Прочитать Опубликовать Настроить Войти
Наталья Ветрова
Добавить в избранное
Поставить на паузу
Написать автору
За последние 10 дней эту публикацию прочитали
14.07.2018 55 чел.
13.07.2018 52 чел.
12.07.2018 32 чел.
11.07.2018 16 чел.
10.07.2018 2 чел.
09.07.2018 0 чел.
08.07.2018 3 чел.
07.07.2018 7 чел.
06.07.2018 2 чел.
05.07.2018 0 чел.
Привлечь внимание читателей
Добавить в список   "Рекомендуем прочитать".

Кот моей мечты

Кот моей мечты.

I.
Конечно, звучит смешно - кот моей мечты! И уж совсем ничего, кроме усмешки, не может вызвать такое честное признание, сделанное вслед за первым откровением, что только заполучив Васеньку, я наконец-то поняла, что всю свою предыдущую жизнь только о нем и мечтала. Усмехайтесь, дорогие читатели - для меня это была бы большая удача! Может быть усмешка подвигнет вас на ознакомление с содержанием последующих страниц.
Итак, о Васеньке. У меня в детстве всегда были кошки и собаки. Были у нас в хозяйстве и куры, ибо жили мы в частном домике, позднее уступившем место голой многоэтажке, имели сад, палисадник, дворик для кур, сарай. Куры, конечно, не входили в круг моих увлечений, это вам не очаровательницы-кошки и не преданные умницы-собаки! Хотя, даже среди этих глупых созданий была одна рыжая красавица, не чуждая прямых контактов с таким опасным существом, как человек. Ей очень нравилось, когда ее гладили по спине и чесали под крылышками. Говорю это к тому, что трудно представить себе нормальное детство без тесного общения с животными. А вот мои дети, в отличие от меня, росли именно так, без тесного общения с четвероногими или двуногими, но крылатыми, собратьями. В городской квартире решиться на подобный шаг, как приобретение такого вот собрата?! Легче умереть!
А дети - их у меня двое: мальчик десяти лет и девочка пяти - канючили: "Хотим, хотим! Жить не можем! Вон у Петьки, вон у Ленки, у всех есть, а у нас?" Иногда я все же делала попытки пойти им навстречу, собиралась с духом день, два и... никак не могла решиться. Боже мой, как представлю! Кормежка, туалет, прогулки, мусор! Ведь все на меня падет!
Детей мои проблемы не волновали. На мои опасения они клялись, что все будут делать сами. Я делала вид, что им верю. Они в ответ не понимали, почему же я в таком случае упрямо не желаю спешно собраться и отправиться либо на рынок, либо в зоомагазин, либо к кому-то неведомому, у кого есть на продажу щенки или котята. Папа был носителем неопределенного мнения. Он поддакивал и тем и другим или благоразумно исчезал в одной из трех комнат, свободной от нас, дабы никого не обидеть и, главное, избежать конфликта. Несмотря на все мои переживания и метания, в глубине души я, конечно, однозначно решила стоять на смерть; оттого, наверное, и была так изощренна в отговорках и благополучно вела свою лодку, не подбирая новых пассажиров.
Проблему разрешил мой младший брат, генератор великих идей, как считает себя он сам, а на самом деле бредовых, как считают все остальные. В связи со всем этим все еще неженатый в свои без малого тридцать лет и очень довольный и гордый таким вот жизненным фактом. Я его за это уж очень сильно не осуждаю, в отличие от нашей милой мамули. Знаю, в какое пекло вляпаешься, только обзаведись семьей и отнесись к такому положению вещей со всей серьезностью. А он иначе не может относиться к любому делу, как с полной отдачей. Не до идей будет!
Так вот, ближе к коту. Наш милый Васька появился у нас на новый год в качестве подарка. Помню очень живо. Дело было к одиннадцати вечера; в доме полная "боевая" готовность к встрече нового года. Предстояло проводить старый год, почти все в сборе, и наконец-то последним появляется мой младший брат Костя, морозно разрумянившийся, веселый и таинственно-торжественный.
- Вот! - громогласно оповестил он встречающих его и сходу, не раздеваясь, лишь скинув шапку, протянул мне большущую коробку, обклеенную яркими картинками. Но в руки сразу не отдал. В моей обезумевшей от забот голове в первую очередь мелькнула мысль: "Это сколько же хороших журналов он изрезал?"
- Это тебе! Чтобы ты не страдала от домашнего хозяйства, не корила мужа и не стыдила бездельников-детей!
- Мы не бездельники! - завопили дети, конечно же подоспевшие в прихожую, лишь только звякнул входной звонок, и с вожделением взиравшие на коробку.
- Да ладно, ладно вам! Я тоже был бездельником! - отмахнулся от них Костя и опять обратился ко мне, держа коробку на вытянутых руках, - Сестричка, клянусь тебе, отныне ты не будешь так яростно сетовать на страшную череду бесполезно убегающих дней! У тебя будет время оглянуться.
Я фыркнула и пожала плечами - время поджимает, а он устраивает представления! К столу пора!
- Отныне, - Костя никак не мог кончить говорить! - все работы по уборке квартиры, чистке всевозможных предметов, в том числе, - он склонился к ребятам, - грязных шей и носов, будет проводить содержимое этой коробки!
- Робот, да?! Японский?! - азартно завопил Мишка, мой сын. Все заинтересованно сгрудились в тесной прихожей. Катюшка, дочка, стояла, прильнув к моему боку. Я протянула руки и приняла подарок, опередив Мишку. Что ни говори, Костя человек со светлой головой и золотыми руками, и, несмотря на бредовость некоторых его идей, квартирная и дачная техника, как мамина так и наша, жизненно важные коммуникационные узлы, не достигли бы столь совершенного уровня, который он нам обеспечил. Поэтому, не исключалось, что в коробке находится нечто весьма полезное.
Окруженная толпой гостей и домочадцев, я внесла коробку в комнату, в которой был накрыт праздничный стол. Как только я наклонилась над софой, готовясь поставить на нее коробку, как в коробке что-то весомо зашевелилось и громко зашуршало. Я вздрогнула и подозрительно покосилась на Костю, уже скинувшего с себя сапоги и меховую куртку. Он стоял рядом и радостно потирал руки в предвкушении моей реакции. Ну, думаю, не дам я тебе повода похихикать надо мной!
Я мужественно раскрыла коробку и, право же, несмотря на готовность принять любой удар, все же опешила, а через мгновение рассердилась и не сумела скрыть своих эмоций. Удружил братец! Боже мой, ничего себе ценная вещь! В коробке сидел кот. Не котенок, а именно кот! Да еще громадный! Сидел очень смирно, важно и с каким-то непонятным достоинством смотрел на меня. Что говорить, кот красивый, очень пушистый, черно-белой масти.
- Какой красивый! - прошептала Катюшка, задохнувшаяся от свалившегося на нее счастья.
- Интересно, как же он будет уборку проводить? Языком или хвостом? - нарушил тишину Петр Леонидович, Петя, муж моей подруги Ирочки.
- Кто же таких здоровых дарит. Надо бы котеночка! - вступила в разговор Ирочка.
- Он же будет точить когти о диван, а то и гадить под шкафом! - негодующе воскликнула наша, моя и Костина, мама.
- Ну, почему же... - попытался возразить Костя.
- Что значит, почему же? Ты что, не знаешь, что они это делают сплошь и рядом? -мамуля указала пальцем на кота, - Он воспитанный? Где он рос?
У детей прорезались голоса, они подняли восторженные вопли, покрывшие своей мощью все критические выступления, они прыгали и хлопали в ладоши.
- Да перестаньте вы! - цыкнула на них бабушка, но голос ее был слишком слаб, чтобы как-то изменить ситуацию.
- Ура! У нас кошка! Ура-а-а! - они готовы были своим телом прикрыть пушистое сокровище, защищая его от наших неблаговидных помыслов. Их папа Коля смешливо и несколько растерянно прыскал в кулак. Костя хохотал, очень довольный собой и тем шумом, что сотворился по его милости.
- Это не просто кот. - прямо мне в ухо, сдерживая смех, горячо заговорил Костя, обняв меня за плечи. - Это шедевр! Это мое высшее достижение! О-о-о, как ты его полюбишь! Не пройдет и часа!
Восторженный взор Кости был обращен на кота. Коту наконец надоело сидеть в коробке и оттуда внимать нашим шумам, он широко зевнул и вылез из нее. Движения его были неторопливые, уверенные. Вел он себя невозмутимо, можно сказать, солидно. Барин, да и только.
Все принялись любезничать с котом, гладить его, расхваливая шкурку. Только я не любезничала, я испытывала лишь чувство бессилия - кот в квартире! В связи со всем этим мы чуть было не прозевали момент наступления нового года. Старый год мы, конечно, не проводили. Не до того было. На какие-нибудь пятнадцать-двадцать минут кот выпал из орбиты нашего внимания. Но только на этот короткий срок!
По завершении этих кратких минут Мишка опрокинул соусник и, конечно, его содержимое попало на новенькое платье Катюшки. Незамедлительно за этим ужасным событием последовал мощный рев с обильным слезоистечением. На Мишку по всем правилам должен был обрушиться поток упреков. Но в этот критический момент встал Костя и громким радостным голосом воскликнул:
- Внимание!
Все, кроме меня - я была поглощена красным видением - поглядели на Костю. Но Катюшка выдала очередную серию рыданий, и гости наперебой принялись утешать ее и меня.
- Прошу внимания! - еще громче воскликнул Костя, для большего эффекта забарабанив по столу правой рукой и подняв вверх левую руку, призывая нас все же обратить на него внимание. Я с трудом оторвала взгляд от мерзкого красно-оранжевого пятна на нежно-голубом фоне новенького платья дочери. Платье было очень красивое, изящного покроя, с серебристо-белой вышивкой. Оно так шло моей Катеньке!
Наконец Костя добился своего, все стали смотреть только на него, уже изрядно поднадоевшего своей необычной для него экзальтированностью, вдруг проявившуюся в эту ночь.
- Дорогие мои! Вы не представляете, какая удача - этот соус! Сам бы я на такое не решился! - с неподдельным восторгом в голосе начал свою очередную речь Костя.
Представляете мою реакцию на его слова? Удача! Боже мой!
- Всего одну минуту ожидания и ты, моя дорогая Танюша, удостоверишься в истинности моих слов. Ты полюбишь этого кота, а все остальные, не проживающие в этой квартире, - Костя эффектно, как дулом пистолета, прицелился пальцем и обвел им всех сидящих за столом, - умрут от зависти!
- Ну-ну! -гости стали весело подбадривать моего брата.
- Катька, уймись! Твои слезы тратятся совершенно напрасно. Господа, не отвлекаться! Все глядят на Катеринино платье, вернее на пятнышко на нем. Катька, встань на стул. Вставай, вставай! Вот так, молодец. Всем видно? Татьяна, отойди от ребенка, освободи возле нее стул.
Я отошла. Платья не вернуть, так пусть все обернется шуткой. В конце концов, платье, хоть и новое, красивое и весьма дорогое, не дороже предстоящего года жизни, так как во что я твердо верила, так это в то, что новогодняя ночь должна пройти без сучка без задоринки. Ничего не должно произойти такого, что по приметам может превратить весь предстоящий год в полосу неудач и неприятностей.
Костя позвал кота.
- Кис-кис-кис. Василий, давай на стул!
Кот не спеша вышел из-под стола, где успел уже обосноваться, легко вспрыгнул на стул возле Кати и внимательно уставился на Костю.
- Васенька! - ласково-сладким, дрожащим от непонятного нам волнения голосом обратился Костя к коту. - Васенька, будь другом, ликвидируй пятнышко вот здесь, ага?
Гости сдержанно зафыркали, наша мама покачала головой, осуждающе покосившись на сына. Когда только дурь выскочит? Мишка и его двоюродный брат по линии мужа Сашка, старше Мишки на два года, хищно вытянувшись, приготовились устроить аплодисменты, ждали только кульминации сцены. Ждали с огромным любопытством, потому что, как и мы, никак не могли представить, что же должен сделать в сложившейся ситуации дрессированный кот. А мне хотелось зареветь. Нашел повод для игры! Конечно, что ему какое-то платье! Он поди и не подозревал, до какой степени упало мое настроение.
Катюшка с такой же легкостью, как и начала, прекратила свой рев и с готовностью развернулась к коту, выпятив живот, чтобы подол платья оказался ближе к мордочке Василия. Кот ответно потянулся к ней и шустро зашевелил усами, обнюхивая зловещий красный остров на голубом просторе платья.
И вот тут каким-то жутким непонятным образом пятно стало таять и через считанные секунды исчезло. Все еще находясь в эйфории в связи с только что вступившим в свои права новым годом, все мы бурными аплодисментами, восторженными криками и смехом отметили успех Костиного трюка.
Костя тоже хлопал и тоже смеялся, но насмешливо и сдержанно, и с любопытством переводил взгляд с одного ликующего лица на другое. Ведь мы должны были упасть в обморок! Или во всяком случае ошарашено задохнуться.
Ну я, понятно, я бросилась к Катькиному подолу, веря и не веря в чудесное спасение только что потерянного, казалось навсегда, новенького платьица. А остальные? Им-то что запорошило мозги? Что у них было в голове? Моему дорогому брату пришлось совершить отчаянный поступок, по эффекту аналогичный первому событию. Он грохнул на палас не до конца потерявший свое содержимое соусник. Соусник - вдребезги, соус - теми же красновато-оранжевыми разводами, но уже по паласу. Остолбенело, в немом вопросе все мы уставились на Костю. Вот уж теперь он добился полного внимания!
- Жалко соусник? Он как, ценный или нет? - обратился ко мне мой безумный брат.
- Н-не очень... - проглотив что-то шершавое в горле, ответила я.
- У нас есть новый! - спасая Костю, закричала воспрянувшая духом Катюшка. - Только мама его не дает! Он с позолотой.
За столом дружно прыснули негромкими смешками.
- Бог с ним, с соусником. - махнула рукой бабушка. - Стекляшек-то сколько много, порезаться можно. И что на тебя нашло! Совсем сдурел. И этот дурацкий соус... Говорила ведь, нечего всякую ерунду выдумывать. И - на тебе!
- Ничего я не сдурел. - отозвался Костя и, воздев кверху руку, торжественно произнес. - Внимание! Повторяю. Васька, ты понял меня?
Наконец-то, нечто таинственное заставило нас дрогнуть и замереть. У меня мурашки побежали по телу. Кот уже был возле криминального участка. Изящно переступил лапками, вытянул над кроваво-стеклянным месивом мордочку и, как и в первый раз, заиграл своими усищами. Между усами кота и паласом образовалось легкое облачко, как дрожание воздуха в жаркий день. Облачком стали осколки соусника и сам соус. Кот дрогнул усами и вдохнул облачко, блаженно дернув шкуркой, серебристо сверкнувшей кончиками волосинок.
Вот теперь Костя достиг желаемого эффекта. Думаю, его очень порадовали наши разинутые рты и выпученные глаза. Мало сказать, что мы были потрясены. Для описания нашего состояния нет подходящего слова. В растерянности, глуповато улыбаясь, мы недоуменно жали плечами. Еще не веря увиденному, в глубине души я вполне оценила кота; вихрь мыслей потряс мою душу: я и возликовала, но я же и покрылась холодной испариной от жгучей ревности - не мне одной по душе такое вот творение; и я же раздражилась на Костю, подумав, только бы он ничего больше не демонстрировал! Вполне подходящее состояние, чтобы поплевать через левое плечо от опасения, как бы не сглазить, да как бы остальные не загорелись желанием попретендовать на Ваську.
- Во, даёт! - воскликнул Мишка, нарушив затянувшееся молчание.
- Васюнечка... - ласково защебетала Катюшка и полезла к коту обниматься. Дети и взрослые опять сгрудились вокруг кота.
- Интересно, интересно... - бормотал мой муж. - что это такое он в него вделал?
- Потом, потом объясню. - отмахивался Костя в ответ на посыпавшиеся на него вопросы.
Наша мама, единственная из всех, не сбилась в микро-толпу, окружившую Ваську. Разведя руки, недоуменно восхищенно улыбаясь, она подошла к своему ненаглядному, такому непонятному и такому талантливому, как частенько оказывалось, что нет слов, Костеньке. Её не обидело, что такой бесценный подарок был преподнесен не ей, а её не менее ненаглядной, но более заверченной жизнью, Танюшке.

II.
Как и предрекал Костя, я полюбила кота. И ещё как полюбила! Естественно, не только я одна была охвачена этим чувством, а всё наше семейство. Только подумать, какое в семье произошло событие! Появился долгожданный друг из братьев наших меньших, ласковый и очаровательный. Появился помощник, преданный и почти всемогущий, необыкновенно полезный. Все остальные, на которых Костя пристреливался пальцем, несомненно тоже хотели бы завести себе такого котика. И, конечно, завидовали, что кстати сказать, и не скрывали. Да я бы сама умерла от зависти, увидев такое!
По уговору про кота никому не рассказывали, хотя такая тема! Вот только наши новогодние приятели и родственники стали гораздо чаще наведываться к нам в гости поразвлечься с Васькой и нет-нет да и поинтересоваться, как там дела у Кости? А вдруг мой братец сотворил что-нибудь ещё этакое?!
Васька был наша общая, на весь "новогодний" коллектив, тайна, тщательно оберегаемая. Причин на это много и все они понятны.
Жизнь наша с новым членом семьи потекла остро упоительно, особенно поначалу. Нас увлекало все, что бы ни делал наш очаровательный кот. А мог он очень многое, хотя, конечно, не все его таланты были открыты сразу. Освоение началось с самого простейшего, с того, что в первую очередь встает на пути к порядку в доме. Вся пыль, вся грязь превращались нашим необыкновенным котом в то самое прозрачное облачко, во что превратился пресловутый новогодний соус, а именно в энергию определенного вида - как, не затрудняя себя пояснениями, сказал нам Костя, - предельно необходимую для жизнедеятельности Васеньки.
С нашей точки зрения кот творил чудеса, и поначалу мы совсем не выгадывали во времени. Мы ходили по пятам за нашим чудотворцем, мы любовались и восхищались и им самим и его подвигами. И вот, следуя за нашим нежно мурлыкающим пылесосом, этим восхитительным увлажнителем воздуха, я начала сожалеть, что стирка - труд не для Васенькиных драгоценных усов. Совсем как в сказке о золотой рыбке очень легко в любом благе найти моменты, достойные сожаления.
Стирать он, конечно, не мог, но кое-что, близкое по эффекту к этому процессу, стал проделывать с большим удовольствием. На это действо его подвигнул Мишка. Из всех нас его особенно сильно мучила тайна Васькиного устройства. В связи с этим он нет-нет, да и прощупывал Васькины бока и прочие части тела, а однажды не выдержал и заглянул ему в пасть, довольно бесцеремонно раздвинув коту челюсти. В ответ кот заинтересовался шеей моего дорогого сына, как следствие, воротничком его рубашки и, наконец, грязными после бегов по лужам и помойкам брюками. И пошло поехало! Васька открыл для себя много увлекательного в пробежках не только по брюкам и воротничкам, но и по диванам, креслам, сунулся как-то даже в коробку с грязным бельем, но там был слишком большой ком, чтобы всерьез заинтересовать его. То ли дело ровные плоскости или таинственные закоулки!
Я пребывала в эйфории от свалившегося на меня "кошачьего" счастья, а муж был полон энтузиазма. Он сосредоточенно думал, во что бы такое полезное, чисто мужское или доходное - что, конечно, было бы лучше всего - втянуть Ваську с его необыкновенными неполно изученными возможностями? Однако, ему так и не удалось ничего придумать, не в пример Мишке. Но об этом чуть позже.
Бедные наши мужчины! Они всякий раз вздрагивали, когда наш беспардонный зверь вдруг прыгал к ним на плечи и начинал деловито водить усами либо по немытой шее, либо по несвежему воротничку. Мишка в таком случае после судорожного дерганья начинал хохотать, а муж нервничал и сердился.
- Пошел ты, дьявол! - нередко кричал он и тут же начинал оправдываться, - Не мыться же каждые пять минут!
Катюшку больше всего волновала проблема питания. После недельного наблюдения за котом и, видимо, немалых раздумий, она пришла к определенному выводу и принялась за его осуществление.
- Васюнечка, разве так едят? - как-то раз вечером обратилась она к коту, сев перед ним на корточки. Кот уничтожал очередную порцию "дрожания воздуха". В ответ на Катюшкины претензии Васька сощурил глаза, трубно заурчал и принялся тереться об острые Катькины коленки. Катька боднулась с ним, обняла и уселась на полу, пристроив любимца на обтертых им коленках.
- Когда же ты поймешь - так невкусно! Ты бы лучше сосиски ел, как порядочные коты, или рыбу. - она склонилась к Васькиному уху и громко зашептала, - Придет кто-нибудь к нам в гости, кто тебя не знает. Например, Анька из первого подъезда. Как увидит тебя! Ко-о-от! А ты? Будешь есть облачко из разбитого стакана? Или из мишкиной старой машины! Да? Да она сразу всему свету растрезвонит. А папин дядя Сева?! Он сделает вид, что ничего такого у нас не происходит, а сам возьмет и стащит тебя!
- Не говори ерунды! - отозвался папа. - Дядя Сева приличный человек.
- Ну и что! Он только с виду приличный!
- Катерина, что ты говоришь, бесстыдница! - рассердился отец.
В ответ Катька всхлипнула, и на Васькин нос закапали слезы. Со слезами Васька поступил также, как с обычной пылью. Облачко, вдох и все.
Мы с Мишкой захохотали, представив крадущегося дядю Севу с дрыгающимся мешком в руках. Хотя, доля истины, и немалая, в Катькиных опасениях была. Не обязательно именно в случае с дядей Севой.
- Противные вы все! - закричала Катерина, схватила в охапку кота и выбежала с ним из комнаты.
- А вообще-то, это идея. - буркнул Мишка и отправился вслед за сестрой. Из детской раздался вопль. Это Катерина таким образом выражала свой протест. Завязалась первая перепалка на тему, чей Васька.
- Отойди, от кота, - ревела Катька, - он мой!
- Да мне только проверить! - вопил в ответ Мишка.
Пришлось вмешаться и развести конфликтующие стороны по разным комнатам. Мишка, конечно, возмущался - кот остался с Катькой. Больше всего его возмущал возрастной аргумент в пользу сестры.
- Она еще сядет вам на шею! Цацкайтесь, цацкайтесь с ней! Кот ее! Деловая!
- Мишенька, кот конечно наш, общий. Она просто обиделась. Десять минут и все будет по-старому. - увещевала я.
Но Мишка никак не мог успокоиться, чем вывел отца из терпения и получил по шее за непонятливость. Страсти мгновенно накалились, пришлось разводить всех по разным углам. Мужская половина нашего семейства предалась ворчанию, я отправилась на кухню, а Катюшка занялась небезуспешным, как выяснилось этим же вечером, воспитанием кота на предмет эстетики питания.
Часа через полтора после описываемых событий, когда трое из нас: Мишка, я и муж в молчании смотрели телевизор, более-менее умиротворённую тишину нашей квартиры потряс радостный вопль. Нас словно ветром сдуло, и в мгновение ока мы оказались в детской. Катька сидела на паласе, по-турецки поджав ноги, кот сидел рядом и поглощал из блюдца, стоящего естественно тут же на паласе, дымящиеся сосиски. Катерина победно взглянула на нас.
- Вот! Ест! Сам сделал из старого альбома для рисования! Можете попробовать, я ела! Вкуснее магазинных!
- Да? - удивился отец.
- Новая эра. - изрек Мишка, ревниво скривив губы, и взял сосиску из блюдца.
- Ты что, из блюдца кота... - слабо воспротивилась я этому шагу.
- Он чище всех нас вместе взятых. - уверенно произнес мой брезгливый муж и тоже взял сосиску из блюдца. Сосиска была последней, мне уже нечего было пробовать.
- Мамочка, он сейчас ещё сделает! - с жаром заговорила Катька, уловив мою растерянность, так как я всё же сделала непроизвольный жест рукой в сторону блюдца. Сосиски и правда были превосходными. Но сам Васька сосиски не ел. Это я узрела чуть позже. Просто он из дрожания воздуха, полученного путем переработки мусора, перво-наперво компоновал дымящиеся аппетитные сосиски, будто только что из кастрюльки, а потом их якобы поедал. Эти дымящиеся сосиски либо что другое съедобное прежде чем попасть в Васькино нутро в самый последний момент преобразовывались всё в то же самое дрожание, которое и поглощалось. Но проделывал он это так виртуозно, что только зоркому наблюдателю и, главное предвзятому, такому как я, было доступно заметить Васькино шарлатанство.
Катьке было мало достигнутого. Эта мелкая хулиганка повадилась бить стаканы с молоком. Катька била, а Васька, жертвуя часть добытой из пыли и мусора энергии, восстанавливал стакан и умудрялся собрать туда разлившееся молоко. От всех этих операций Катька приходила в неописуемый восторг. А наш палас продолжал радовать взор безукоризненной, прямо-таки девственной, чистотой. С помощью неугомонной Катерины кот освоил эффективные методы обработки продуктов, предназначенных для приготовления пищи - помыть, почистить, потереть, вернее, размельчить, ибо Васька, как ни крути, не терка.
В новой нашей жизни мой муж, "наш папочка", как мы все его называли, в том числе и я, испытывал более ровные положительные эмоции, чем я и дети. У нас вечно возникали какие-нибудь проблемы. Дети, например, порой не могли поделить Ваську или не сойтись во мнении, кого Васька больше всех любит и уважает.
А папочка был просто доволен жизнью - его не дергали, ни в чем не упрекали. Обувь, его и наша, была в идеальном порядке, выбивать ковры и паласы нет нужды. Уже после первых двух дней пребывания кота в нашей квартире он перестал ходить вслед за Васькой, чем очень долго грешили все остальные. Папочка просто блаженствовал вечерами на диване с газетами и телевизором. И совсем не подозревал, что блаженство не вечно, что как только с нас соскочит эйфория новизны нашего бытия, от него могут потребовать обратить высвободившееся время на поправку нашего вечно хромающего бюджета. Ибо получив одно благо, мы становились в определенном смысле людьми раскрепощенными. В результате чего начала пробуждаться к жизни другая сторона бытия, требующая больших, чем раньше, расходов. Как-то надо было реализовывать свои интеллектуальные потенции, ярко расцветшие на фоне Васькиных подвигов. Так что полного счастья, как и подобает в подобных ситуациях, кот не давал. Но все это только зрело, ни папу ни Ваську пока никто не теребил. Однако, запросы наши стали потихоньку набирать силу, подспудное недовольство стало перерастать в зримое, а жизнь нашего папочки помаленьку портиться. Атмосфера недовольства сгущалась, я стала, что называется, гудеть. Однако, она не успела сгуститься до такой степени, чтобы глава нашего семейства сорвался с места и бросился на поиск приработков, потому что...

III.

... однажды, уже летом, в один из таких периодов, когда мы никуда не уезжали сами и никуда не отправляли детей, я выбралась на рынок чуть раньше, чем обычно, то есть не после пяти вечера, идя после работы, а до этого времени, где-то часа в три.
День был ярким, слепящим, и к тому часу, когда я влетела на рынок, ничуть не ослабил свой изнурительный световой накал. Рынок средней полосы - это вам не южный богатый рынок, но и наш тоже пестрел и искрился рядами фруктов и овощей, переливающейся текучей толпой граждан, еще более разноцветной и яркой, чем фрукты и овощи, с более динамичной серединой и хаотично замедленными краями, где происходила купля-продажа. Я с удовольствием влилась в эту толпу и только ждала момента, то есть появления прилавков с редиской и зеленым луком, чтобы причалить к берегу рыночной реки. Сразу, как войдешь за ворота, эти своеобразные берега пестрели цветами. Не помню, каким образом меня завернуло к фруктам, то ли замешкалась в толпе, то ли задумалась, то ли сама надумала что купить. Но я оказалась именно в этих рядах. И вот там, в укромном повороте столов, по другую от покупателей сторону за пирамидой из великолепных желтых с розовыми боками груш стоял мой Мишка. Я узнала его и не узнала. То есть узнала, конечно, но как-то все это было неожиданно и неестественно. Ведь этого не должно быть!
Спрятавшись за спинами толпящихся у прилавков людей, я стала наблюдать за своим сыном. Понадобилось очень мало времени, чтобы окончательно увериться - мой Мишка торгует этими прекрасными плодами и торгует весьма успешно! На прилавке рядом с аппетитной пирамидой, чуть сзади нее, стояла еще корзина с грушами, но уже почти опустошенная. Корзину я тоже узнала - обширная, удобная, с двумя ручками, новенькая такая корзина, предназначенная для очень удачных грибных походов. Вот она-то меня окончательно уверила, что передо мной мой Мишенька. Лицо его, кстати сказать, было спокойно, деловито и приветливо. Он ничуть не смущался своей роли. Он был невероятно чист и даже элегантен, несмотря на то, что одет был всего-навсего в желтую футболку и легкие светло-серые брючки. Он так умело вел торговлю, так уверенно разговаривал с покупателями! Откуда в нем это?!
Размышляя над случившимся, я пулей полетела домой, не показавшись Мишке и так ничего и не купив на рынке. Вот какой выход нашел наш сын! А каков кот! Сосиски для себя через пень-колоду, да и то разве что из любви к Катьке, а тут целая корзина отборнейших груш! По всему видно, что не впервые - наверняка отрабатывали с Мишкой вместе и форму, и цвет, и вкус. Ни на минуту я не сомневалась, что груши, которыми торговал Мишка, никогда не росли на дереве. Но, судя по тому, как активно покупали, откушав кусочек от груши, предназначенной на пробу, были эти груши не только съедобные, но и очень вкусные.
Как я и предполагала - во дворе и в подъезде подозрительно чисто. В квартире, в кладовке, куда я ткнулась первым делом, предчувствуя, какое зрелище там меня ожидает, тоже была чистота, исчезли горы бережно накопленной макулатуры - плотные связки газет, исписанных тетрадей, журналов и прочей бумажной продукции, а также масса других вещей, которые вроде бы и не нужны и которые жалко выкинуть. Знали бы граждане, что едят они груши из макулатуры и мусора!
Как была, с сумкой в руках, я присела на идеально чистую полочку для обуви. И уже через минуту дико хохотала. Кот явно прогрессировал, особенно с того момента, как Катюшка уговорила его на производство сосисок; да и Костя явно ослабил контроль над котом и нашим семейством. Последнее нам пришлось явно по вкусу - кот все больше становился нашим. А мы, естественно, стремились к безраздельному владению нашим милым Васей.
Мой дикий хохот вскоре утих. Во взбудораженной голове вихрем крутились мысли. Мишка торгует на рынке! Его, торгующего грушами могли увидеть очень многие, не только я. Еще заинтересуются происхождением груш! Что говорить тогда в ответ?.. Ба! Да ведь грушевое дерево есть у нас на даче! Правда, еще очень молодое, штук десять груш, пожалуй, с него соберешь, и явно не того сорта, что скомпоновали Мишка с Васькой. Но все-таки есть! Ну, Мишка, эстет мнительный!
В коридорчике, между "прихожкой" и стиральной машиной, как и в кладовке, должны были лежать связки газет и журналов. Резво подскочив, ринулась для проверки и туда. Увидела то, что и ожидала увидеть - тоненький слой последних газетных поступлений. Погибли подборки нескольких литературных журналов!
А груши - блеск, одна к одной. Попробовать бы - так люблю груши, что слов нет! Постепенно восхищение грушами переходило в более уравновешенное, но и несколько встревоженное состояние. Волновала реакция мужа на такой вот метод использования кота - наш папочка тоже эстет мнительный, и покруче Мишки! Начнутся выяснения, объяснения...
Вечером, конечно, был крик. Что хорошего может быть под горячую руку? Особенно негодовал отец - я, во-первых, менее нетерпима ко всякого рода отклонениям, а во-вторых, уже успела спустить пары, пока хохотала, сидя на полочке для обуви и пока ждала, когда все соберутся: Мишка с рынка, муж с работы, прихватив Катюшку из садика.
- А почему бы не сразу деньги? - язвительно на высоких нотах вопрошал муж, - А? Водяные знаки не осилить?
Кот сидел тут же, на спинке дивана, безмятежно мурлыкал и лениво щурил зеленые глаза. Мишка презрительно фыркнул на последние слова отца. Да его Васька что хочешь может сделать! Водяные знаки! Подумаешь!
- Сразу деньги не интересно и противно, все равно как украл. И потом они были бы лишние.
- Кто лишние? - удивилась я.
- Деньги. Кот не монетный двор. - хмуро буркнул сын.
- Как это лишние? - все никак еще не могла понять я.
- Да ну тебя, мам. Я же сказал, что кот не монетный двор, не нам вычислять, сколько выпускать денег.
- А-а-а! - понимающе протянула я, хотя, признаться, в тот вечер я соображала плохо, и на самом деле поняла позже, но не сознаваться же в своем тугодумии, когда сын говорит так уверенно, а муж негодует с пониманием дела!
- Ишь, какой законник! - возмутился отец.
- Законник! - с вызовом подтвердил Мишка. - А насчет груш, не все ли равно, где они растут. Деньги же за них платят не как бы настоящие, а самые что ни на есть настоящие!
И уже совсем тихим голосом добавил, что эти деньги - по труду.
- Да?! - взвился примолкший было папа, - это по какому же такому труду?!
- По нормальному! - заорал в ответ Мишка, в голосе которого звякнули слезы, но на глазах пока не появились.
- По-кошачьему! - радостно подсказала Катюшка. Все это время она фланировала вокруг нас, а теперь забралась на спинку дивана к Ваське и посадила его к себе на колени.
- Вот-вот! - подхватил отец, яростно тряся пальцем в сторону Катьки и кота, склонившись лицом к потупившемуся Мишке. - Именно так! По кошачьему труду! А не по твоему!
- А у нас разделение труда! Он создавал, а я торговал! Торговля тоже труд!
- Труд разделили, а доход как же?!
Я присела на диван поближе к Катюшке с Васькой. Устала ужасно от всех этих криков и вообще от несуразности происходящего. Легче огород копать, меньше устанешь. Ну, поноет поясница и дел-то!
После фраз о разделении труда и дохода наши мужчины несколько мгновений молча смотрели друг на друга, вкладывая во взгляд как можно больше яда. Кот вдруг громоподобно мяукнул и сиганул к мужу, к его ногам. Мы вздрогнули от неожиданности. Катька как всегда в моменты чьих-то неожиданных действий взвизгнула. Тем более, что в данном случае именно с ее колен стартовал любимый Васенька.
- А пошел ты! - в сердцах воскликнул и замахнулся на кота муж. - А ты что визжишь! - это уже относилось к Катьке.
По-настоящему расстроившись, он пошел из комнаты. Кот двинулся за ним. На брючине серело пятно. Мы, Катька и я, несмело хихикнули. Мишка ухмыльнулся. К чести нашего папы он не стал хлопать дверью, он остановился, дал возможность коту спокойно вычистить брючину, после чего сел в кресло в этой же комнате и задал риторический вопрос:
- Что будем делать?
Но нам так и не удалось разрешить этот животрепещущий вопрос, потому что перед нами встала такая грандиозная проблема, перед которой все выше рассказанное оказалось просто легким щекотанием нервных окончаний. Да, в тот вечер сердца наши дрогнули, а души омрачились ни с чем не сравнимым отчаянием.
Лишь только наш папа задал свой риторический вопрос, раздался звонок. Звонили в нашу квартиру. Мишка сорвался открывать дверь. Пришел не кто иной, как смущенный и сияющий наш любимый Костя. Пришел не один - за его спиной стояла прекрасная незнакомка. Голубоглазая блондинка с локонами по плечам в изящном черно-белого шелка платье, туго облегающем в талии, с приподнятыми плечиками, с широкими вверху и плавно суживающимися к локтю рукавами, с узкой юбкой, мягко расходящейся в плавные волны от середины бедер до колен. Вот это платье! И какова особа!
Теперь понятна была причина Костиного равнодушия к нам и к Васеньке. События нарастали. Мы, я и муж, засуетились, приглашая пройти в квартиру, ибо Костя почему-то застрял в дверях. Стали уговаривать молодых не стесняться, что обычно заставляет уговариваемых стесняться еще сильнее. Конечно, мы ахали: как все неожиданно, как прекрасно! Только ножкой не шаркали и не приседали в реверансе, а всего остального было в избытке. Была причина так взволноваться - ведь наш стойкий холостяк, судя по всему, решил наконец-то порвать с таким ненормальным образом жизни!
Костя, как всегда в минуты сильных волнений, был излишне речист и весел. Лизочка - так звали блондинку - мило улыбалась и скромно оглядывалась в нашем жилище.
Я подняла суету на кухне, изредка курсируя на балкон, где у меня хранятся кое-какие продукты, и в общую комнату, где папа Коля по мере возможностей рационально расставлял стол и стулья. В один из коротеньких промежутков времени, которые все же выпадают на долю гостеприимных хозяев (а я себя отношу именно к таким), среди поднятой кутерьмы я вдруг заметила, что настроение моих детей отнюдь не соответствует положению вещей - они были угрюмы и насторожены. Однако! Невеста не приглянулась? Или вообще нет желания делить любимого дядю с кем бы то ни было? Но это уже эгоизм чистейшей воды!
Я уронила на пол ломтик помидора и в первый момент ничего не поняла. Помидорина лежала на полу и никуда не девалась. Я наклонилась, подняла ее и растерялась - куда выбросить? Пристроила крамольный продукт на краешек стола и громко кликнула ребят, чтоб тащили на кухню кота, дело есть. Вечно они терроризируют бедного Васеньку! Как будто он нужен только им одним.
Что последовало за моим призывом! Как смерч влетели на кухню мои свирепо оскалившиеся детки! И дружно зашипели на меня. Ничего себе откликнулись! Что такого предосудительного я сделала? Только велела принести кота. От обиды у меня задрожали губы, да и слезы готовы были вот-вот брызнуть из глаз. Мои любимые лапочки!
- Она за котом пришла! - состроив свирепую гримасу, приблизив свое лицо к моему, зашептал Мишка. - А ты кричишь!
- Что я кричу? Я кричу, что у нас кот - пылеед, да?! - тоже шепотом ответила я. - Или Костя не знает, что у нас за кот?
- Ну и что, знает! А она пока не увидит, не поверит.
- Вы что, думаете она пришла из-за кота? - растерянно спросила я. - Он, может, ей и не говорил.
- Да уж, не говорил! - вступила в разговор Катюшка. - По лицу видно, что говорил.
Я присела на табурет. Боже, как мне сразу стало плохо!
- И вы хотите спрятать от Кости кота? - спросила я. И тут же сама ответила. - Это невозможно.
Лишь только я пришла к убеждению, что невозможно от Кости спрятать кота, как все во мне закипело. Но, правда, у меня поначалу возникали еще сомнения по поводу этой Лизы. Может быть Костя ей ничего и не говорил, чтобы не вводить в соблазн? Ведь Ваську он мне подарил, а не дал на время. А так, ей ведь захочется тоже иметь такого. А сможет ли он сотворить еще одного Ваську? Все зависит от степени его влюбленности. Что если она никак не сдавалась, и ему пришлось прибегнуть и к такому способу привлечения, как похвалиться чудо котом? Тогда вообще кошмар, любит ли она Костю?
Господи, какие горькие мысли захватили мою бедную голову. Бедный Костя, бедные мы! Эх, не удержать ребятам Ваську, вырвется и явится на глаза к любимому Косте, а заодно и к этой мерзкой блондинке!
Стол мы накрыли в большой комнате. Получилось очень красиво. Во-первых, на убранство стола ушли все наши деликатесные заначки. В старой глиняной кринке очень импозантно смотрелся будет громадных белых, розовых и сиреневых хризантем вперемежку с веточками спаржи. Мишка не выдержал и пообщался с котом на предмет фруктов, в результате чего на столе появилась громадная ваза для фруктов, наполненная прекрасными желтыми с розовыми бочками грушами и яблоками, очень похожими на коричное и золотой налив.
"Ага! - почему-то злорадно подумала я, - на виноград духу не хватило!"
Мы сели за стол и, еще раз перезнакомившись, приступили к трапезе. Выпили, поели и еще раз выпили; и за столом стало довольно-таки шумно. Но несмотря на шум и оживленный разговор напряжение росло и, наконец, Костя поинтересовался:
- Как там наш Василий? Что-то его не видно.
- Кота что ли? - фальшиво равнодушно переспросила я. - Дремлет где-нибудь.
- Дремлет? - удивился Костя.
Дети замерли. Подружка Кости (для меня она уже была не менее, чем мегера) тоже была вся внимание. Интересно, до какой степени Костик проинформировал свою Цирцею?
Мой дорогой муженек флегматично ковырялся вилкой в тарелке, насмешливо (но все-таки с грустинкой во взоре!) поглядывая на меня.
- Странно, это что-то новое в его поведении. Ну пусть подремлет. - улыбнулся Костя, нежно глянув на свою Лизу. Она улыбнулась в ответ. У меня несколько отлегло от сердца при вдруг возникшей мысли, что Костя не собирается уводить Василия. Но то, что он намерен продемонстрировать его, не вызывало уже никаких сомнений. А жаль.
Мишка встал, шумно двинул стулом, освобождая себе выход из-за стола.
- Сейчас я его принесу. - и ринулся из комнаты.
Катька испуганно мигнула глазами. Я не меньше ее была ошарашена поведением Мишки - то шипел змеем Горынычем, то сам набивается там, где его не просят. Что это с ним? Ускоряет события, чем раньше, тем лучше?
Через минуту Мишка вернулся, неся Ваську на руках. Вид у кота и впрямь был сонный.
- Ой, какая прелесть! - защебетала невеста. Она тоже вышла из-за стола и подошла к Мишке. Она погладила кота и почесала его за ухом. Мой мрачно настроенный мозг сразу сделал вывод - исследует Васькину шерстку, настоящая или искусственный мех? Мишка опустил кота на пол. Костя привстал со своего места.
- Ну, Василий, иди ко мне! - призывно похлопал он по своему колену. Кот прыгнул к нему на колени и заурчал, ткнувшись лбом в Костину руку. Костя прижал его к себе и произнес роковые слова. - Покажи себя, дружок.
И Костя повторил новогодний трюк, правда уже не с соусом, а с красным вином, и вылито оно было не на Катькино платье, а на подол платья невесты. На черно-белое очень крикливо наложился красный цвет. Кто его знает, может быть он хотел лишь похвалиться котом, а забирать его и не думал, пообещав невесте в будущем нечто подобное. Вполне возможно. Но наши души замерли в горьком ожидании очередного Васькиного триумфа, но уже в глазах этой Цирцеи.
- Ой! - взвизгнула Цирцея-Лиза, с любопытством и некоторым, прямо скажем, опасением глянув на Ваську.
- Все хорошо! - победно воскликнул мой брат, - Вася, за дело!
Но Вася, как стоял, так и продолжал стоять, оловянно тараща глаза и высоко, трубой, задрав пушистый хвост. Костя подхватил его и сунул носом в подол платья уже несколько растерявшейся невесты. Кот напрягся, сопротивляясь, и завертел мордой, явно не желая иметь ничего общего с вонючим винным пятном.
- Вася, Васенька! - ласково увещевал мигом вспотевший Костя, - Ну же, ну! Ликвидируй пятнышко.
Кот не внимал его просьбам. Костя начал злиться. По-моему, он готов был треснуть несговорчивого кота. Я тихо ликовала, не понимая в чем дело, не меньше Кости удивляясь поведению кота. Не удивлялся лишь Мишка.
Мое удивление, конечно, носило иной оттенок настроения, чем Костино удивление. На свою Лизу он уже не смотрел. Не смел. Очередной раз он сунул кота носом в платье. Сконфуженная, расстроенная невеста была готова провалиться сквозь землю. Представляю, какие чувства испытывала она к Косте и его коту! Она резко отдернула подол платья от носа недовольно изворачивающегося кота.
- Чудный кот, ничего не скажешь. - произнесла она тихим голосом, не предвещающим для Кости ничего хорошего, кроме гневных упреков и наворачивающихся на глаза слез.
- Да не знаю я, что с ним такое! - в сердцах воскликнул Костя и отбросил кота от себя, чего никогда не делал прежде. Кот благополучно приземлился возле кресла, смешно растопырив лапы, и ... сделал лужу.
Остолбенели все, даже Мишка. Но большее потрясение все же упало на Костину душу. Его кот! Смог сделать лишь это! Достижение, конечно. В спокойной обстановке можно было бы порадоваться за успехи кота, пошедшего столь далеко в своей идентификации породе кошачьих. Но сегодня, сейчас! Только это и все?!
- Прелестный кот! - со звоном в голосе повторила свою оценку коту Костина невеста. Из глаз ее брызнули слезы. Быстрым нервным движением она потерла салфеткой по грязному пятну на подоле платья. В сердцах швырнула никчемную салфетку и ринулась вон из комнаты. Костя перехватил ее.
- Лиза, Лизочка! Ну куда ты! Это недоразумение, сейчас все уладится! Подожди!
- Шут! - закричала в ответ Лизочка. - Шут гороховый и прохвост! Вот ты кто!
- Да нет же, нет! Это не ТОТ зверь! - в отчаянии прокричал Костя.
В общем, Костя и Лизочка на какое-то время забыли о нашем существовании (они многое о чем забыли) и устроили настоящую перебранку. Не знаю этой Лизочки, но от Кости я такого не ожидала. Это было мгновенно вспыхнувшее беспощадное сражение не на жизнь, а на смерть. Поражение потерпели обе стороны. Несомненно, они глубоко разочаровались друг в друге - не оправдали возлагавшихся на них надежд.
Она ушла, треснув дверью. Костя непроизвольно дернулся вслед за ней, хлопнул себя по ляжке и плюхнулся на диван, от чего у последнего подозрительно рыкнули какие-то внутренние части. После этого в квартире установилась долгожданная тишина. Мой дорогой муж первым нарушил затянувшуюся паузу, глубоко со вкусом вздохнув:
- Не приглянулась ему твоя невеста.
Костя непонимающе глянул на Николая, потом в глазах его что-то мелькнуло, и он обречёно закивал головой, соглашаясь с данным утверждением, вымученно заулыбавшись в пространство. Какое-то время он сидел и думал. Мы молча сидели рядом, стараясь не мешать ему. Наконец, он вздохнул и развел руками.
- Наверное, у нас с ней разные биополя. Да, Вась? - Костя жалобно посмотрел на кота. Это был все-таки ТОТ зверь.
ТОТ зверь ответно муркнул и первым делом ликвидировал лужу возле кресла, после чего заурчал необыкновенно громко, как микро танк, и преданно ткнулся в костины ноги - закружил вокруг них, усердно поводя усами по ткани его носков. Костя уставился на свои ноги и устало усмехнулся.
- Новые надел. И так переволновался, что... - он приподнял одну ногу и повертел ступней, скептически разглядывая ее.
01.07.2013

Все права на эту публикацую принадлежат автору и охраняются законом.