С изнанки подбивал офицерской плащ-накидкой.
Чертыхался Батя. Рассеян, забывчив стал. А без подстилки заднице зябко — ночью земля после частых на острове дождей с ветрами мокрая и холодная.
____________________

1
Батя (председателя колхоза только я, кладовщик, да завхоз, так называли прямо не за глаза), подсобив грузчику вскинуть на спину последний мешок, окликнул земмарийского каргоофицера:
— Молодой человек!
Тот встрепенулся, чуть на ногах удержался: спал стоя. Прислонился плечом к борту гондолы ветролёта и клевал себе носом. А ступал грузчик с мешком на сходни, вздрагивал, поправлял фуражку, повёрнутую козырьком на затылок, ему великоватую, и закладывал очередной палец в кулак — профессиональный метод учёта груза.

Ссылка на песню на это стихотворение:
https://t.me/yurii_bereshenko/13

*****

По улицам ночным брожу,
Врастаю в сумрак городской,
И вдруг мне кажется: кружу,
Со снегом вместе, над Москвой.

А у окон во все глаза
Зрачки,
Как будто от бессонницы.
Вдруг лампочка
В окне зажглась
Слезою на щеке у улицы.
Фонарь иссох от одиночества,
Из жёлтых глаз роняет грусть.
Согнулся так,
Как будто хочется
Ему к груди шоссе
Прильнуть.

Фонарь! Фонарь!
Мой брат ночной,
Как мы порой
С тобою схожи.
Фонарь! Фонарь!
Как взгляд мне твой
Понятен,
грустью замороженный.
Лечу,
Как птица,
В снежной стае.
Москва!
Вот так бы жизнь прожить,
И в срок
Снежинкою растаять,
И стать слезой
Твоей души.

1.
Спектакль завершился, раздались аплодисменты. Их было немного, и они быстро утихли. Мы, артисты, даже не успели по-настоящему повторно выйти на поклон. Только показались на сцене, и сразу ушли уже при замолкнувшем зале.
Меня это не слишком удивило, хотя до последнего ждала, что соберется полный зал. Но этого не произошло, зрителей набралось едва его половина. А ведь это была широко разрекламированная премьера, и коллектив театра, включая меня, надеялся, что она соберет, если не аншлаг, то хотя бы близко к нему.
Но наши надежды не оправдались. Минут за пятнадцать до начала спектакля я вышла из своей гримерной и осторожно, чтобы меня никто не заметил, посмотрела в зал. Зрителей было совсем не густо, и хотя в проходах то и дело появлялись новые люди, становилось понятно, что их число соберется гораздо меньше, чем мы планировали.
Мне стало грустно и чтобы не усугублять это чувство, я поспешно ретировалась назад в гримерную. Да и надо было завершить подготовку к выходу на сцену в независимости от того, насколько будет заполнен зал. Даже если придет один зритель, все равно нужно быть на высоте, играть так, как будто нет ни одного свободного места. Эту мысль в течение всей учебы мне внушал мой театральный учитель, и я запомнила ее на всю жизнь. И всегда старалась следовать этому наставлению, хотя, признаюсь, иногда это бывает сделать не просто. Были моменты, особенно в последнее время, когда хотелось отменить спектакль. Разумеется, в реальности ничего такого не происходило, но ведь если чувство появилось внутри тебя, оно никуда не денется, будет возникать снова и снова.

В одном из мировых океанов по давно заданной орбите курсировал Корабль-фабрика под названием «Чапа-пупс -1» Судя по нумерации, у него были и братья где-то – сотоварищи, и сестры – 2, 3, 70, 900. Чапа-пупсы – сладкие искусственно созданные в спец.лабораториях шарики на грибовидных ножках - производились в огромном количестве и гейзерами фантасмагорическими, словно вода из макушки многотонного черного кита, выбрасывались во все стороны – ярко, шумно, дешево, иногда и с доплатой. Персонал этой фабрики особо себя не демонстрировал под ярким солнцем дня, но за мутными стеклами виднелось быстрое змеевидное движение каких-то теней.

Жители всех прибрежных городов этого океана были просто без ума от Чапа-пупсов. Когда-то они были обычными людьми – жевали еду, глотали, как положено людям, кто вышел из грудного возраста сосунков. Обычно мышцы сосательные с последним глотком материнского молока атрофируются, но тут, чья-то Черная воля решила этот процесс не останавливать. Во-первых, сосункам не нужны зубы. А зубы, скажет любой здравомыслящий человек, дело нужное и полезное, не только с физической точки зрения – но и с волевой. Нет зубов, нет воли. Нет воли – кушаешь жиденькую пищу, посасываешь ее через трубочку – как все легко и доступно! Не надо себя утруждать лишними телодвижениями, напрягать мозг. Мозг активно работал и выделял в пространство облачка пыли и газа только над плавучей фабрикой «Чапа-пупс». Мозг, конечно не виноват, что воздух стал грязным от жира и копоти – просто его возможности использовались не на светлые, добрые мысли, а на искажение всей Реальности, на создание другой Черной Реальности.

У меня было прекрасное настроение. Лекция прошла «на ура», студенты были очень довольны, а декан факультета пожал мне руку, поблагодарив за свежие идеи, которые, к тому же, были так доходчиво мною изложены. Я чувствовал себя значимым человеком и весь сиял, как начищенный аллюминиевый чайник. Распрощавшись с коллегами, я направился в университетскую столовую. Преподавателей здесь кормили бесплатно, но они, в большинстве своем, предпочитали частный ресторанчик напротив, где еда была намного вкуснее, но и намного дороже. Я же, как настоящий демократ, кушал вместе со студентами, то есть, «на халяву». Взяв порцию лукового супа, свекольный салат, отварную курицу с пюре, добавив ко всему этому великолепию стакан чаю с лимоном, кекс с изюмом и четыре кусочка хлеба, я нашел свободный столик в углу у окна и сел обедать.
Не успел я расправиться с первым блюдом, как прямо передо мной выросла долговязая фигура аспиранта Гутмана, с факультета физики.
- Господин Рискин, можно присесть за ваш столик? – спросил он меня.
Меня совсем не вдохновляла перспектива общения с этим выскочкой.
- А что, в зале нет свободных мест?
- Что вы! – воскликнул он. – Такое бывает только на ваших лекциях.
- Издеваетесь?!
- Ладно, Беньямин, в конце концов, лучше быть хорошим философом, чем плохим физиком.
- Это вы про нас с вами?
Наглая улыбка вдруг слетела с лица аспиранта.
- Я был на вашей сегодняшней лекции, - серьезно сказал он.
- Да? И как она вам?
- По-английски это называется «Брэд ов сивый кэбэл».

Сколько я ни сталкивался с излюбленным очень многими авторами и просто рассказчиками словечком "вдруг", но никогда не вкладывал в его понимание столь, ну скажем, чистого значения. По моему мнению, всегда это самое "вдруг" как-то обусловливалось. То есть, причины, пусть подспудные, не осознанные, но обязательно были. В самый критический момент выплывало "вдруг"... и так далее. Понятно? Так я считал до четырнадцати лет. А в один прекрасный вечер, пребывая в вышеозначенном прекрасном возрасте, для окружающих почему-то малоприятном, я и познакомился с понятием "вдруг" чистейшей воды.
Я вдруг узнал, что у меня два папы! И об этом никто не знает! Кроме самих пап, конечно. Скажете, это не редкость, что два папы - один родной, другой неродной, и что об этом никто не знает. Но в моём случае об этом не знает даже мама! И не потому, что я взял и придумал этого второго папу в противовес наличному, или мне, допустим, по душе кто-то другой, конкретный, кого бы я хотел назвать своим папой. Нет, совсем нет - я люблю своего папу.
Они, мои папы, оба здесь, дома (т.е. в семье), всегда вместе, оба из-за этого недовольны своей жизнью, хотя это слишком мягко сказано - они страстно ненавидят свою жизнь и не менее страстно ненавидят друг друга. Сами понимаете, хочешь, не хочешь, а приходится всегда быть вместе; и висит над душой одного вечно подглядывающий кто-то, а для другого жизнь ограничена хуже, чем тюремной камерой. Оба они упорно трудятся, стараясь разорвать порочный круг своего существования, и оба панически боятся, как бы мама не узнала об их дуалистическом существовании.

«Раздался громкий звонок в дверь.
– Кто там? – спросил я, подойдя к двери.
- Хаим Абрамович! Откройте! Меня зовут Ольга Элока…
Я посмотрел в глазок. Перед дверью стояла очень симпатичная девушка. Я открыл…»
Раздался громкий звонок в дверь. Я оторвался от своей писанины и подошел к входной двери.
- Кто там?
- Федеральная Служба Безопасности! Хаим Абрамович! Откройте!
Я посмотрел в глазок. Перед ним было удостоверение функционера ФСБ. Я открыл. В квартиру вломилось человек пять феэсбешников. Двое сразу заломили мне руки за спину.
- Хаим Абрамович Рабинович? – спросил один из них, видимо старший.
- Да, - испуганно ответил я.
- Вы арестованы!
- Но я ничего не делал!..
- Это установит следствие. Вот ордер на обыск вашей квартиры!
- Это беззаконие! Беспредел какой-то… В чем меня обвиняют?
- В преступной деятельности. Подробнее вы узнаете у следователя.
- А вы кто?
- Я простой оперативник.
- Как вас зовут?
- Петр Сергеевич. Вот мое удостоверение! – он сунул мне под нос красную книжечку.
- Черт знает что такое! – я понятия не имел, чем я им насолил.
- Так, Хаим Абрамович, одевайтесь и поехали с нами!
- Что с собой брать?
- Ничего брать не надо. Все что нужно, вам дадут на месте.
Вскоре, мы уже ехали по длинному шоссе в неизвестном направлении. Из всех моих вещей, они взяли только мой портативный компьютер.
- Василий, чего он там писал? – спросил Петр Сергеевич помощника, лет тридцати , держащего мою личную ЭВМ у себя подмышкой.
- Да хренотень какая-то… Какая-то девка к нему пришла… Он только начал.

(Начало истории в романе «Тройственный союз»)
https://www.youtube.com/watch?v=G9pmZgHtuyQ&feature=youtu.be

Мир изменялся. Неуловимо, но ощутимо и постоянно. Устои, раннее казавшиеся незыблемыми и естественными, теперь распадались и не имели былых – значимости и величия. Привкус обречённости и бесповоротности ощущался во всём. Террор и войны процветали, собирая обильную жатву смертей, а привычный миропорядок готовился кануть в Лету.
Казалось, Вселенная скатывалась в преисподнюю. Лучшие умы бились над спасением основ существования, но безрезультатно. А колдуны и оракулы предвещали наступление царства хаоса…
Такое положение не устраивало никого, в том числе и бессмертного Такориногжонда. А тьма распространялась всё шире и, похоже, намеревалась поглотить Вселенную.
Не на шутку встревожившись, Такориногжонда направился в центр галактики к древнейшей расе дрианов. Они стояли у истоков зарождения самого мира и предсказали ещё в те немыслимо далёкие времена, что ожидало эту Вселенную.
А потом Такориногжонда вернулся. Полученная информация оказалась неоднозначной. Будущее зависело от многих составляющих и, в какой–то мере, от него. Так уготовано судьбой. А чтобы жизнь не исчезла из этого уголка мира, надо хорошо потрудиться и принять трудные решения.

«Как всё начиналось»
Хроники ордена «Последователи Дэна»

Часть 1. Земля

Глава 1

Тропу окружали причудливые скалы. Камни нависали прямо над головой, одним своим видом порождая в душе волнительные предчувствия. Корявые деревья выстроились в ряд и, будто солдаты, зорко следили за каждым шагом.

Прочитать и обдумать с формулами и рисунками можно здесь
http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/kongress-2016dokladswjazxmi
Посмотреть здесь https://www.youtube.com/watch?v=uDVlgSgFDRs&t=425s

Международный научный Конгресс
"Фундаментальные проблемы естествознания и техники 2016"
25-29 июля 2016 года, Санкт-Петербург, Россия

Связь микро и макромира.
Суть новой материалистической теории.

Николаев Семен, Санкт-Петербург.
Nikolaev_Semen60@mail.ru
(Длительность доклада 30 мин.)
Семен А. Николаев
Россия, Санкт-Петербург
Август 22, 2016

Аннотация.
Вы никогда не задумывались, что “современная” фундаментальная физика лишена главного - материальности.
Как объекты, так и процессы не носят материального характера, а являются всего-навсего выдумками и фантазиями, в том числе и математическими.
Попробуем разобраться в этом.
Материализм в фундаментальной физике запрещён на всей планете с 1905 года.
И, в нашей стране тоже. Вместе с учебниками по физике это де-факто. Юридически - это оформлено с 1931 года.
Вот как это было.
Документы по борьбе с инакомыслием в науке.
1. Постановление ЦК ВКП(б) от 25.01.1931 г.
Запрещение рассмотрения проблем физических взаимодействий на механической, материалистической основе.
2. Специальное постановление ЦК ВКП(б) от 1934 г.
О дискуссии о релятивизме. Жертвами этого постановления стали Н.А.Козырев и Н.П.Бронштейн.
3. Постановление ЦК ВКП(б) от 05.12.1942 г.
4. Постановление Президиума АН от 1964 г. В этом постановлении предписывалось объявлять больными-параноиками всех, кто критикует теории относительности Эйнштейна.

Предлагаемый Вашему вниманию рассказ о профессоре Казанского университета Винтере В.Г., открытия которого (мол.биология) опередили своё время на несколько десятилетий, написан в соавторстве с моим бывшим университетским преподавателем, ныне профессором МХТУ им. Д.И. Менделеева Евгением Николаевичем Офицеровым. Рассказ был удостоен второй премии на первом лит.конкурсе "Иду на грозу", организованном в 2021 году редакцией старейшего литературного журнала России "Сибирские огни" (в марте отпраздновали его столетие) и администрацией наукограда Кольцово Новосибирской обл., с целью популяризации науки и людей науки. Опубликован в литературном журнале "Сибирские огни" (№4, 2022 г., стр.179) https://сибирскиеогни.рф/sites/default/files/so-1922-4.pdf


Евгений Офицеров, Петр Муратов

УЧЁНЫЙ

«Уже сегодня мы должны смотреть далеко вперед,
за горизонты современной науки…»
(В.Г. Винтер).

2018 год. На полках аптек США появился «Патисиран» — первый препарат, который не только спасает жизни людей, страдающих амилоидной полинейропатией1, считавшейся ранее неизлечимой, но и открывает новую эру практического использования нового механизма экспрессии генов, которому по официальным данным исполнилось 20 лет. Однако на самом деле этому выдающемуся открытию в 2021 году исполняется 55 лет.

Ноябрь 2019 года. В Казанском университете скромно отметили 80-летие со дня рождения Виктора Георгиевича Винтера – неутомимого новатора, блестящего экспериментатора, талантливого организатора, Учёного с большой буквы.

Запись-ком кло́вуна Матея
О событиях двух дней — судьбоносных для автора и его друзей
Запись-ком дня первого
Этим вечером нам свезло.
Свезло, так свезло. Мля… (Дальше нецензурно, зачёркнуто).
А проехали бы мимо к другому пабу, дальше по улице, или свернули бы к закусочной, что рядом с рюмочной, оно, возможно, и к лучшему бы сталось. Нет, на финише ночного переезда в Т-портал из соседнего города «пивка с дороги» хлебнуть захотелось. Мля… (Дальше нецензурно, зачёркнуто).
Конкретно, в питейное заведение под вывеской:
Пиво Питера. Ресторация
мы устремились потому, что нам в нём была назначена встреча с Инкогнито. Мля… (Дальше нецензурно, зачёркнуто).
Так начиналась запись-ком с описанием событий, очевидцем и участником которых был ваш покорный слуга, кловун Матей. Текст мной восстановлен и переписан заново — без мата.
* * *
Этим вечером нам свезло. Свезло, так свезло. А проехали бы мимо к другому пабу дальше, по улице, или свернули бы к закусочной, что рядом с рюмочной, оно, возможно, и к лучшему бы сталось. Нет, на финише ночного переезда в Т-портал из соседнего города «пивка с дороги» хлебнуть захотелось. В питейное заведение под вывеской:
Пиво Питера. Ресторация
мы устремились потому, что нам в нём была назначена встреча с Инкогнито.
* * *
Свободных в пабе мест, как и ожидалось, не было.
К входной двери под балконом — нависал полукруглым козырьком над крыльцом — образовалась очередь из дюжины мужчин. Крыльцо — оно необычайно высокое, притом, что необыкновенно узкое; на ступеньках еле-еле разминуться бы, не вывалиться за периллы.

Не всякая баба у нас — дура, чьё
призвание — плодить на свет дурачьё.

Пьеса-фельетон для чтения

Лица:

Редактор толстого журнала – вид довольно умный
Поэты:
1. Кудрявый, чем-то похож на Пушкина.
2. Очень грустный.
3. Высок, красив, кудряв.
4. Светлокудрый, довольно красив.
5. Огромного роста, чем-то похож на Маяковского.
6. Человек в белом халате.

Небольшой кабинет. На столе стопки листов, возможно, со стихами.
Редактор (сидя за столом): Кто первый? Заходите.
Заходит поэт.
Поэт: Здравствуйте.
Редактор: Здравствуйте. Что у вас?
Поэт: Роман в стихах.
Редактор: Этого не принимаем. Романы и поэмы только по заказу.
Поэт: Может хотя бы взгляните?
Редактор: Ну, Бог с вами. (Читает).

«Мой дядя самых честных правил,
Когда не в шутку занемог,
Он уважать себя заставил,
И лучше выдумать не мог.
Его пример другим наука,
Но, боже мой, какая скука….»

(Вслух) Да.
Поэт (с надеждой): Что?
Редактор: Понимаете, молодой человек, вы, конечно, овладели азами стихотворной техники, но ведь этого недостаточно, чтобы работать в поэзии. Понимаете, что такое поэзия? Это – лиризм, образность мышления. Это – загадка, в конце концов. Поэзия, молодой человек – это то, чего в прозе сказать невозможно. А у вас зарифмованная проза какая-то. Я бы посоветовал вам почитать журнал «Литературная учеба» (со словами «всего хорошего» возвращает стопку листов поэту).
Поэт уходит.
Редактор: Следующий заходите. (Заходит поэт).
Поэт: Здравствуйте.

"Везет дуракам и пьяницам"

Перед тем, как репатриироваться в Израиль, я решил в последний раз посетить родной город своей мамы - Черновцы. Он мне чем-то напоминал Ленинград. Своей архитектурой, наверное. Сейчас там жили мои бабушка и дедушка. Вечером я сел в прямой вагон "Ленинград - Черновцы" и поехал.
Купе оказалось двуместным. У окна сидел мой попутчик - маленький мужичонка, лет тридцати пяти. На голове у него были наушники - он слушал плейер. Увидев меня, он протянул мне их и спросил:
- Хочешь послушать?
Я удивился такому приветствию, но предложение принял.
С первых тактов я узнал эту музыку. Это было "Равноденствие" Жан-Мишель Жара. Моя любимая вещь.
- Класс!- восторженно сказал я, удивляясь, что человек такого возраста увлекается такой же музыкой, что и я.
- Нравиться?- услышал я сквозь наушники.
- Еще бы! Это же моя любимая музыка! Жан-Мишель Жар!
- Точно.
Мужичок полез в свою огромную сумку и достал оттуда портативный магнитофон "Шарп".
- Давай сюда плейер! - сказал он мне.
Я отдал.
- Это хорошо, что у нас с тобой одинаковые вкусы,- как ни в чем не бывало, продолжал он.- Будем всю дорогу слушать музыку. Я без нее и часа прожить не могу.
Он подключил магнитофон к сети и поставил кассету.
- Вы любите электронный рок?- спросил я.
- Обожаю!
- Странно... Для вашего возраста увлечение роком - редкая вещь.
- А как ты думаешь, сколько мне лет?
- Ну... Лет сорок.
- Девяносто восемь!
Я подумал, что дядя не в своем уме. Но он достал свой паспорт и дал мне.
- Читай!

Приближаются выборы 2026 года в Государственную Думу.
И, как всегда, кандидаты в депутаты – представители разных партий, предлагают избирателям голосовать за программу своей партии, а независимые депутаты предлагают голосовать за свои программы.
Но программы всех партий написаны с одной единственной целью – представить партию в наиболее выгодном для неё свете. Это обычная процедура всех избирательных кампаний. И это можно понять!
Трудно понять, как рядовому избирателю можно разобраться в сути предлагаемых на его рассмотрение программ, если все они написаны сухим канцелярским языком одними и теми же словами, и выражениями, и все говорят об одном и том же – забота о людях, повышение зарплат, пенсий, пособий… новые дороги, дома, мосты, школы… прошлые достижения партии и прекрасное будущее у страны, находящейся под руководством партии.
В партийных программах все проблемные моменты жизни государства и общества освещаются с осторожностью, чтобы, не дай Бог, не отпугнуть от партии потенциального избирателя. И кандидаты в депутаты, выступая перед избирателями, просто повторяют в разных вариантах хорошо заученные фразы из программ своих партий, боясь неосторожно сказанной фразой или словом навредить себе и партии на выборах.
Все кандидаты, стремясь получить место депутата, излагают партийные программы чётко и убедительно, все умеют говорить красивые слова о народном благосостоянии, о развитии экономики, о своем горячем желании быть полезными народу. Все заранее учатся осторожно обходить острые проблемы в общении со своим избирателем – больше обещают, чем ставят и отвечают на проблемные вопросы. И это тоже можно понять!

В одном сказочном королевстве Волшебной Розы в сказочном дворце жила-была Принцесса по имени, конечно, Розочка. Она была очень мила, как нежный бутон розового цветка. И насколько она была очаровательна, настолько она была добра – такого большого открытого сердца не было ни у кого во всем царстве!. Такой доброй Принцессы вы бы не отыскали, вероятно, и на много-много царств вокруг. И оттого у нее было много верных друзей и – много презлющих врагов, которые пытались ей навредить самыми вредными способами, как и полагается у врагов больших сердец. У них-то они были маленькие, как вишенки, да и то червивые. То бросят через ограду противную лягушку, то червей разбросают по кустикам со смородиной и гусениц ядовитых по фруктовому саду, то ос выпустят жалящих. Но остроклювые птицы дворцового сада быстро расправлялись с вредными насекомыми, Осоед прогонял ос, а чтобы выставить за дворцовый вал отвратительную лягушку, которая громким надоедливым кваканьем будила ночью все царство – приглашали Доброго Аиста, и лягушка быстро исчезала, увидев только тень этого грозного стража всех болотных мест. Верные друзья доброй Принцессы всегда готовы были ей помочь.

Кстати, название королевства и имя Принцессы появились не просто так – в центре е солнечного сада Принцессы рос удивительный Розовый куст. И мы расскажем вам волшебную историю его появления. Так вот, слушайте.

Когда-то очень давно, в этой местности свершилось очень нехорошее явление – Злая фея оклеветали Добрую. И так искусно это сделала, сплела паутину лжи, что все жители этого края поверили в ее обман.

СТРАСТИ ПО ПАДИШАХУ
1.
Море – хрустальная мечта жителей среднерусской равнины. Особенно, юных её обитателей. Шесть студенток – самая дружная и самая броская на факультете компания, – успешно завершив третий год своего обучения в одном уж очень заумном техническом институте, заслужили благосклонное расположение своих родителей не только за положительные оценки, но и за стойкие моральные качества! И, в связи с этим, получили прекрасную возможность месяц или даже полтора – всё зависит от того, как будут тратиться денежки! – понежиться на Чёрном море.
Отправились к морю две Иры, две Лены, Катя и Мила. Мила – ласковое от Людмилы. Пунктом назначения был выбран Сочи, город сказочной красоты и неземной жизни. Так, во всяком случае, представлялось нашим милым девушкам. Там, у моря, всё ослепительно яркое, совсем не такое, как дома, в нечернозёмной полосе, где тоже, кстати сказать, полно своих прелестей. Но эти прелести были свои: куда они денутся? Дождутся – ведь никто не собирался убегать от них, разве что на месяц-другой! Так что никаких обид ревнители местных красот не должны держать на юных красавиц, которым так захотелось морских чудес, пальм, южных звёздных ночей и ослепительно-ярких солнечных дней!
Эйфорию предстоящих радостей не снизило даже то обстоятельство, что девушки не смогли достать билеты на один поезд, а самолётом показалось слишком дорого и страшновато. Их прибытие к вожделенному морю растягивалось на три этапа и четыре поезда. Первый этап – два поезда прибывали в Сочи в четверг днём, в первой его половине, разница всего–то в три часа. Этими поездами ехали две Иры и Мила.

«Не доверяйте историкам. Они верят, во что хотят,
круша факты и искажая выводы,
чтобы те соответствовали заранее сформированному мнению.
История, как её нам представляют,
- не более чем одна из точек зрения»
(Джек Макдевит. Возвращение)

Наша цивилизация, взращённая церквями, оставляет для всей человеческой деятельности в прошлом только три направления строительства: либо церковная постройка, либо военная, либо замок какого-нибудь царька. И иного просто быть не может. Но если проявить хоть капельку здравого ума и подумать, то находишь множество противоречий в официальной истории. Взять хотя бы крепости-звёзды, вызывающие жаркие споры по поводу целесообразности их создания и предназначения.
Первое, что ставит в тупик - размах строительства крепостей-звёзд. Ведь они построены по всему миру. Есть даже в Океании и Тихом океане. И этот факт полностью опровергает итальянские либо французские теории официальных историков, относящих возведение этих крепостей к 15 веку. К тому же на территории России есть полностью разрушенные крепости, от которых остались только следы и возвышенности. А некоторые видны лишь из космоса, что говорит о бурной истории на этих территориях в древние века.
Второе, что озадачивает - объём выполненных работ при строительстве только одной крепости с примыкающими к ней каналами. Не говоря уже о том, что таких крепостей по всему миру сотни, если не тысячи. Как-то не наблюдается в официальной истории столь больших групп людей, которые строили бы по всему миру по единому архитектурному замыслу и в таких грандиозных масштабах.

ПРЕОБРАЖЕНИЕ

Я вдруг понял, что не хочу больше жить и единственное оставшееся меня желание - это свести счеты с жизнью.
Ничего меня больше не радовало, ничего не притягивало к себе. Хотя все оставалось по прежнему; тот же город, те же люди, та же, только же полностью опостылевшая, работа. Ходил ли я по знакомым улицам, сидел ли за рабочим столом, располагался ли в кресле дома, безо всякого интереса уставившись в книгу или в цветной экран, все то, что я только то перечислил и то, что перечислять не стал, потеряло для меня всякий cмысл.
Все было точно так же, как и совсем недавно. Кроме одного, что-то кардинальным образом изменилось во мне. Там, где обычно возникали мысли, кипели страсти и фонтанировали эмоции, где иногда что-то болело, а гораздо чаще приходило в радостное возбуждение царили абсолютное спокойствие и пустота. Сам себе я напоминал опорожненный до последней апли сосуд и ставший по этой причине никому не нужным.
Раньше я полагал, что самое ужасное в жизни - это боль. Зубная, головная или душевная - это по большому счету не важно, так как во dсех случаях нет ничего хуже состояния, чем когда у тебя что-то не в порядке. Но теперь я понял, сколь глубоко заблуждался. Любая боль просто большое удовольствие по сравнению с ощущением своей полной ненужности, бессмысленности всех своих поступков. Когда желания умирают, как старые деревья, когда жизнь становится бесполезной, как вышедшая из обращения купюра, - вот тогда и начинаются страдания по полной
программе.

ИНТЕРЕСНО ОБ ЭВОЛЮЦИИ, ИЛИ КТО ОН – СНЕЖНЫЙ ЧЕЛОВЕК?

Уважаемый Любознательный Читатель! Если тебе интересны вопросы науки, эта статья для тебя! Если ты, споткнувшись о цифры, решишь, что материал слишком сложен, не пугайся: уровня знаний средней школы по биологии будет вполне достаточно. Дочитай до конца – и будешь приятно удивлен и своей любознательности, и умению понять некоторые интересные вещи.
Однажды ко мне пришел мой друг и однокурсник Рудаль Кадыров и поделился своими взглядами на эволюцию, признавшись, что еще в студенчестве при изучении дарвинизма у него возникали те же ощущения, что и при изучении научного коммунизма: что-то здесь не так. И если в отношении «коммунизма» я был с ним согласен, то за старика Дарвина затупился. Рудаль, терпеливо выслушав эмоциональный пересказ основных положений учения Дарвина, спросил: «Ну, хорошо. А теперь представь, что ты пришел в огромную библиотеку. Миллионы томов. Ты спрашиваешь директора: откуда такое богатство? А он тебе отвечает: «Вы знаете, любезный, у нас раньше всего этого добра не было. Была только одна книга – «Война и мир». Но у нас были миллионы машинисток и миллионы лет в запасе. Машинистки перепечатывали и перепечатывали «Войну и мир». Естественно, иногда ошибались. Глупые ошибки мы отбрасывали, но подающие надежду оставляли. Затем машинистки перепечатывали уже ошибочные, но «подавшие надежду» тексты, и опять ошибались. «И так постепенно, за миллионы лет эволюции, в результате постепенного накопления самых незначительных изменений», из одной книги «Война и мир» родились и «Евгений Онегин», и «Братья Карамазовы», и «Идиот». Ты бы в это поверил?

Во двор ворота затворить,
чтобы чего не вытворить -
типа кого-то водворить,
типа кого-то выдворить.

1. Мужчина
Я вышел из здания суда со странным чувством. Точнее, я не мог понять, что же я на самом деле испытывал: облегчение или наоборот, ощущение самого большого поражения в своей жизни. Да, с одной стороны свершилось то, чего я желал на протяжение уже, как минимум, последнего года, а на самом деле, гораздо дольше. С другой – не мог отделаться от мысли, что все, чем я жил до сих пор, рухнуло, как плохо построенный мост.
Никогда не предполагал, что мой брак с Мариной завершится столь печально, таким ожесточенным противостоянием, которое возникло между нами. До сих пор мне не понятно до конца, откуда все это возникло, как сформировалось. Ведь вначале была и большая любовь, и сильная телесная страсть, мы не могли оторваться друг от друга ни днем, ни ночью. Мне, в самом деле, кроме нее никто не был нужен, она заменяла мне, если не весь мир, то уж точно значительную, а главное лучшую его часть. Я уходил на работу с мыслью о том, как бы скорее вернуться домой, к ней. Это и было настоящим, ни с чем не сравнимым счастьем – находится рядом с женой. Казалось, мы думали в унисон, желали в унисон и даже дышали в унисон. Это было то самое неразрывное единство противоположностей, о котором нас учили еще в школе.
Я пребывал в уверенности, что так будет продолжаться вечно, то есть, до конца моих славных дней. И ничто не может изменить подобное течение событий - для этого нет никаких оснований. Но с какого-то момента все стало меняться.

В этом мире огромном вселенского чуда.
В этом мире чудес, испытаний, тревог.
На тропе доброты в думке грез изумруда
Проявил светлый лик для спасения Бог.
В этом мире бескрайнем, безумных терзаний.
В этом мире средь солнца, сияния, звезд
Он спустился из сказки заветных желаний
Перенес в эту сказку мечтаний и грез!
В нашем мире великом, едином пространстве
Разделенном границами стран и дорог.
Миллиарды людей, блага нет в постоянстве.
Свет звезды проявил для спасения Бог!
В нашем мире прекрасном, в душевной вселенной
Есть маяк для души. Он в далекой стране.
Эта связь, эта жизнь есть моей сокровенной
Далеко он, и рядом. Навеки во мне!
(Юлия Сак)

Интересно, чёрт возьми, какой умник придумал, что в часе должно быть шестьдесят минут, а в минуте столько же секунд? Вздёрнуть бы его за эти фантазии. Полагаете, один я так считаю? Ошибаетесь, господа. Вспомните несчастных влюблённых, часами изнывающих от мук ожидания, и напряжённо следящих за застывшими стрелками. А? Вот и я о том.
Притаившись в укрытии (короче, из кустов), словно голодный монстр Дэвид осматривал свои охотничьи угодья, то бишь улицу. Вечерело. Луна унылым оком недопившего алкаша подмигивала из небесного бара. Зажглись фонари, предвещая наступление царства тьмы. А её всё нет. Я имею в виду ночи.
Ждать, вроде, и не долго. Через три минуты пройдут стражи порядка, и тогда начнётся… «Но это же целых три минуты! или сто восемьдесят секунд! Хорошо ещё, хоть они не делятся, а то и их посчитал бы. Вот, блин, даже трясёт от нетерпения».
И снова, в который раз, Дэвид взглянул на наручный хронокомп. Как ужасно медленно ползёт время, когда наблюдаешь за ним. Будто ленивая гусеница оно растягивается и растягивается, чтобы продвинутся лишь на секунду. А потом через целую вечность на следующую.
Дэвид обречённо вздохнул и посмотрел по сторонам. Ничего особенного здесь нет. Обычная широкая улица, трёх – четырёх этажные дома, цветочки везде, газоны. Всё прилично до безобразия.
А привлекло его сюда одно существенное обстоятельство. Дело в том, что на другой стороне проезжей части стояло весьма солидное здание. Это БАНК, в котором лежат денежки и терпеливо ожидают, когда за ними придут.

Быстро пролетела осень,
Вот зима уж позади,
И природа снова просит
К нам весенние дожди.

Ленин с Крупскою в деревне,
Печку топят, хлеб жуют.
От обедни до вечерни
Ленин пишет новый труд.

Только Крупская в печали:
Не дает Володя спать –
Так храпит Ильич ночами,
Что шатается кровать.

От бессонницы и храпа
Жизнь ее – кромешный ад…
Раз, Надежда взяв лопату,
Заглянула в вешний сад.

Чтобы окопать деревья,
После – провести дренаж…
Крупская давно в деревне –
Знает все, как «отче наш»!

Тут – печник, тот самый мастер…
Как всегда навеселе…
То ли к счастью, то ль к несчастью
«Первый парень на селе».

- Здравствуй, добрая селянка! –
Крупской говорит печник. –
Что-то пахнет валерьянкой,
Что-то твой печален лик…

Может, Ленин нынче болен?
Или печкой недоволен?
Может, чем могу помочь,
Чтоб проблему превозмочь?

- Понимаешь, это дело
Деликатное весьма…
- Говори, соседка, смело!
Рад я вам помочь всегда.

- Муж мой, вождь всего народа,
Так храпит, что о-го-го!
Ночью спать должна природа.
Я же – слушаю его!..

Я вождя привыкла слушать
Только днем – не по ночам!
Я не сплю, устали уши,
А ему – все пополам!
Ты не мог бы подсказать:
Как с тем храпом совладать?
Так храпит, что нету сил…

Тут печник ее спросил:
- Спит Владимир на спине?
- Да.
- Тогда все ясно мне…
Ноги ты раздвинь ему,
И спокойничко – ко сну…
Будет тишь у вас да гладь,
Будет он без храпа спать!

Пролетели дни и ночи.
Крупская опять в саду.
За деревьями хлопочет,
Полет дерн и лебеду.

Тут печник опять проходит…
Надя – радостно к нему:
- Перестал храпеть Володя!
Отчего? – я не пойму!

Прочитать с формулами можно здесь
http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/nejtralxnajachastxmaterii.s
просмотреть можно здесь
https://www.youtube.com/watch?v=wSYHazGRLEI&t=1247s

Нейтральная часть материи.
Из цикла “Как запутали физику элементарных частиц”.

Анонс. Почему от Вас скрывают, что вещество состоит из зарядовой части вещества и нейтральной части вещества, а нейтральная часть вещества в 1000 раз по массе больше, чем зарядовая? Чем отличается зарядовая часть вещества от нейтральной?
Что такое нейтральная часть материи? Что представляет собой нейтральная часть вещества? На эти вопросы у академической науки ответов нет. Рассуждению на эти темы наложен запрет. Эти вопросы могут привести к составу и структуре материи и, соответственно, к эфиру. А это научной мафии не нужно. Ей надо всё запутать. И всех заставлять учить это запутанное.
ПРИМЕЧАНИЕ. Как всегда речь идёт только про фундаментальную физику.
Научная мафия – это Комитет 300 Национальные Академии Наук развитых стран. Их роль в “современной” науке сохранение незыблемости “научных” истин в фундаментальной физике. Как это происходит????
НАПРИМЕР. Академики из РАН обязаны защищать “научные” истины, ведь за это им платят 150000 руб. в месяц.
Но это помимо зарплаты – это за звание академика.
За звание член-корренспондента 75000руб.
В ходе мероприятия, посвящённого 300-летию РАН, Путин предложил выплачивать академикам за звание 200000 руб. в месяц, а член-корренспондентам 100000руб. в месяц. Это только за звание.
Какая у академиков зарплата сказать нельзя, так как это непрозрачно.
Какая зарплата у меня я знаю, а какая у других не знаю. Всё скрывается.

В некотором мире, очень далёком, но очень сходном с нашим, было лето, был солнечный день и было тёплое море. В парке, находящемся довольно высоко над слепящим глаза морем, в тени деревьев расположилась шумная группа молодых людей, юношей и девушек. Для простоты пусть имена у них будут похожи на наши. Так вот, к этой компании подошёл высокий стройный, спортивного вида парень. Его встретили более громким всплеском радостного шума. Он приветственно поднял вверх обе руки.
- Привет, привет! Рад вас видеть. О-о-о, Ларик! Сколько лет, сколько зим! - воскликнул он, обращаясь к одному из группы, составляющему центр шумного сборища.
- Ну, не так уж и много: всего две зимы и одно лето. - Ларик, слегка улыбаясь, протянул ему руку. - А ты, Жорж, всё тот же.
- Само собой. Нам ли меняться, - Жорж пожал протянутую руку, - у нас жизнь как текла, так и течёт, всё в том же русле.
Жорж засмеялся, засмеялись и все остальные, сквозь смех каждый на свой лад, подтверждая это высказывание. И опять центром внимания стал Ларик. Вновь на него посыпались вопросы, чтобы Жорж вместе с ними мог оценить перемены, происшедшие с их другом. Хотя самому Ларику рта не давали раскрыть - на задаваемые вопросы отвечали сами, подчас в один голос. Они уже успели наговориться и теперь с удовольствием пересказывали всё Жоржу, слушающему их со снисходительной улыбкой - если не находиться в той эйфории, что охватила ребят, можно было заметить, что его коробит такая восторженность и такая яркая заинтересованность Лариком, легкомыслие и эгоизм которого до сих пор витали в его облике.

Что сыновья, что братья, что мужья
не выберутся уж из-под ружья.

Очень хотелось спать. С другой стороны, нельзя было пропустить свою остановку. Борьба со сном закончилась полным поражением последнего. Я зевнул и посмотрел вокруг. Вагон был пуст. В окнах мелькали желтые фонари тоннеля. Метро здесь было единственным видом общественного транспорта. Его единая сеть наземных и подземных линий помогала очень быстро добраться в любую точку города. Поезда были чистенькие, аккуратненькие, в цвет той линии, к которой принадлежали. Они бесшумно скользили на своей магнитной подушке, словно большие гусеницы в огромном людском муравейнике. Поезд вынырнул из тоннеля и пошел вдоль набережной Невы.
Наконец он остановился, и я вышел.
День сегодня выдался пасмурным. Настоящая ленинградская погода. Из низких серых туч накрапывал мелкий осенний дождик. На асфальте блестели лужи. Я вышел на пристань и спустился к воде. Зачерпнул горсть. Какая здесь чистая и вкусная вода! В том Питере такой никогда не было. Не говоря уже об Израиле. Боже, сколько воды!
Так. Сейчас же собираю байдарку и отправляюсь "по рекам и каналам". Оксана, думаю, тоже будет не против.
Дождь заметно усилился. Я открыл молнию на воротнике куртки и достал капюшон. До чего же это классная вещь! Даже одежда тут была такая удобная, красивая, легкая, без этого нуворишевского пижонства. Я погладил мягкий голубой капрон куртки и направился к дому. Да, байдарочную прогулку придется отложить. Впрочем, за последний год я уже накатался и в походах, и в коротких прогулках по рекам Ленинграда. Лыжи, велосипед, все вспомнил, все испробовал.

Как мы встречали новый 1981 год

«От сессии до сессии живут студенты весело!..»
Мы, студенты биофака Казанского университета, за три предыдущих семестра усвоили это твердо. Третий семестр, середина второго курса, подходил к концу. Точнее, он уже завершился, но до начала сессии формально оставался еще целый день — 31 декабря. Последний день уходящего густо насыщенного событиями олимпийского 1980 года — года обезьяны, животного крайне активного и любознательного. Расписание экзаменационной сессии уже красовалось на доске объявлений деканата, одни планировали начать подготовку к экзамену первого января, другие второго, особо «одаренные» еще позже — уж кто на что способен. Но всё это будет еще в следующем году, а пока… Пока близилась долгожданная волнующая встреча нового года.
Своему символу, обезьяне, прошедший год соответствовал для нас на все сто. Большинству второкурсников исполнилось восемнадцать — самый романтичный, самый бесшабашный и безмятежный возраст, хотя наполняла гордостью мысль: теперь мы совершеннолетние! За плечами были уже целых две сессии, два «колхозных» сентября, когда нас привлекали к оказанию «шефской помощи селу», как тогда выражались, в «добровольно-принудительном» порядке. А мы с одногруппником Андреем Ширшовым, в просторечии «Ширш», еще и в горный поход на Фаны сходили в августе.
Но самыми яркими остались в памяти летние двухмесячные полевые практики — по ботанике и зоологии. Именно там мы, тогда еще первокурсники, сдружились, нет, сроднились по-настоящему.

Разведывательный зонд передал сообщение о предпосылках разумной жизни на одной из планет созвездия, и звездолёт «Колесо» — с двигателем спиндизи, первой, несовершенной пока, модели, — свернув с пути к «Малой медведице», помчался к «Лебедю».
Каждые два года для половины экипажа сон в анабиозе сменялся вахтой — долгой и нудной. Семьсот двадцать суток одно и тоже: космос… космос… космос… И ни разу, какого-нибудь «вжжжик» — встречного лихача, или «пик» — иномирного сигнала.
Скукота.
Особенно страдали в батареях. Орудийные стволы почистил, лафет смазал, снаряды перебрал и… всё по новой, иначе свихнёшься.
Пушкари носового орудия, те вообще без дел остались: башню с пушкой и всем боезапасом утеряли, с Луны стартуя. Спали бы в анабиозе, да воля неволей половина расчётного состава бодрствовала. Задолго до пересменки сидели по лавкам в «предбаннике» анабиозария и отбивали чечётку; учащали дробь, надеясь этим ускорить ход времени, приблизить счастливую минуту. Ободряюще пожимали руки пробуждённым сменщикам, искренне желали им доброй вахты, скорой смены и расторопно укладывались в заветную капсулу. Неприкаянных пушкарей жалели: в батареях подпускали к орудиям лафеты смазать и ставили в цепочку снаряды передать; старпом приглашал на мостик «медь» надраить; штурман — в рубку «кораблём порулить».
Однажды суперкарго попросил прислать бойца прибрать каргоотсек, комбат выделил наводчика. О той «батарее» ящиков с бутылками, что видел на стеллажах, тот — восторженно, с горящими глазами, вожделенно сглатывая, — доложил командиру.

Неудавшийся сценарий

Глава 1
Орехов смотрел в лицо сидящий напротив женщины и чувствовал, как все сильней его обхватывают шершавые руки скуки. Свидание явно не удалось, и он только теряет время и деньги. С этой особой им явно не найти общего языка даже если они тут просидят целый год. Его опыт говорит ему об этом уже целых полчаса. И лишь деликатность не позволяет встать и уйти.
Ладно, решил Орехов, пройдемся еще по последнему кругу и затем уж точно разлетимся в разные стороны.
- Так значит, вы женаты и у вас двое детей? – желчно прозвучал голос женщины.
- Мальчик и девочка, - уточнил Орехов.
- А жена, значит, стерва?
- Кто это вам сказал, я такого не говорил. Прекрасная женщина.
- Тогда не понимаю, зачем я вам нужна, если у вас все так хорошо.
- Все хорошо, - подтвердил Орехов, - а хочется, чтобы было еще лучше. По-моему, естественное желание.
- Вы издеваетесь надо мной? – возмущенно проговорила женщина.
«Я издеваюсь над ней?» - мысленно задал себе тот же вопрос Орехов.
- Даже в мыслях нет. Я говорю то, что есть.
- Но тогда это возмутительно. Вы меня принимаете за проститутку.
«Что за тупое создание, как я это сразу не почувствовал еще при переписке на сайте», - подумал он. - Наоборот, показалась умной и понимающей».
- Ни за какую проститутку я вас не принимаю. Проституток в кафе не водят. С ними ведут себя иначе.
- Что же вы хотите от меня, женатый мужчина?
- У женатых мужчин бывают любовницы. Вещь весьма распространенная в этом мире. С тех пор, как возник брак, так в тот же день появились любовники и любовницы. Вы об этом ничего не знали?
- Не думайте, что я полная дура.

"Какие стихи хорошие?
Которые - непохожие.
Какие стихи плохие?
Которые - никакие."
Н. И. Глазков

"Как следует писать стихи?
Есть много правил неплохих
И много дельных указаний
По поводу стихописаний.

Однако, чтоб поэтом быть,
Всё это надо позабыть:
В стихах лишь тот себя прославил,
Кто не придерживался правил!"
Н. И. Глазков

" Заметьте, если человек о чём то много и очень компетентно рассуждает, то это верный признак того, что сам он в этой области абсолютно не дееспособен. Всё знает и ничего не умеет. "
Оскар Уайлд.

I

Собака лает - ветер носит,
То бросится, то заскулит,
Там больше глупости,чем злости,
Ей хоть бы с кем поговорить.


II

Решив, что как в плохом боевике,
Танк подобьёшь из дедовской двухстволки,
Герой диванный с мышкою в руке,
Коль хвост собачий, то не лезь ты в волки.

III

Бываю я сентиментален до слезы,
Ну, что поделаешь: таков характер русский.
Но, что ж так хочется вломить тебе ****ы,
Не по злобЕ...., а из любви к искусству.

Кот моей мечты.

I.
Конечно, звучит смешно - кот моей мечты! И уж совсем ничего, кроме усмешки, не может вызвать такое честное признание, сделанное вслед за первым откровением, что, только заполучив Васеньку, я наконец-то поняла, что всю свою предыдущую жизнь только о нём и мечтала. Усмехайтесь, дорогие читатели - для меня это была бы большая удача! Может быть, усмешка подвигнет вас на ознакомление с содержанием последующих страниц.
Итак, о Васеньке. У меня в детстве всегда были кошки и собаки. Были у нас в хозяйстве и куры, ибо жили мы в частном домике, позднее уступившем место голой многоэтажке, имели сад, палисадник, дворик для кур, сарай. Куры, конечно, не входили в круг моих увлечений, это вам не очаровательницы-кошки и не преданные умницы-собаки! Хотя, даже среди этих глупых созданий была одна рыжая красавица, не чуждая прямых контактов с таким опасным существом, как человек. Ей очень нравилось, когда её гладили по спине и чесали под крылышками. Говорю это к тому, что трудно представить себе нормальное детство без тесного общения с животными. А вот мои дети, в отличие от меня, росли именно так, без тесного общения с четвероногими или двуногими, но крылатыми, собратьями. В городской квартире решиться на подобный шаг, как приобретение такого вот собрата?! Легче умереть!
А дети - их у меня двое: мальчик десяти лет и девочка пяти - канючили: "Хотим, хотим! Жить не можем! Вон у Петьки, вон у Ленки, у всех есть, а у нас?" Иногда я всё же делала попытки пойти им навстречу, собиралась с духом день, два и ... никак не могла решиться. Боже мой, как представлю! Кормёжка, туалет, прогулки, мусор! Ведь всё на меня падёт!

Аннотация.
Действие романа начинается в советские 80-е годы. Две подружки – романтичная Маша и практичная Аллочка приезжают из своих провинций в Ленинград. Машина мечта – поступить в институт и, конечно, встретить большую настоящую любовь. У Аллы мечта прозаичнее: пристроиться в большом городе, выйти удачно замуж.
В книге есть всё: динамичность, юмор, страсть и, конечно же, любовь.
Достоверно показаны жизнь студенчества «застойных» 80-х годов, реалии быта тех лет, потом «переломные» 90-е.
-------------------------------------------------------------------------------------------
ГЛАВА ПЕРВАЯ

Четырехпалубный теплоход «Алтай» отправлялся в девять вечера. Девчонки, наспех побросав вещи в отведенной им каюте, вышли на палубу и, опершись на перила, рассматривали речной вокзал, поднимающихся по трапу пассажиров, провожающих, редких в этот час людей на причале – им всё было интересно. К тому же необычное возбуждение, охватившее всех четверых, не позволяло сидеть в каюте.
– Ну, бабы, хоть отдохнем по-человечески в эти выходные, – с радостным предчувствием сказала Галка.
«Бабам» было по 17-18 лет. Галку поддержала ее младшая сестра Люба:
– Не говори. А то загнешься на этом вонючем заводе. Всё равно все выходные в общаге сидишь, света не видишь.
– Ой, Машка, хорошо, что ты подбила нас купить путевки, – обратилась к подружке Рая. – Кл-ласс!
Взгляд Маши, четвертой девушки, мечтательно блуждал по пассажирам, предметам, воде за бортом, ни на чем не задерживаясь: для нее эта поездка была чем-то большим, чем просто отдых.

Фея Правдива и таинственный Зеленый Остров

Фея Правдива пролетала над светлыми полянами своей страны и радовалась гармонии и красоте, чистоте, прозрачности, незамутненности ликов и образов в обрамлении радости, доброты, любви и незаходящей никогда за горизонт луча Правды.

Она опустилась на чистый белый песок берега священного Озера - Чаши Братины. Это Озеро давало испившему из него озарение всеединства и вседружественности. Именно здесь проходило посвящение в Рыцарство Огненного Беззлобия. В центре Озера находился таинственный Зеленый остров. Но, для того, чтобы увидеть его и тем более попасть, необходимо было разрешение самой Матери Звездной Ночи. Вокруг Озера возвышались восемь светло-огненных башен, объединенных золотыми воздушными мостами. К слову сказать, в перевернутых мирах золото было совсем другого качества и возможностей, чем в мирах светлых. Открыть врата в каждую Огне-Башню могло только чистое и ясное намерение человека.

Раскрытые крылья феи Правдивы были похожи огненную сияющую сферу, ведь они состояли из крыльев всех птиц, живущих в ее стране, пронизанных алмазными нитями! И каждое перышко, каждая пушинка переливалась своей неописуемо прекрасной цветовой гаммой! Не верно думать, что все в этой стране было неудержимо ярко и красочно. Нет, солнечно-яркие огни-пламена слепящее блистали только на границе страны. А дальше огоньки становились спокойнее, мягче, легче и прозрачнее, нежнее и ласковее, не теряя своего могущества и силы! Естественно, для новичка, прибывшего из перевернутого мира, и впервые соприкоснувшегося с Правдой, ее огонь напоминал тысячи опасных молний в темном облачном небе!

Десятый маршрут закрыли семь лет назад - муниципалитету он обходился слишком дорого. Теперь, чтобы добраться из Рыбацкого до Ржевки надо было ехать с тремя пересадками. Впрочем, метро работало без перебоев, так что Петр Львович просто поменял один вид электрического транспорта на другой.
Сегодня выходной, и спешить было некуда. Поэтому, когда он увидел свою любимую "десятку", решил просто сесть, и прокатиться на ней до самого конца. "Видимо, дела у городских властей пошли лучше, раз они восстановили маршрут", - подумал Петр.
На всякий случай он перечитал табличку на трамвае.
Нет, все в порядке. Первая остановка - "Поселок Рыбацкое", конечная - станция "Ржевка". И все остановки - "Речной Вокзал", "Проспект Обуховской обороны", "Площадь Александра Невского", "Малая Охта", "Пороховые" и так далее.
Единственное, что насторожило Сидоровича, было то, что трамвай был совсем старый, еще семидесятых годов - маленький, округлый, с большими пружинными подушками на сидениях и дверьми гармошкой. Казалось, он приехал сюда прямо из прошлого.
Народу в это раннее воскресное утро было немного - пару старушек, несколько работяг с опухшими после вчерашнего бодуна рожами, молодая женщина с милым и, почему-то, знакомым лицом, интеллигент со скрипкой подмышкой, еще пара-тройка пассажиров. Трамвайчик катил по весеннему городу, весело громыхая на стыках, Петр Львович сидел у окна и чувствовал, как постепенно возвращается в детство. Когда-то давно, лет тридцать тому назад, он также катался на "десятке", сначала в садик, потом в школу, после на работу.

Прочитать и обдумать можно здесь
https://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/zhiwemnaplanetedurakowiidi
Анонс.
Дурак - это просто не совсем умный, но вполне безобидный человек.
А идиот - это тот, кто своими поступками активно приносит вред окружающим. Упорствуя в своих заблуждениях. Не слушая ни кого. Делая все наперекор. Не считаясь, ни с кем и ни с чем.
Естественно, возникает вопрос: Откуда берутся дураки и идиоты???
Как не печально, но это продукты “современного образования”.
Но люди от рождения все разные. (Об этом скоро будет ролик).
Поэтому степень оболванивания у всех разная.
Как это проявляется??? О, это двумя словами не скажешь, а самое главное Ваша голова Вам в этом никогда не признается, что Вы дурак или идиот и будет хитрить. Например, мне это не нужно или мне это не интересно, или мне это не нравится, или я гуманитарий и так далее. Почему не нужно, почему не нравится, почему гуманитарий???????
А вот почему. Науки можно разделить на гуманитарные и естествознание, в основе которой фундаментальная физика.
В гуманитарных науках думать в основном не надо, надо только запоминать. История, литература, география. Например, география. Волга впадает в Каспийское море. Нужно только запоминать.
А фундаментальная физика наука точная, там надо думать.
Поэтому и ответ, я гуманитарий (в смысле думать не могу, могу только запоминать). Людей слабо зомбированных, которые могут разобраться в основах фундаментальной физики, очень мало – единицы. Большинству ничего не надо.
Речь пойдёт только о фундаментальной физике.

Рассмотрим, насколько ошибочна и запутана фундаментальная физика.

"Со щитом или на щите"
(фразеологизм)

Со щитом ли он, или на щите,
перспективы рекрута — ещё те...

- Говорят, что на Ридоле лучшая библиотека в галактике...
- Скорее, просто самая древняя... Тебе еще налить? - бутылка в руке старика Дринкера дернулась, и часть вина пролилась на скатерть.
- Налей. Только осторожно, - капитан Грехем с явным сожалением посмотрел на розовую лужу на столе.
- Да... Не знаю, как насчет библиотеки, но вино у них тут, и в самом деле, отменное.
- Поэтому ты не вылазишь из этой дыры вот уже пятый год.
- Эх, внучок! Чтобы ты понимал в жизни!
- Мама давно уже хочет забрать тебя к себе на Лиру. Ты напрасно упрямишься, дед.
- В нашем возрасте, малыш, самое главное - независимость. Когда-нибудь и ты это поймешь.
- Возможно, ты и прав...
Они выпили еще по рюмке искрящегося розового напитка. Капитан почувствовал, как по телу разливается приятное тепло, голова светлеет и на душе становится легко и радостно.
- Это не обычный напиток, - сказал он подозрительно.
Путешествуя по разным мирам, он привык ко всяким неожиданностям, особенно, когда дело касалось разных тонизирующих средств. Многие из них были скрытыми или явными наркотиками. От этого надо держаться подальше...
Старик сразу догадался о причине его тревоги.
- Не бойся. Насчет наркотиков здесь очень строго. Ридольское вино самое безопасное и даже полезное из всех, что я знаю.
- Ты в этом уверен?
- Абсолютно! Кстати, если хочешь, я могу сводить тебя на экскурсию в винодельню.
- За кого ты меня держишь, дед? Это же здесь сверхсекретный объект! Также, как и Библиотека.

История про моего друга детства, профессионального флейтиста. Своего рода жизненное продолжение повести "Первый детский симфонический", рассказ о превратностях судьбы и нелегкой доле музыканта. Опубликован в июльском номере (№7) лит.журнала "Казань" 2023 г.

— Короче, Пецца, завязывай со своим грёбаным романом или убирай любое упоминание про меня! Всё достало, ничего не хочу, и, вообще, забудьте все про меня! — голос в трубке был раздраженным и усталым. Слова произносились не вполне членораздельно, с легкой икотой, чувствовалось: «залито внутрь» немало.
— Спокойно, Форин, спокойно! Что стряслось? — я пытался успокоить своего друга. Бесполезно...
__________________

Повесть «Первый детский симфонический» была опубликована в литературном журнале «Аргамак. Татарстан» №4(21) за 2014 год. Немного переработанную и дополненную часть третью повести под названием «Сказ про развитой социализм» опубликовала питерская «Нева» №3 за 2017 год. Достаточно много прочтений в интернете. Я получил немало откликов, благодарностей за память, за бережное отношение ко времени, за объективность изложения.
Вторым главным героем повести был мой лучший друг детства и юности, одноклассник, сосед по дому, вторая флейта детского симфонического оркестра да и просто хороший парень Фархад, по прозвищу Форин. Человек, безусловно, музыкально одаренный: еще бы, попасть в 16 лет прямиком из детского симфонического в оркестр Татарского академического театра оперы и балета имени Мусы Джалиля! Поначалу внештатным, а по достижении 18 лет штатным музыкантом!

1
В столовку я пришёл на кухонную половину снять пробу с блюд завтрака, но кашевар Хлеб встретил с известием: «Спазнилися, Старшыня. Паляводы макароны па-флоцку ужо даядаюць». Меня покормить норовил тут же на кухне, сулил чем-то «асаблива смачненьким», но я потребовал принести порцию в обеденный зал, со всеми поем. Хлеб, кивнув, пожаловался:
— На второе приготовил я, Председатель, кофе, замест кампоту. Зяма, невидаль такая, расщедрился с чалмы. Але кисяля запатрабавали, сядзяць, чакаюць.
«Хрон им, а не киселя», — возмутился я и, пропуская кашевара к проходу из кухни в помещение раздаточной, призвал:
— Вперёд.
В раздаточной кивнул на клеёнку с белым по красному фону горохом. Порезанная на узкие полосы она занавешивала арочный проём в стеновой перегородке другой половины столовки — обеденный зал, салон. Камзолы из такой клеёнки носит начальствующий состав «атомных теплиц» в ЗемМарии — дорогой материал.
— Отломилось от чалмы?
— Ага, ад Зямы адламаецца, трымай кишэню шырэй, — фыркнул Хлеб, — кок его корабельный, земеля и приятель мой, подогнал. И агрегат, увидишь в трапезной, накрыть хватило, — с умилением глядя на занавеску, похвастался кашевар.
— Открой. И говори по-русски.
Хлеб ключом вагонного проводника открыл замок входной двери в салон, прислушался и подивился:
— Уснул, кажись. А то весь завтрак пронудил дай, да дай. Забраться на крышу как-нибудь ночью и там сдохнуть грозился, алкаш конченый. Странно как-то, осмелел, оборзел вконец, или допился до белки.

Вот если бы силой мысли добраться до самых корней, до самых основ мироздания... Может там находится тот самый ключ, с помощью которого можно перебрать по кирпичикам весь мир? А может, сразу собрать новый? Ассемблерный Ключ...
Йегошуа, заключенный #2742820, снова погрузился в размышления. Нет, он не записывал свои мысли. Он выстраивал в своем мозгу стройную модель мира и усиленно искал решение загадки.
Шли дни. Месяцы. Годы...
И вот однажды он нашел его! Он не услышал ни Голоса Божьего, не увидел знамения, все осталось по-прежнему. Просто он вдруг понял, что сейчас сможет исполнить любое свое желание.
Он очень хотел есть. И тогда он начал придумывать блюдо, которое сейчас должно было появиться из ничего. Впрочем, придумывать не надо было - он знал рецепты всех блюд мира. Так же как и их вкус. Процесс еды потерял свою привлекательность. Но кушать хотелось.
Тогда он решил сделать так, чтобы никогда не испытывать чувство голода. Он знал досконально устройство собственного организма, поэтому сразу понял, что для того чтобы не голодать, и при этом нормально жить, нужно поменять все тело - обмен веществ требовал постоянного притока пищи, воды и кислорода.
Он начал творить себя. Пока в мыслях. Идею биоробота он откинул сразу - громоздкие атомные батареи, вся эта механика...
Нет, очень примитивно и ненадежно. Вот если бы он превратился в гигантскую мыслящую планету, типа Соляриса из романа Лема...
И это не интересно. Очень ограничен в размерах.
А что если создать новую вселенную? И самому стать этой вселенной!
Познаешь себя - познаешь мир...
Вот он и станет таким миром!

Так и вы теперь имеете печаль; но Я увижу
вас опять, и возрадуется сердце ваше и
радости вашей никто не отнимет у вас.
Ин. 16:22

1.
Чемоданы были собраны. Борис Аркадьевич Базилевич последний раз оглядел свою квартиру, в которой прожил тридцать последних лет жизни. Грустить не хотелось, но разве можно этого избежать при таких-то обстоятельствах.
- Посидим на дорожку, - сказал он сыну.
Дмитрий взглянул на отца.
- Папа, есть еще возможность передумать. Такси придет только через пятнадцать минут, - сказал он.
Борис Аркадьевич покачал головой.
- Я не передумаю. Ты же меня знаешь, я никогда не меняю решений.
- Знаю, - согласился Дмитрий. – Но я помню, были несколько случаев, когда ты это делал.
- То были экстремальные случаи.
- А сейчас не экстремальный?
- Не экстремальный, я бы сказал обычный.
- Ничего себе обычный! – воскликнул Дмитрий. – Уезжаешь из собственной квартиры в пансионат для престарелых.
- Да, Дима, все логично, я престарелый, потому и уезжаю в пансионат для престарелых. Не в молодежный же лагерь. Так что тут такого?
- Ты можешь спокойно продолжать жить в своей квартире. Никто тебе не гонит из нее. Можно нанять сиделку.
- Мы уже нанимали, толку от нее оказалось мало.
- Наймем другую, более профессиональную.
Борис Аркадьевич отрицательно покачал головой.
- Дело не в этом, ты же знаешь меня, прежде чем принять решение, я все окончательно просчитываю – все же я, как никак, профессор математики. Мне нужно постоянное наблюдение врача, у меня почти каждый день сердечный приступ. Никакая сиделка тут не поможет.

Прочитать с рисунками и формулами можно здесь http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/kakobrazowalisxzwezdyisolnc
Видеодоклад на Ютубе https://www.youtube.com/watch?v=PFTNKajqaTQ
Видеодоклад на Рутубе https://rutube.ru/video/f290d09dd30e690dbed28f1d05edcd0f

Официальная космогоническая теория Отто Шмидта 1944 года объясняет происхождение Солнечной системы следующим образом. Солнечная система образовалась в два этапа. На первом этапе существовало водородно-гелиевое облако. Из этого облака, в результате гравитационного сжатия в центре, образовалась звезда. Звезда, завершив свой эволюционный путь и накопив в своём ядре “тяжёлые” элементы от термоядерного синтеза водорода и гелия, взорвалась. После взрыва звезды образовалось газопылевое облако, которое остыло. На втором этапе, около 5 млрд. лет назад, теперь уже имелось газопылевое облако, обогащённое всеми элементами таблицы Менделеева. В результате гравитационного сжатия, когда “температура” в центре превысила 107К, начался термоядерный синтез. Так образовалось Солнце. На его периферии образовались все остальные тела Солнечной системы: планеты и кометы.

Теперь про новую космологическую теорию, в которую составной частью входит и космогоническая теория.
Коротко её содержание.
Новая космологическая теория называется ”Разновозрастная Вселенная“.
Что значит ”Разновозрастная Вселенная“???????
В “Разновозрастной Вселенной” одни галактики (это светящиеся галактики и квазары) в настоящее время излучают обменные частицы, которые создают эфир, другие галактики (это потухшие галактики) переизлучают обменные частицы,

Та же самая ситуация, что и со стихотворением Город ( Осколки). Не получается при переносе на страницу для читателей сохранить авторское расположение текста. Четверостишия должны идти в шахматном порядке.

Ссылка на песню на эти стихи:

https://t.me/yurii_bereshenko/9
https://t.me/yurii_bereshenko/11 (2 версия)

***
Киоск газетный запер ставни,
Асфальт темнее стал и жёстче,
В витринах замерла усталость
В предчувствии прихода ночи.

Тенями лица переполоты
Цветных и призрачных прохожих,
И рынок на ладони города,
На пачку сигарет похожий.

Фонарь трёхглавый, словно грабли,
Мешает землю с небесами,
Забор, составленный из дабл-ю,
Как будто крепит их скобами.

То расширяясь, то сгущаясь,
В нас забивают звёзды сваи,
Прошиты едкими лучами
Все зданья, люди и трамваи.

А ночь идёт шагами плавными,
Жизнь до утра беря в займы,
И превращает мелочь в главное,
И, кажется, случайны мы.

Ты - далеко... Но мыслью - рядом,
через столетья, любовь храня,
мы пролетали Вселенским садом -
в миры иные - в судьбы края.

Ты - далеко... Чужие звуки.
Но сердцем слышу любви слова,
и чувствую родные руки...
И не закончена Земли глава.

Сквозь расстоянья, сквозь вой ненастья,
когда сердечный устанет бег,
я ощущаю твои запястья,
и крепость пальцев... И - новый век.

КЛЮШКА В ТИРЕ
Конец апреля выдался расчудесным. Кремово-солнечным, дымчато-палевым и нежно-зелёным. Вторая половина дня в разгаре. Солнечно. Сквер сияет первозданной чистотой. Весь скопившийся за зиму мусор убран, газоны словно причёсаны, асфальтовые дорожки чисто выметены, только что не вымыты, кусты боярышника подстрижены как под линейку.
Самая завораживающе праздничная часть сквера  прозрачно-светозарная аллея, окаймлённая стройными, как на подбор одного роста, лиственницами. Эта аллея пересекалась с другой, старой аллеей, обсаженной мощными тенистыми липами. По ровным, без бугров и выбоин, лужайкам живописно раскинулись молоденькие рябины, клёны, тополя, изрядно вымахавшие березы
За маленькой детской площадкой вокруг новенького здания тира толпились люди. Происходила торжественная акция его открытия. Своего рода праздник. Гуляющий народ стекался помаленьку туда, к тиру. Играла музыка. Говор, смех. В общем, весна.
Эти двое тоже обратили своё внимание на толпу и смех. Они пересекали сквер по старой липовой аллее - молодая худенькая, невысокая стройная женщина и долговязый подросток с коробкой торта в руках. Она одета изящно - приковывает взгляд, - но как-то, то ли старомодно, словно из другого времени или другой жизни, то ли ещё как! На ней чёрное летнее пальто, короткое, прямое и узкое, с воротником стойкой и прямыми плечами. Из-под пальто струится тёмно-серая с серебристым отливом юбка, фалдящая по стройным ножкам, обутым в изящные, но не первой молодости туфельки на невысоких каблучках. На голове плотно облегающая - по тугости, прямо как резиновая купальная!

Рассказ, написанный за полтора года до освобождения из хамасовского плена израильского солдата Гилада Шалита.

ШЕСТНАДЦАТОЕ ЧУВСТВО

На десятые сутки я начал приходить в себя. Меня отвязали от койки и разрешили пойти искупаться.
После душа я переоделся в чистую пижаму, перестелил кровать и, уже спокойно и уверенно, пошел обедать в столовую. Поначалу, все обходилось без эксцессов. Когда я пошел за добавкой компота, ко мне вдруг подскочил какой-то хилый очкарик и изо всей силы двинул мне кулаком поддых! От неожиданности я сложился пополам, чашка с компотом отлетела далеко в сторону, опрокинув на меня содержимое, а сам я грохнулся на пол, пребольно ударившись локтем о ножку стола.
- Только не вздумайте отвечать! - крикнул мне очкарик по-русски. - Великодушно простите и забудьте! Поверьте, я не хотел вам зла!..
- Придурок, ты че, совсем охренел? - заорал я на том же великом и могучем.
- Молчите, ради бога, молчите! Или мне придется ударить вас по голове! - крикнул нападавший, и уже размахнулся для нового удара.
Ну, я долго раздумывать не стал и крепко врезал ему справа в челюсть. Чувак отлетел назад и упал на столик с закусками, аккурат попой в салат.
Дружные аплодисменты зрителей (пациентов нашего отделения) были мне наградой.
Тут же подскочили трое санитаров, схватили меня и потащили на отделение.
- Что, Шизкиель, - стал укорять меня Шломо. Он сегодня дежурил во вторую смену. - Опять дерешься? И с кем связался! С этим новеньким... Нет у тебя совести никакой!
- Да он первый меня ударил! - теперь разговор шел на иврите.
- Да, я видел. И он за это будет наказан.

В одном сказочном домике у Золотой реки жила-была Девочка в Золотом фартучке. И однажды у Белых ворот ее дома одна нерадивая коровка оставила своего маленького бычка, а сама – поминай как звали. Девочке стало жалко бычка и приняла она его у себя, кормила, поила, шерстку чистила.

И вот подрос Бычок – огромным стал, как гора, и сильным, задиристым. Да только рожки у него все не росли – как были малюсенькими, так и остались. И смеялись над ним другие бычки на выпасе, прозывая Бычок-широк лоб. Бычок тогда в ярость приходил, выставлял свой широкий лоб врепед и – бросался на обидчиков-глумителей. Одного – в одну сторону, другого – в другую. И уже остановить свою ярость не мог – то дерево с корнем вырвет, то валун огромный в озеро бросит. Бежали тогда мальчишки с выпаса, с зеленой травки к Девочке бегом – Помоги, опять твой Бычок разбушевался!

Девочка снимала золотой фартушок, оставляла свою домашнюю работу, брата лозинку – ивовый прутик и спешила на выпас – нерозумного к порядку приводить. Смело подходила к Бычку, касалась его этим прутиком – и Бычок тот час становился смирным и послушно уже шел за Девочкой домой.

И вот однажды после одной такой драки сказал Бычок-Широк Лоб Девочке:

- Решил я, добрая моя хозяюшка, пойти по свету белому мудрости себе искать. Узнать , почему рожки мои не растут и как мне свою ярость самому обуздывать.

Обрадовалась Девочка таким словам, достала Чистое Полотенечко с замысловатыми письменами-узорами, завязала его на маленьких рожках Бычка и проводила до Белых ворот. И сказала, прощаясь:

Евгений Добрушин

Телепорт

Мой друг-музыкант говорил: «Жену и дирижера надо слушать!»
Убеждала меня Люська: не покупай отечественную электронику! Нет. Не послушался! Вместо американского или, на худой конец, китайского, купил наш, российский телепорт…
Он проработал ровно год и три месяца и заглох. А гарантия всего на год! Значит, ремонт за свой счет…
Ну, слава Богу, мой приятель Вася вызвался помочь! Он парень головастый, ему что автомобиль, что телепорт починить – все знает, во всем разбирается. Пришел, посмотрел, говорит: мелочь! Надо пару конденсаторов и три резистора заменить. Только, вот, нужных номиналов у него не было. Ну, поставил то, что есть. Мол, без разницы! Плюс-минус два килоома погоды не делают. Правда, провозился он до полуночи. Я на следующий день проснулся невыспавшимся. После завтрака, как обычно, собрался на работу. А работаю я далеко – на другом континенте. Так что, без телепорта тут никак! Ну, надел я пояс телепортации, включил машинку и – хоп! – я уже на работе. Починил-таки, Васька аппарат!
Рабочий день прошел как обычно. И вот, я уже дома.
Прошел в гостиную, тут слышу: из нашей спальни люськины вздохи… Такие знакомые вздохи… И все громче и громче!..
Врываюсь в спальню – так и есть! С любовником! И процесс у них в самом разгаре!..
- Ах, ты, - кричу, - потаскуха! Пока я вкалываю в этих канадах, ты тут с хахалем!
Этот, ее, вскакивает как ошпаренный…
Смотрю: знакомая морда!
А он мне:
- Ты кто такой? Что делаешь в моей квартире?!
- Я кто такой?! Это ТЫ кто такой?!!
- Я - Михаил Белобородов! А это моя жена! И моя квартира!

Победитель Зимы

Татарстанский вариант рассказа "Учёный". Опубликован в сентябрьском номере журнала (№38) "Аргамак. Татарстан", 2023 год "Победитель Зимы" (стр.40). По пожеланию редакции журнала "облегчена" научная, дополнена и расширена историческая и биографическая составляющие рассказа.

Е. Офицеров, П. Муратов

В ноябре 2019 года в Казанском университете скромно отметили 80-летие со дня рождения выдающегося учёного, замечательного человека трудной судьбы, талантливого организатора и блестящего экспериментатора, тонко чувствовавшего новое в науке, инициатора и главного участника второго возрождения кафедры биохимии профессора Виктора Георгиевича Винтера.
С внедрения его открытий началась новая эра в фармацевтике, медицине, ветеринарии и сельском хозяйстве, но на Западе, а не у нас в России. Ученым были сделаны четыре открытия мирового нобелевского уровня. Однако долгие годы они расценивались мировой научной общественностью утопией, а для большинства были заблуждением, хотя были экспериментально воспроизведены Винтером многократно.

_____________________

Потратив денег больше, чем на реализацию программы полета на Луну «Аполлон», Запад к 2004 году, в результате завершения международного проекта по секвенированию (расшифровке) генома человека, пришел к ошеломляющему выводу. После анализа около 20 000 кодирующих белки генов, оказалось, что они составляют всего лишь 2% общей геномной последовательности хромосом, в которых записана наша наследственность, передаваемая от родителей потомству.

"Ни в п*зду, ни в Красную Армию"
(фразеологизм)

А он — и в армию, и в п*зду. Ну,
и веришь медиа-п*здуну.

ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ МОЕГО МУЖА

1.
Случаются ли такие совпадения? Но если они случились, значит случаются. Но уж точно не чаще, чем раз в жизни. И то далеко не в каждой жизни. А вот в моей это произошло. Я стояла и не знала, что делать, как поступить.
Впрочем, вижу, вам не нравится стиль моего изложения, уж больно все не понятно, туманно. Хорошо, попробую рассказать все по порядку. С некоторых пор я предполагала, что это может случиться, я имею в виду одно из двух совпадений. Про второе у меня даже и мыслей не было. Не верила в такую возможность, уж слишком невероятной она мне казалась. Итак, про первое совпадение. Претендентов занять эту должность было достаточно, я сама могу составить весьма длинный список ни на одну страничку из более достойных, чем я кандидатур. Хотя кое-какие приметы, что все же выбор падет на меня, имелись. Сергей, точнее Сергей Вадимович Гороховский вдруг стал вести со мной довольно странные разговоры. Сначала я недоумевала, затем кое-какие догадки стали проникать в мой не натренированный долгими размышлениями женский мозг. И все же я до самого финиша не позволяла себе верить в такую лучезарную перспективу. Я давно взяла себе за правила: обнадежишь себя в чем-то, потом это не происходит, начинаешь расстраиваться. А зачем мне лишние расстройства, без них жизнь куда приятней. Еще в юности один мудрый (или он мне тогда таким казался) человек однажды мне сказал: чем меньше надеешься, тем больше получаешь. Счастье не в том, чтобы иметь много, а в том, чтобы иметь всегда чуть-чуть больше, чем хочется обладать.

Евгений Добрушин

СОЛДАТКА

Я только что пообедал у родителей, и теперь возвращался к себе домой. Идя через парк, я увидел на скамейке молодую девушку-солдатку. Она сидела и плакала. Рядом с ней был большой синий армейский рюкзак и автоматическая винтовка «Тавор».
- Что случилось? – спросил я на иврите, подойдя к ней.
- Ничего! – ответила девушка. По ее внешности и акценту, я догадался, что она из России.
- Вы говорите по-русски? – спросил я ее.
- Да, говорю…
- Вас кто-то обидел?
- Ничего, переживу…
- Может, я могу чем-то помочь? – спросил я.
- Мне ночевать негде, - сказала девушка. – Поссорилась с соседками по комнате, и они меня выгнали. Вернее, я сама ушла…
- Вы, наверное, из хостеля «Яд-ле-Баним»?
- Из него. Я солдат-одиночка. Где мне еще провести конец недели?
- Как вас зовут?
- Лера.
- Лера?!
- Да, а что?
«Вот это совпадение!» - подумал я. Так звали мою самую сильную любовь юности. Самую сильную и безответную.
- Меня Женей зовут, - сказал я. - Я тут живу неподалеку… Один в трехкомнатной квартире. Можете переночевать у меня. У меня в кабинете двуспальный диван. Будете спать там.
- Ага. А расплачиваться за ночлег – натурой?
- Ну, зачем же вы так? Я вам помогаю совершенно бескорыстно. В Израиле принято помогать солдатам. Не бойтесь, я к вам приставать не буду.
- Честно?
- Честно! Будете моей гостьей.
- А горячая вода у вас есть?
- Сколько угодно. Можете даже ванну принять.
- Добрый самаритянин… - девушка заметно повеселела.
- Вы курите? – спросил я ее.
- Нет.
- Замечательно! Я тоже не курю. Ну, идем?
- Идем. А это далеко?

Ссылка на песню на эти стихи:
https://t.me/yurii_bereshenko/19

***

Я на улицу вышел
Смотреть как столбы,
Ночь кладёт на асфальт
И затем
Заставляет двоиться.
У случайных прохожих
Были выбиты лбы
И тенями
Разъедены лица.

Ни себя ни прохожих
Мне было не жаль.
Безразличный к тому,
Что прошло и что будет,
Я бродил и бродил.
Миллионами жал
Звёзды злобу бросали людям.

Кто- то сыпал снежинки.
Косой их полёт
Выводил из души отчаянье.
И любая из них
Мне была НЛО,
Только в тысячу раз случайнее.

Прочитать с формулами и рисунками и обдумать можно здесь
http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/obxjasnenieeffektaannigilja
Прочитать с формулами и рисунками и обдумать можно здесь
http://samlib.ru/n/nikolaew_s_a/obxjasnenieeffektaannigilja
Смотреть на Ютубе http://www.youtube.com/watch?v=i9QEHI0v5f4&t=90s
Смотреть на Рутубе http://rutube.ru/video/8b7f403770260a988b3eeb7fa6e9d55a/
Смотреть на Ютубе https://www.youtube.com/watch?v=i9QEHI0v5f4&t=90s
Смотреть на Рутубе https://rutube.ru/video/8b7f403770260a988b3eeb7fa6e9d55a/
Все активированные ссылки даны в разделе РЕЦЕНЗИИ

Объяснение эффекта аннигиляции и
что такое антивещество и антиматерия.

Аннигиляция – в переводе означает исчезновение. На самом деле при аннигиляции электрона и позитрона они не исчезают, а превращаются в два фотона с массой и энергией аннигилирующих частиц. Этот процесс демонстрирует нам действие основного закона природы - закона сохранения массы и (инерции) энергии. От основного закона природы – закона сохранения массы и (инерции) энергии, отказываться никогда и ни при каких условиях нельзя. В природе существует только одна аннигилирующая пара электрон и позитрон. Других аннигилирующих пар в природе нет.
Электроны и позитроны – это заряды.
Поэтому надо рассмотреть, что такое материя и что такое заряд.

Сначала, что такое эфир и вещество его место в составе материи?
Состав материи. Материя состоит из трёх субстанций

I.
Был поздний зимний вечер. Геннадий Львович, по-домашнему Геночка, безнадёжно опоздал к ужину. Трỳся и злясь, спешил он домой, в свою уютную двухкомнатную квартиру, в которой вот уже без малого девять лет проживал со своей красавицей женой, Лерой – Валерией. Да, она у него красавица, но … холодная и неприступная! Неприступная не для него, конечно. Однако больше всего на свете Геннадий Львович боялся её молчаливого презрительного осуждения. А именно это осуждение ему и предстояло испытать.
Вечер выдался вьюжным, метельным. Две противоборствующие силы не на шутку сцепились в поединке. Глухая давящая темнота и белый снег, падающий из мутного бездонного неба, пытались поглотить, усыпить округу. А люди, призрачный свет от фонарей и фар машин, медленно ползущих из-за бездорожья, порывистый ветер – все они разрывали засыпающее пространство, будоражили его беспокойным своим движением.
Геннадий Львович бежал, насколько это было возможно при беспрестанном преодолении снеговых заносов. Летящий снег порывами стегал его в лицо, словно некто очень сильный и нахально-игривый вдруг швырял его в глаза секущими горстями. Ветер вздувал полы тяжёлого зимнего пальто; ледяным дыханием, таким, что замирала трезвеющая душа, пробирался за ворот, в рукава и снизу под полы пальто, вдруг ставшего каким-то просторно тонюсеньким; норовил сорвать шапку, а иногда едва не валил с ног.
Несомненно, всё это зимнее роскошество в какой-то степени протрезвляло, но никак не способствовало ни повышению настроения, ни улучшению самочувствия, и, главное, не снимало основных болезненных симптомов, сопутствующих повышенному потреблению спиртных напитков.

Звездолёт встал на дыбы. Сильный удар встряхнул корпус и уронил на пол всё, что не было закреплено.
– Внимание! Корабль атакован неизвестным агрессором! – раздался в громкоговорителях напряжённый голос капитана. – Всем пассажирам срочно вернуться в свои каюты, занять спальные места и пристегнуться сонниками.
Потеряв управление, звездолёт стремительно нёсся к планете. Люди метались в панике. А я, как обычно, сидел в грузовом трюме и, подключившись к внутренним камерам, наблюдал за легальными пассажирами.
В отличие от них я спокоен. Те пять лет, в течение которых после гибели родителей зайцем скитался по космосу, ничего хорошего не принесли. Конечно, умирать не хотелось, ведь едва исполнилось шестнадцать, но я увидел столько человеческой низости и подлости, что предпочёл бы смерть. А ещё до чёртиков надоела такая жизнь, в которой у меня нет будущего.
Всё что я умел – воровать, проникать зайцем на космолёты и выживать. Не раз я замерзал до полусмерти, иногда задыхался от нехватки воздуха. А судьба, как мачеха, жестоко наказывала, но и хранила меня. И вот, наверное, пришёл конец этой жизни.
Всё моё имущество – тёмно–фиолетовый скафандр, который я украл на одном из космолётов. Он имел системы обогрева и восстановления воздуха. А ещё примитивный интеллект, позволявший тайно входить в сеть корабля. Этим сокровищем я обзавёлся, едва не задохнувшись в одном из затяжных полётов и очень им дорожил. Он стал моей второй кожей.
За годы полётов я освоился с жизнью на корабле, и знал, что и когда происходит. Это помогало вовремя прятаться, чтобы меня не обнаружили. Заяц в космосе – это вор.