![](http://pomidor.com/pht/smallUploads/2596_.jpeg?d=638613435437060749)
Написать автору
За последние 10 дней эту публикацию прочитали
06.09.2024 | 0 чел. |
05.09.2024 | 3 чел. |
04.09.2024 | 0 чел. |
03.09.2024 | 1 чел. |
02.09.2024 | 3 чел. |
01.09.2024 | 3 чел. |
31.08.2024 | 2 чел. |
30.08.2024 | 1 чел. |
29.08.2024 | 4 чел. |
28.08.2024 | 3 чел. |
Привлечь внимание читателей
Добавить в список "Рекомендуем прочитать".
Добавить в список "Рекомендуем прочитать".
Птичка на тонкой ветке-8
Глава 4 (23) – Происшествие у костраОккультизм объясняет ликантропию выходом человека в астросоме с последующей материализацией в виде волка… Душа в астросоме, почувствовав завладение своим телом, обыкновенно вступает в борьбу за обладание им. Если ей удастся выгнать ларву, то человек возвращается в нормальное состояние. В противном случае…
С. Тухолка, «Оккультизм и магия»
1
– И это очень хорошо! – перебил её Тинч. И, невзирая на недоумённый взгляд принцессы, обратился к де Борну:
– Сэр Бертран! Разрешите мне покомандовать вашим оруженосцем?
– Командуй… А в чём, собственно, дело?
– Пока ещё светло… Меня смущает обстановка. Мы чересчур беспечны и не исследовали как следует местность. А должны быть следы… Кроме того, неплохо бы послать вашего оруженосца на разведку. Что там впереди? Не мелькают ли огоньки костров? А вдруг тельхины выставили заслон недалеко от нас?.. И мы рискуем на него нежданно напороться утром?.. Пикус, ты хорошо понял, что от тебя требуется?
Принц неохотно поднялся на ноги. Поискал перевязь с мечом, привычно забросил меч за спину.
– Понял. Я могу идти?
– В случае чего – подашь сигнал: криком дятла.
– Вот что, друзья, вот что, принцесса… – негромко, прислушиваясь в ту сторону, где за колючим кустарником только что пропала тень ушедшего на разведку Пикуса, сказал Тинч. – Нам следует быть более осторожными в своих разговорах.
– Ты снова ему не доверяешь? – спросил рыцарь. – Отчего же?
– Кое-что в его рассказе… и в поведении кажется мне странным. У нас есть по крайней мере полчаса. Вам слово, принцесса!
– Дело в том, что мы подготовили несколько вариантов верительных грамот. Согласно одному из них все мы являемся не просто подданными королевы Тары, но выразителями мнений и желаний дракона Хоро.
– Который на самом деле спокойно дремлет в Часовой Башне, – кивнул Леонтий.
– И пусть дремлет, тельхины этого не знают.
– Или пока не знают, – нахмурился Тинч.
– Я – принцесса, наследница престола, возглавляю посольство. Сэр Бертран – военный советник. Сэр Линтул – верховный советник по особым делам. Сэр Тинчес – посол Тагэрра-Гроннги-Косса при дворе Таро…
– С каких это пор командором Ордена является всадница Исидора? – возразил де Борн.
– Командором, так или иначе, остаётесь вы, сэр Бертран де Борн.
– И, кстати, – поддержал её Тинч, – в присутствии Пикуса об Ордене – молчок.
– Ну-у… Вы что, так боитесь, что эти тупые псоглавцы с дубинками…
– Те, кого вместе с нами зацепил краем Странствующий Лес – лишь передовой отряд. У них и мечей-то не было.
– Но был знак бога Ра…
– Который они захватили у крысокотов.
– Значит…
– Быть может, те, кого мы встретим по ту сторону гор, извещены об этой стычке, – продолжал рассуждать Тинч. – Тем лучше. Мы представим дело так, что имело место глупое нападение на наше посольство, когда мы направлялись к королю Эдгару. И нашей вины здесь абсолютно нет – пускай спрашивают со своих солдат… если те, разумеется, ещё живы. Но мы не должны недооценивать остальных. Тем более, если (и это наверняка) их продолжают консультировать уцелевшие омнийские учёные. Какими знаниями обладают они – нам ещё предстоит выяснить…
…Теперь не Тинч сидел у костра, шутливо с приятелями. Это был, и по речам, и по внешнему облику сам Таргрек – с его богатырской фигурой, русой бородой и неторопливыми, взвешенными фразами бывалого воина…
– Я обратил внимание на несколько деталей в рассказе принца… Да-да, Леонтий, здесь он не обманывает. Конечно, согласно древнему мифу, тельхины могли перевоплощаться в самых разных существ, но это не тот случай. С другой стороны, например, почему сюда, на эту сторону, прибыл только он один? Где потоки беженцев из Икарии? Следовательно…
– Следовательно, ему РАЗРЕШИЛИ пройти на эту сторону.
– Далее. История с конём. Больно замысловато. Зачем устраивать столь сложную ловушку, если по этой тропе мало кто ходит?
– Так ты считаешь…
– Я пока ничего не «считаю». Третье: кто снарядил его в дорогу? Об этом он не говорит ничего. Опальный принц с громадным мечом, открыто шествующий по дороге… не совсем убедительно, если учесть, что за ним должны охотиться.
– Ну, может быть, он скрывался…
– У него нет денег. На что он их потратил? А если тратил, то отдавал их кому-то? А этот кто-то вполне мог донести. Во всём этом надо разобраться… Далее. Меч! Они – мирный народ, так? Но меч – не игрушка, хотя бы и перешедший по наследству. Следовательно, когда-то они всё-таки воевали. С кем именно?..
– Это могло быть в незапамятные времена…
– Насколько незапамятные?.. В общем, по его возвращении следует устроить более детальную проверку относительно того, кем он послан и с какой целью.
– Так ты… всё-таки считаешь его лазутчиком Кротоса?
– Да. Хотя, к его чести, скажу, что сам он может о том и не подозревать…
– Это как?
– Увидишь. Там, на заставе, я провёл только предварительную разведку. Вполне допускаю, что в его голове поставлена блокада против такого рода проверок. Моей задачей будет попробовать эту блокаду преодолеть… Между прочим, он возвращается… Исидора, что ты там рассказывала нам о Кротосе?
Пред ними снова был Тинч…
А шорох росистой, тяжелой травы вдалеке показал, что оруженосец идёт обратно в лагерь.
2
– Никого вокруг, кроме сов и летучих мышей. Дорога свободна!
– Хорошо, мой мальчик, – сказал командор. – Присядь и обсуши ноги у огня. Сеньора Исидора?
– Эта история известна, пожалуй, всем нам, кроме тебя и… наверное, принца.
Когда-то, в те незапамятные времена, когда на священных горах Парнас и Геликон обитали боги и музы, глава всех богов, великий Дий* обратился к всезнающему и высокомудрому кентавру Хирону. Необходимо было спроектировать и построить небесный свод с его планетами и звёздами. В награду Дий разрешил Хирону взять во владение один из двенадцати дворцов будущего солнечного круга – Зодиака… хотя так этот круг тогда ещё не называли.
-----
* Он же Зевс.
-----
Хирон удачно справился с порученной работой, но вселяться на своё место не спешил. Ведь он был бессмертен, а на земле было ещё столько дел…
В это же время на горе Геликон обитал некий Кротос, чудесный златокудрый мальчик, обласканный музами и одаренный ими многими знаниями за то, что изобрёл хлопОк – как знак одобрения талантливому поэту или музыканту. Потом он развил эту идею, изобретя одиночные хлопки, аплодисменты, овацию…
Правда, аплодировали не ему. И это его очень стесняло.
Не в силах изобрести что-либо ещё, он присвоил себе идею лука со стрелами. Несмотря на то, что к тому времени существовали струнные инструменты, например, лира, своё происхождение ведущие непосредственно от лука, имя подлинного автора по сей день неизвестно, чем и воспользовался неглупый юноша.
Ему простили эту шалость, и даже согласились с ним.
Но никто не аплодировал…
Охваченный отчаянием, Кротос обратил внимание на небесный свод и на звёзды. И зорким глазом приметил, что один из небесных дворцов пустует.
А ему так хотелось внимания, так хотелось, чтобы и люди, и боги восхищались им каждый день… или каждую ночь?
И тогда он решился и, взойдя от горы Геликон на звёздное небо, самовольно занял то место на нём, которое мы сейчас называем созвездием Стрельца.
А поскольку это место своей формой было сотворено Хироном для себя, то Кротос распределился в нём в виде кентавра…
И когда Хирон всё-таки взошёл на небо, то обнаружил, что дворец его захвачен.
Он обратился за помощью к Дию. Но даже Дий не смог… или не захотел ничего поделать, и лишь разрешил Хирону пристроить неподалёку ещё одно созвездие – то, что называют созвездием Кентавра, а там – решить спор самому.
Тем временем Кротос, распалённый успехом, а более того – терпимостью богов к его выходкам, решил пойти дальше и распространить свою власть на весь круг… Он влезал и в Скорпион, и в Козерог, и пытался войти в Лев, и в Телец, и в Рыбы… Правда, отовсюду его рано или поздно выгоняли.
От своих усилий, (в особенности ему досталось в созвездиях Большого, Малого и Гончих Псов), он начисто потерял очертания первоначальной формы, превратившись в подобное волку существо.
Он объявил себя Великим Зверем, самим совершенством, а круг двенадцати созвездий, с его подачи, стали называть Звериным Кругом или Зодиаком. Это было последним из его изобретений.
Потому что Хирон построил неподалёку не только Кентавр, но и Алтарь, Жертвенник, а самого Кентавра вооружил длинной пикой.
Вслед за этим он начал долгую и непрерывную войну со Зверем.
Длится она по сей день.
По сей день мы можем наблюдать в звёздном небе Кентавра, что, пронзая Волка пикой, возлагает его тушу на Алтарь.
Да, на рисунке герба у короля Эдгара изображены два кентавра. Это Хирон молодой и Хирон старый. Это намёк на то, что каждому из нас нелишне бывает порой отойти в сторону и посмотреть на себя самого: насколько ты чист внутренне? не завёлся ли в твоём дворце кто-то, кто диктует твоему разуму и чувствам низменные, животные желания? А если так – поддень его на пику самых чистых и бескорыстных, светлых и смелых убеждений, и возложи эту нечисть на очистительный огонь Алтаря!
3
– Хы. Хы-хы… Забавная сказочка…
Леонтий, сэр Бертран и леди Исидора с тревогой и удивлением взглянули как исказилось лицо принца. Углы рта оттянулись назад, оскалились зубы, выпятились из орбит глаза…
Никто не заметил исчезновения Тинча…
– Забавно… Хы, забавно… – говорило существо и шарило правой рукой у себя за правым плечом.
– Не это ли ты ищешь? – спросил Таргрек, появляясь напротив него, с той стороны костра. И в его руке сверкнуло длинное узкое лезвие меча. Его отблеск рыжим трепещущим огнём ударил в глаза существу…
– Не это ли ты ищешь, КРОТОС?
– Д-ды… Как же ты… успел ведь…
– Встать!!!
Существо неловко поднялось на ноги. По внешнему виду это всё ещё был Пикус, но лицо его, выражавшее все оттенки неукротимой злобы, более не было лицом принца…
– Ключевые слова! – приказал Таргрек. – Назови! Ключевые! Слова!
– Ы-ы-ы…
– Повинуйся мне! Ключевые слова!
– Дракон. Омния. Омнийцы. Оружие. Армия. Война…
Существо произносило это машинально, тупо устремив взор на горевшее перед глазами лезвие.
– Твоё задание!
– Смотреть. Видеть. Рассказать. Убить. Доложить.
– Как именно убить?
– Убить во сне или отравить…
– Кто в стране Таро должен помочь тебе?
– Вы.
– Твоя задача – войти в доверие.
– Да. Войти в доверие. Завоевать доверие. Быть приближённым. Воспользоваться моментом. Убить. Убить. Убить. Убить. Убить. Вернуться. Доложить… – механически повторяло существо.
– Достаточно. Я приказываю тебе покинуть тело этого человека. Изыди!
– Гы. Гыыыыы…
– САТОР, АРЕПО, ТЭНЭТ, ОПЕРА, РОТАС! Именем Бога Всевышнего и Волею Его заклинаю: покинь это тело! Шаг вперёд!
Существо, покачиваясь, шагнуло вперёд, к костру.
– САТОР, АРЕПО, ТЭНЭТ, ОПЕРА, РОТАС! САТОР, АРЕПО, ТЭНЭТ, ОПЕРА, РОТАС! САТОР, АРЕПО, ТЭНЭТ, ОПЕРА, РОТАС!!! Очистительный огонь! Очистительный огонь! Очистительный огонь! Огнём Алтаря Небесного заклинаю тебя! Шаг вперёд!
Существо сделало шаг вперёд, в сам костёр – босыми ногами принца…
– А-а-а?.. А-а-а! А-а-а! А-а-а!!! – закричало оно, корчась от боли. Языки пламени побежали вверх по одежде.
– Во-о-он!!! – закричал Таргрек и ударил его мечом по темени…
Здесь стало происходить что-то невообразимое. Изо рта существа полезло что-то белое, туманное, бесформенное…
– Гасите одежду! Оттащите принца от костра! – приказал Таргрек.
Леонтий и Исидора с двух сторон подхватили обмякшее тело Пикуса, отдёрнули его от огня, принялись хлопать по одежде, чтобы погасить огонь…
А между ними и костром колыхалась странная белёсая фигура, напоминавшая по форме человеческую.
– Сэр Бертран!
Рыцарь мгновенно понял, что от него требовалось.
И сверкнул клинок Исидоры-Сервенты-Спады!
Посыпались искры. Раздался звонкий хлопок, как будто ударили в ладоши. Пламя костра взвилось, казалось, до самых небес и… погасло.
4
– Дайте ему вина, – сказал Тинч, устало опускаясь на землю. – Да, и в аптечке надо бы пошарить. Там мазь от ожогов… Да, голову перевязать не забудьте, хотя это царапина, до свадьбы заживёт…
– Что случилось? Что со мной? Где я? – шептал несчастный принц. – Болит… Кто вы???
– Ты нечаянно шагнул в костёр, сынок, – сказал ему Леонтий. – Сейчас мы смажем твои болячки, дадим тебе вина и – спать, спать, спать… А наутро ты вспомнишь. Вспомнишь всё…
– Я принц Пик-кус… – захлёбываясь вином, говорил тот. – Я сын Стеркула, короля икарийцев… Вы – сэр Линтул, вы – сэр Бертран, вы – принцесса Исидора… А вы…
– Ладно уж, – сказал Тинч, подбрасывая в костёр сухих веток. – Э-эй! Не вливайте в него весь кувшин! Оставьте и мне глоточек!..
Глава 5 (24) – Спорные земли
– Недостойно! Стыдно! Люди Земли не должны разыгрывать лживые сцены и пускаться в обман!
И.А. Ефремов, «Час Быка»
1
– Скажи, Леонтий, а что такое это странное число – 666? Почему его все так боятся?
– Кто-то боится, а кто-то и нет. Видишь ли, Тинчи, это число полноты и высшего совершенства. Представь, что кто-то, вдруг или постепенно, но сумел его достичь. Он всё знает и всё может. Он, по сути, идеал…
– Так что же в этом такого страшного? Он столько сумеет сделать…
– Суметь-то сумеет. Но в пределах полученных знаний и сил. А далее? Далее, это число должно быть преобразовано: три шестёрки дают 18, а при сложении цифр – девятку. Девятка же – ключ к дальнейшему развитию. Не будет этого развития, движение по кругу не сумеет перейти в движение по спирали – тогда беда. Идеал превращается в идол, который тормозит все духовные и физические процессы.
– Стало быть… Кротос…
– А что Кротос и иже с ним? Он прав, он и есть 666. Шагнув вперёд, минуя ступень обучения и набора опыта, он потерял способность к развитию… Кстати, именно спираль как символ – это символ Аркана 17, «Звезда», чьё кодовое слово – именно Надежда. По сути, Надежда – это то, что помогает перевести движение из консервативного кругового в прогрессивное спиральное.
– Тогда Кротос…
– Это щепка, попавшая в Колесо. Потому Кентавр и вооружён пикой, которой, как застрявшее в зубах мясо, выковыривает Зверя из круга двенадцати дворцов. Истинный Бог не терпит остановки в развитии, и всякий подобный казус, пусть это Антихрист 666, пусть это раковая опухоль в организме, пусть это применение магических знаний исключительно в эгоистических целях – всё это восстание против Истины, восстание против развития, восстание против Бога… То есть, если какая-то система вдруг перестаёт поступательно развиваться, у неё один путь – к деградации, развалу, хаосу, лжи, лицемерию, стремлению обособиться от высших духовных принципов и, в итоге – к гибели… Я где-то понимаю Хэбруда, который, хотя или нехотя, направил тебя в это путешествие. Наверное, и я, тоже не случайно оказался здесь…
– А сэр Бертран и леди Исидора?
– Ты их не тревожь. И не торопи. Загадка эта из тех, что сами, рано должны найти себе разгадку. Рыцаря нашего призывает любовь, но более всего – призывает тайна…
– Понял!
– Что ты понял?
– Я понял, как действует напиток в моей фляге! Он исполняет желания, но они не те, о которых мы думаем. Наверное, те, осуществления которых мы хотели бы внутренне?..
Они спустились со скалы в лагерь. Исидора хозяйничала у костра. Сэра Бертрана не было видно.
Пикус сидел спиной к ним, свесив ноги с обрыва, а по временам оглядывался и странно улыбался. Бинт на его голове всё ещё подмокал кровью.
«Это ничего, – раздалось в голове Тинча. – Это правильно. Вот если бы всё заживало сей миг как на собаке – вот тогда бы был повод беспокоиться…»
– Эгей, как дела! – помахал он принцу.
Пик не ответил, только улыбнулся ещё шире и погладил ладонью траву.
Сегодня он проснулся рано и сказал, что не помнит, что было вечером и как он лёг спать. И ещё сказал, что несмотря на то, что побаливают ноги и немного голова, никогда он не чувствовал себя так хорошо. «Правда, пустота внутри какая-то образовалась, но как-то просторно… петь хочется… А можно я босиком по траве похожу?»
Ему разрешили, тем более, что травяной сок – замечательное заживляющее средство.
– Есть хочешь? – спросила принцесса.
Принц отрицательно замотал головой. Указал вдаль, на оставшуюся внизу равнину:
– Красиво как… Вчера… ведь это был розыгрыш, да? Я с детства люблю розыгрыши…
– Ладно. Давайте дадим человеку спокойно воскреснуть из мёртвых, – бросил Тинч.
– Откуда тебе знакома техника экзорцизма? – полюбопытствовала Исидора.
– Знаешь, я сам не очень помню, что вчера делал и говорил… Кое-что от Хэбруда, а ещё более от Таргрека… Мы с тобой вообще уникальные личности. Наверное, это у нас наследственное… Жестоко получилось, конечно, но иного выхода не было. Побаиваюсь даже. Как бы наш оруженосец от такого лечения… Натерпелся парень.
– Он теперь не оруженосец, – молвил, подходя к ним, сэр Бертран. – Вчера ты посвятил его… Мы примем его в свои ряды – так, бывало, поступал славный Балеан при обороне Иерусалима… А это я нашёл зашитым в воротник его куртки…
Небольшой плоский пузырёчек был наполнен серовато-зелёным кристаллическим порошком, очень похожим на соль.
– Дай-ка его сюда, – сказал Леонтий. – Ну-с, попробуем, что это за штука.
С этими словами он расщепил вдоль сухую веточку кустарника и одной из половинок подхватил несколько кристалликов.
– Ну-с… Запаха нет… на вкус, как я понимаю, лучше не пробовать.
Сплюнул…
Щепотка на кончике палочки запузырилась. Леонтий бросил палочку в огонь. На мгновение вспыхнуло зеленоватое пламя.
– Ну, то, что это не совсем обычная соль – жуку понятно. И вряд ли приправа для супа. И не лекарство. Вещества такого рода не хранят зашитыми в воротник… Счастье, что его не успели привести в действие… Ну, а что мы теперь будем делать с этим сокровищем? Сохраним? Уничтожим?
Друзья были единогласны:
– Уничтожить!
– Я тоже за то, чтобы уничтожить, но как? Закопать? Бросить в костёр? Развеять по ветру?.. Ну-ка…
Он прошёл до края обрыва и присел рядышком с принцем.
– Как ты полагаешь, Пикус, что это за пузырёк?
– Сэр Линтул, по-моему, это соль. Или лекарство.
– Откуда он у тебя?
– У меня??? Хотя… хотя… никак не вспомню. Ах да, мне его дали, чтобы… чтобы… сейчас…
– Кто тебе его дал?
– Его… его на моих глазах зашивали в воротник… кажется. Не помню! Что-то с головой… Как будто кто-то пытается влезть в неё. Сэр Линтул! Я, честно, не понимаю что со мной творится!
Тинч, на ходу снимая с пояса заветную флягу, приблизился к ним.
– Пик! Ты видишь, что тут написано?
– «ЗАГАДАЙ ЖЕЛАНИЕ!»
– Я хочу, чтобы ты немедленно загадал желание и отпил глоток.
– А, это лекарство? Хорошо. Я хочу… Хочу побыстрее выздороветь и чтобы мы больше не теряли дни из-за моих болячек. Вот!
С этими словами он сделал большой глоток, громко сказал: сначала «Фу-уф!», а затем «А-а-ах!», и отдал флягу назад.
В ту же секунду что-то тихо зашипело в руках у Леонтия.
Писатель вскочил и бросил подальше, в обрыв злосчастный пузырёк, из которого на излёте повалил дым, вылетел язык пламени, а когда пузырёк там, далеко внизу, коснулся земли, хлопнул взрыв… Зеленоватое облачко покрутилось-повихрилось над местом падения… и его рассеял и унёс вдаль свежий утренний ветер…
– Та-ак! Вот это точно пикус-покус! – удовлетворённо сказал Леонтий, покручивая мизинцем в ухе.
От костра подбежали взволнованные сэр Бертран и леди Исидора:
– Чем вы здесь занимаетесь, чёрт подери?
– Пикус, с тобою всё в порядке?
– С ним теперь будет точно всё в порядке, – уверенно заявил Тинч.
– Отлично! Когда завтракать будем? – засмеялся принц и вдруг выражение его лица резко поменялось. Полными ужаса глазами он смотрел на товарищей.
– Ведь… – с усилием выдавил он, – ведь я всё вспомнил. Вы… я же не сказал вам… не мог… почему… Боже! Боже!..
И повалился навзничь.
– Ничего, пройдёт, – сказал Леонтий, похлопывая его по щекам. – Кстати, нам действительно не мешало бы позавтракать. А заодно послушать ДРУГОЙ его рассказ.
2
– А я бы не спешил с расспросами, – высказал мнение Тинч. – Человеку и так досталось. Что действительно будет нужно – скажет сам.
– Может быть, может быть…
– Меня гораздо более смущает, что мы, получается, будем заявлять себя как посольство, – заявил командор. – Это ложь. Нас не посылает никакой дракон! Мы, выходит, прикрываемся драконом, а на деле просто соглядатаи. К чему тогда ехать? То, что нам действительно необходимо – расскажет Пик… сэр Пикус. Если против Таро готовы выступить армады войска, благоразумнее было бы отступить и подготовить оборону… А так… вести переговоры с заведомыми мерзавцами, лезть прямо в глотку Кротоса. Я допускаю, конечно, что можно попробовать взбунтовать икарийцев, но это, во-первых, выступление плохо вооружённых людей и, значит, излишняя кровь. А во-вторых, это как-то не совсем честно – прибыть с мирной миссией, а после… Не уподобимся ли мы своему противнику?
– М-да, – сказал Леонтий. – Пожалуй, ещё немного, и я соглашусь с сэром Бертраном… Ну, пусть не сами икарийцы. Пусть даже король Эдгар, который, я уверен, не преминет придти к нам на помощь. Или даже сам дракон. Уничтожать толпы врагов? Это хорошо на страницах романа. Какой бы ни был враг, какими бы ни были наши устремления, но побеждать должен не меч, а человек… Правда, в нашей новейшей истории был случай, когда войска соседней страны вторглись на территорию, где царили смерть, ужас, ложь… Мирные прежде люди оказались под властью фанатика, имя которому было Пол Пот… Пришедшие им на помощь соседи раздавили эту гадину, а потом, когда жизнь понемногу наладилась, вернулись обратно… Но это, скорее, исключение, чем правило.
– Мне кажется, ты сам себе противоречишь, Леонтий, – сказал Тинч. – По-моему, нашей целью должна стать прежде всего помощь людям. Стоит ли интересоваться мнением нелюдей?
– Не нелюдей. Нас самих!
– Разрешите и мне сказать! – вмешалась Исидора.
– Мне кажется, надо предоставить слово принцу. Он, как я понимаю, в наших глазах должен рассматриваться как представитель пусть свергнутой с престола, но всё-таки власти.
Пик только что пришёл в себя и, переводя взгляд то на одного, то на другого из новых друзей, внимательно слушал.
– Может, вначале всё-таки позавтракаем? – спросил Леонтий.
Принц сделал отрицательный жест ладонью, потом, сжав пальцы в кулак, придавил кулак к губам. Потом, отбросив кулак и растопырив пальцы, сказал:
– Не знаю с чего начать.
– Хорошо, – согласился Леонтий. – Тогда начни с того, что не у всех икарийцев пёсьи головы.
Друзья обменялись взглядами.
– Это как? – хмуро бросил рыцарь.
– У каждой деспотической власти есть слабое место. Она, внутренне предчувствуя свою шаткость, очень любит самовозвеличиваться. Отсюда, встаёт необходимость существования отборной интеллектуальной элиты… Ей, в принципе, надо немного, она сравнительно дёшево обходится. Капелька внимания, капелька потакания тщеславию… И всё же… Когда в истории восстают рабочие, крестьяне, гладиаторы, их главное требование – это справедливые законы, справедливая власть. Добрый царь… Понять же, каков должен быть этот «добрый царь», способна только интеллигенция… Скажи-ка, Пикус, в вашей столице, наверное, полным-полно красивых зданий, храмов, памятников? Построенных под руководством тех же псоглавцев?
– А вы откуда знаете?
– Догадываюсь. Камень для них ломают рабы-икарийцы, не так ли?
– На главной площади поставлен памятник волчице, кормящей двоих малышей. Один из них с головой человека, другой – с головой псоглавца…
– Рем и Ромул… А ещё среди твоих подданных есть немало, например, художников, музыкантов, писателей, поэтов…
– Да. Моя задача была заводить знакомства с ними и докладывать Кротосу о тех разговорах, что они ведут в узком кругу… Меня готовили быть таким человеком… и не только в Икарии.
– Вот оно как. А что ты думаешь об этой своей миссии сейчас?
Пик потёр ладонью вспотевший лоб:
– Сейчас мне очень хочется броситься с этого обрыва. Со мною беседовал сам Кротос. Он умеет читать мысли, и не только это… Как-то он заметил, что если я ПРЕДАМ его, то не проживу и мгновения, исчезну в огне. Ещё он сказал, что если меня не страшит и это, то мой отец погибнет ужасной смертью, проклиная моё имя…
– Сынок, – сказал Леонтий, – беда и вина – не одно и то же.
– Тем более, когда мы изгнали эту проклятую сущность… – поддержала его принцесса.
– Правда, – с сомнением добавил Тинч, – теперь, когда твоя связь с Кротосом прервана, он наверняка понимает, что что-то пошло не совсем так, как он рассчитывал. Ты или погиб, или перешёл на нашу сторону. К тому же он должен был почувствовать, что и с нашей стороны есть маги – не чета ему…
– Вот что, – подытожил командор. – Теперь я сам желаю идти в Икарию. Мне почему-то очень захотелось посмотреть в глаза этому… Кротосу. И проверить, так ли сильно его могущество, как говорит этот мальчик. Как она называется, твоя столица?
– При отце она называлась Минойя. Ныне Икария называется Кротонией, а столица её – Кротониа…
– Итак, вперёд, на Кротонию! А там… будь что будет! Возглавляйте же своё посольство, сеньора принцесса!
3
Они ехали день, и ещё день, и ещё день… Дорога всё круче забирала в горы. Леса сменялись редколесьем, потом лугами, потом снова лесами. Тропинка становилась то уже, то вновь расширялась, горы то сжимали свои объятья, то опять расходились по сторонам. Не раз и не два они замечали где-нибудь в глухих зарослях фигуры людей, иногда – со снаряженными луками, но вид вооружённого до зубов отряда был настолько внушительным, что нападения не следовало.
На седьмой день из колючего кустарника навстречу им вышел обитатель леса.
– Мир вам, добрые путники! – сказал он, поднимая руку. – Откуда и куда путь держите?
– Мир и тебе, лесной житель! – отвечала леди Исидора. – А путь мы держим из страны Таро, и наша цель – тот город у озера, что некогда носил название Минойя.
– То есть, вы идёте в Кротонию? – удивился лесной человек. – Какого лешего вам там понадобилось? Кто вы?
– Мы представляем посольство страны Таро, – ответил сэр Бертран. – А кто ты, и почему ты загораживаешь нам дорогу?
– Называйте меня Приближающийся Гром. Это наши земли. А далее я вам идти не советую. От тельхинов человеку ждать нечего, кроме рабских колодок… если не хуже.
Одет он был как староанглийский йомен, в узкие штаны, тунику и грубую кожаную куртку – настоящий Робин Гуд. За спиной его торчал длинный лук, в руке он держал стрелу длиною в ярд, оперением которой задумчиво почёсывал заросшую щетиной щёку.
– Далеко они? – спросил Леонтий.
– Как сказать. Иногда совсем близко. Правда, те, кто подходит ближе всех, обычно не возвращаются обратно. Как вы полагаете, почему?
– Тем не менее, отважный стрелок, – холодно сказала Исидора, – мы не преминем сами пойти им навстречу.
– Напрасные хлопоты – то, что вы затеяли.
– Это нам судить.
– Что ж, это достойный ответ, леди. Но будьте осторожны. Ближайшая застава – в полудне пути.
– Вот что, Приближающийся Гром. Не соблаговолишь ли ты дать нам проводника?
– Хм… А этот паренёк, что носит меч сзади? Он, помню, проскочил мимо нас как лиса вокруг капкана… Я с тех пор всё ломаю голову: кто он? И не ведёт ли он вас прямо в руки псоглавцев?
– Ты прав, он именно туда нас и ведёт. И ведёт по моему приказанию. Но было бы лучше, если бы ты или кто другой…
– Это вовсе незачем делать, дорогая леди. Друзья вы или, как и мы, враги тельхинов, место их заставы вы определите мгновенно. С некоторых пор они побаиваются выходить за пределы границы…
– Какой границы?
– Увидите… И да поможет вам Бог!
И снова пропал в колючем кустарнике.
И спустя полдня пути они действительно увидели…
4
У дороги, в том месте, где лес расступался, открывая широкое пространство плато, высилась гипсовая скульптура, на постаменте которой красовалась успевшая порасти чёрным лишайником надпись:
КРОТОС,
СЫН ЭРУЛА,
СЫН ВЕЛИКОГО ВОЛКА ФЕНРИРА,
ИЗБРАННЫЙ СЫН БОЖИЙ,
ОТМЕЧАЕТ ЗДЕСЬ ГРАНИЦУ СВОИХ ВЛАДЕНИЙ.
ДА ПРОДЛИТСЯ ОНА В БЕСКОНЕЧНОСТЬ.
Скульптура изображала собакоголовое существо, одетое в ниспадающее одеяние и скрестившее руки-лапы ниже живота. В одной из конечностей псоглавец держал свиток.
– Ага, – сказал Леонтий. – Поклонитесь от меня Дюку в профиль…*
*Возможно, кто-то не знает: это обычное присловье жителей Одессы, где на приморском бульваре возвышается статуя основателя города, Дюка Ришелье. Герцог изволит держать свиток зажатым в опущенной руке, отчего со стороны кажется, что статуя справляет, извините, малую нужду прямо в море с вершины Потёмкинской лестницы.
– Интересно, кто такой Эрул? – спросил его Тинч.
– Был такой деятель… – ответил Леонтий. – С тройным телом и тройной душой… Леди Исидора! Как вы считаете, принцесса, те земли, что мы успели миновать, лежат на территории Икарии или же это исконные земли страны Таро?
Все переглянулись, понимая намёк.
– О да! – хмыкнул Тинч. – Не слишком ли много землицы желает захапать дяденька?
– По-моему, за нами наблюдают, – заметил командор. – Во-он оттуда, с вершины сосны, что стоит напротив нас, возле леса. На расстоянии… чуть побольше полёта стрелы.
– Побольше – это неплохо, – осторожно вставил Пикус.
– Наблюдают? Это то, что требуется, – высказал мнение Тинч. – Учтите, что за нами наблюдают не только спереди, но и сзади. Этот Приближающийся Гром – парень предусмотрительный…
– Ага… Вы, сэр Линтул… – промолвила принцесса, – Вам кажется, что это может быть вполне удобным поводом поговорить о территориальных претензиях?
– О да!
– Тогда, судя по всему, вы знаете, что в таких случаях следовало бы предпринять. Предпринимайте же!
– Великолепно! – воскликнул Леонтий, сдёргивая с плеча автомат. – Очевидно, обмен мыслями всё-таки существует!..
И с этими словами, недолго целясь, выпустил короткую очередь, грохотнувшую, и эхом несколько раз отозвавшуюся в ущелье.
Полетели осколки. У скульптуры отлетела волчья голова и лишь кусок арматуры жалким хвостиком торчал из гипсового остова.
Позади них, в зарослях, кто-то удивлённо охнул. Впереди, с ветвей сосны, что высилась на опушке леса, сорвалась и напролом кинулась в чащу мохнатая тень…
– Теперь мы милостиво соизволим подождать немного, – сказала леди Исидора.
Немного погодя, на поляне показалась одинокая серая фигура. Взмах куском белой ткани: туда-сюда, туда-сюда…
– Стоим на месте, – приказала Исидора. – Впрочем… сэр Пикус, разрешаю вам ответить на этот сигнал.
Принц выехал вперёд и неловко помахал рукой – как бы приглашая. После этого фигура скрылась, и надолго.
– Может быть, одиночным в воздух? – предложил Леонтий.
Исидора не согласилась:
– Довольно стрельбы.
Ещё спустя некоторое время, из сосновой рощицы поднялся столб дыма.
– Предупреждают своих, мерзавцы, – прокомментировал командор. – Мы так и будем торчать здесь?
– Будем торчать! Наследная принцесса не собачка, что бежит на первый зов.
Поодаль, на вершине горы, поднялся к небу ещё один дымок. А от опушки леса, по направлению к путникам, отправилась группа вооружённых мечами и копьями существ, при виде которых сэр Бертран почувствовал, как его рука сама потянулась к рукояти меча. Их шлемы, металлические нагрудники и щиты блестели на солнце.
– Кто такие? – издалека пролаял возглавляющий группу псоглавец.
– Стоять, – сказала Исидора тихо. – И помалкивать.
И, на всякий случай, не оборачивая лица, откинула краешек плаща – там, где за седлом топорщился чехол арбалета.
Тельхины, не слыша ответа, приблизились ещё немного, и остановились, как им показалось, на безопасном расстоянии.
Исидора шепнула Пикусу несколько слов на ухо и слегка, ободряюще, шлёпнула его меж лопаток, мол: вперёд!
– Доложите своему командиру! – крикнул юноша, не доскакав нескольких метров. – В столицу, на приём к владыке Кротосу, направляется посланница великого дракона из страны Таро, несравненная принцесса Исидора! И шевелитесь, принцесса не может долго ждать!
– Ну, я командир, – переглянувшись с подчинёнными, ответил один из псоглавцев. – Что за принцесса ещё? Чего ты мелешь? Шьто вам вообще тут надо?
– Не понимаешь? – вскричал Пикус и указал на обезглавленную статую. – Переговоры о территориальных претензиях!
Всё это время, по незаметному сигналу Исидоры, всадники медленно приближались к спорившим.
– Чё ещё за претензии? Что ещё за дракон? – гаркал, распаляясь, псоглавец. – Вы находитесь на земле…
– …великой Кротонии… – договорил он через мгновение совсем иным голосом. Если бы у него было лицо человека – оно побледнело бы. Арбалетная стрела, щёлкнув, вошла в его щит и, легко пробив броню, вышла остриём с другой стороны.
Псоглавцы замерли. Бежать от пятерых, хорошо вооружённых всадников, было поздно.
– Вот видишь, – участливо сказал Пик. – Она может и точнее.
– Ладно… Сойдите с коней и следуйте…
– А вот этого принцессе приказывать не надо, – холодно бросил сэр Бертран. – Принцесса крови имеет право ходить пешком только тогда, когда сама этого захочет. Понял, дубина?
– И только туда, куда захочет, – поддержал его Тинч.
– Ладно, – произнёс псоглавец сквозь зубы. – Но учтите, что пройдёт не меньше пяти дней, прежде чем я пошлю запрос и получу ответ из столицы. На это время я попросил бы вас всех… и досточтимую принцессу отъехать за пределы границы.
И указал на обезглавленного истукана Кротоса.
– Вы, офицер, должно быть, не совсем понимаете создавшуюся ситуацию, – ядовито сказал Леонтий. – Это вы, сами, сейчас изволите находиться на территории владений великого Дракона Хоро. Посему…
– Посему, мы изволим встать вон там, у реки, – брезгливо кривя губки, прервала его речь Исидора. – Так и быть, мы согласны немного подождать. Сутки, не более, поскольку ваш Кротос извещён о нашем возможном прибытии!.. Объясните же! – накинулась она и на Леонтия, и на Тинча, и на сэра Бертрана, – Объясните этому… волосатому… чтобы он поторапливался со своим дурацким запросом! Дракон не может долго ждать!..
Глава 6 (25) – Кротос
«Здравствуй, Балда-мужичок;
Какой тебе надобен оброк?
Об оброке мы век не слыхали,
Не было чертям такой печали…»
А.С. Пушкин, «Сказка о попе и работнике его Балде»
1
Утром их разбудил крик дятла – на страже стоял Пикус.
Со стороны леса к шатрам приближался командир псоглавцев в сопровождении двух воинов.
– Кому-то из вас придётся пройти со мной. САМ вызывает, – объяснил он причину своего визита.
– Любопытно. Кто он, этот Сам? Сам Главный, что ль? – спросил Тинч.
– Сам есть Сам, – отвечал тельхин. – Вам разрешается взять с собой оружие.
– Ого-го, – рассмеялся Леонтий. – Похоже, особого запроса не потребуется.
– Интересно. Он что, так быстро перенёсся? – посомневался командор. – А вдруг это ловушка?
– Не думаю. Скорее, о нашем возможном прибытии просто ЗНАЛИ.
– Так или иначе, сопровождать леди Исидору буду я и никто другой.
– А вот это будет ошибкой, – сказала Исидора. – Принцесса не обязана бежать по первому приглашению. Пожалуй… – обвела она взглядом присутствующих, – вручать верительную грамоту отправитесь вы, сэр Линтул и… пожалуй, вы, сэр Тинчес. Что касается вас, сэр Бертран, а также вас, сэр Пикус, то лучшей охраны для себя, ожидающей ответа здесь, я не представляю.
С этими словами она пришлёпнула на ладони звенья чёток.
– Тэйваз и перевёрнутая Петра… Будьте осторожны. Как у тебя, Пикус?
– Ансуз и Рейдо.
– Если будем говорить и поступать правильно – нас ждёт дальнейшая дорога. Удачи вам! Вперёд!
У опушки леса Леонтий и Тинч заметили то, чего вчера вечером ещё не было. На суку той самой дозорной сосны висел человек, одетый по-лесному, так же, как давешний их знакомый, Приближающийся Гром.
– Нарушитель границы, – многозначительно пояснил псоглавец.
– Да-а? – как будто удивился Тинч. – Что же вы не сожрали его сразу? Или вы предпочитаете с тухлинкой?
Тельхин только скрипнул зубами и ничего не ответил.
По узкой тропинке их провели на широкую поляну, точнее вырубку, где за специально оставленными заострёнными пеньками стоял высокий частокол. На одной из башен, на флагштоке, развевалось белое знамя с чёрным антониевским крестом.
– Что-то я и черепов на кольях не вижу, – продолжал издеваться Тинч. – Непорядок!
– Спокойнее, – одёрнул его Леонтий.
Часовые пропустили их в полуоткрытые ворота и створки захлопнулись у них за спиной. Затем их провели мимо рядов кожаных палаток, за центральную башню, где одиноко возвышался простой полотняный шатёр. Часовые у входа отсалютовали своему командиру копьями, он вполголоса отдал команду, после чего все тельхины отошли шагов на пятнадцать.
– Вы можете войти! – объявил псоглавец.
2
Внутри шатёр оказался разделённым на три части занавесками. В наиболее просторной, средней комнате, у широкого окна, затянутого прозрачной материей, спиной к ним стоял, одетый в ниспадающие просторные одежды среднего роста, полноватый человек. По временам он отхлёбывал из чашечки, что держал на ладони, горячий, курящийся паром напиток. Капли пота блестели на пробивавшейся сквозь седину лысине.
– У вас весьма выразительный затылок, милостивый сударь! – прервал молчание Леонтий.
Человек (он действительно имел вид человека) медленно обернулся и посмотрел в их сторону.
– А… вы уже здесь…
И глубоко посаженными тёмными глазами окинул вначале Леонтия, затем Тинча. Поискал взглядом у них за спиной. Не удивившись, бросил коротко:
– Давайте ваши… грамоты.
– Вначале хотелось бы познакомиться, – предложил Леонтий и прибавил:
– Если вы не желаете здороваться.
Человек насмешливо передёрнул плечами и присел за низкий столик. Не спеша долил в чашечку горячего напитка из чайничка. Не спеша отпил ещё глоток.
– Мне представляется, что нам с вами поздновато знакомиться, – медленно и тихо, не спуская с них глаз, ответил он. – Не так ли, сэр Линтул? Не так ли, сэр Тинчес… или, как вас ещё там… сэр Таргрек, кажется?
– Пройдём-ка, Тинчи, – сказал Леонтий и, сделав несколько шагов вперёд, положил на столик верительную грамоту. – И присядем, пожалуй!
После чего, не дожидаясь особого приглашения, взял и присел на один из низеньких табуретов, и кивнул Тинчу на соседний.
Некоторое время и гости, и хозяин шатра молча глядели друг на друга.
– Как я и ожидал, наглость ваша переходит все границы, – проворчал Кротос, неохотно разматывая свиток. – Что ещё за игра? Что за территориальные претензии? Вы хоть понимаете, где находитесь?
– Великий Дий! Какой там ещё дракон!.. – воскликнул он, пробежав глазами строчки. – Спит он, ваш дракон!..
– Поверьте, его есть кому разбудить, – возразил Леонтий.
– Есть? – поднял на него насмешливые, неверящие глаза Кротос. – Есть?! И кто же это? Ваша глупая девчонка, эта, как её, Исидора? Или этот молодой увалень рядом с вами? Что за глупости вы тут плетёте?!
– Увы! – в тон ему не удержался от реплики Тинч. – Увы, вы правы! Да, это мы… то есть, те самые наивные глупцы и увальни, из-за которых вы соизволили прибыть сюда из самой столицы!
А Леонтий ядовито прибавил:
– Хотя я, лично, до сих пор не уверен, что именно вы – тот самый Кротос. Скажите, а вашу собачью голову вы, очевидно, держите где-нибудь в нафталине и надеваете по праздникам?
– Гхы! – глухо выдохнул Кротос, швыряя грамоту на столик. И тотчас пушок на его ушах вдруг почернел, потом потемнели волосы, по рукам тоже потянулась чёрная шерсть… Лицо вытянулось вперёд, превращаясь в морду, зубы предостерегающе оскалились…
– Что вы на это скажете? – прорычал он.
– Что ж… браво, браво! – сказал Леонтий. – Правда, превращаться в старого лысоватого волка умеет каждый дурак. А вы не смогли бы, для разнообразия, превратиться в ма-аленькую мышку?
– Хватит! Довольно! – ударил лапой по столу псоглавец и снова обратился в человека.
От его удара чашечка на столе подпрыгнула и её содержимое, издавая пряный запах, широко разлилось по поверхности.
– Ваши требования! – не притворяясь более, пролаял Кротос.
– Ну вот. Так-то оно будет лучше. Требование номер первый. Вы немедленно прикажете снять с верёвки и достойно похоронить того беднягу, которого этой ночью ваши солдаты казнили у выхода из леса.
– Р-ргау!
В шатёр вбежал командир гарнизона.
Покуда Кротос отдавал распоряжения, друзья вновь обменялись взглядами и перемигнулись. И, когда он вновь обратил на них внимание, на месте Тинча сидел Таргрек, который, как бы от нечего делать, спокойно покручивал посох меж пальцами.
– Второе наше требование? – спросил Таргрек. – Оно таково. Вы немедленно отдаёте приказ своим легионам, когортам… как их там у вас называют… следовать обратно, в столицу. Далее, туда же проследуете и вы. Дальнейшие переговоры мы будем вести с вами только там, в столице Икарии, Минойе!
– В Кротонии…
– Называйте как хотите. Если вы не хотите неприятностей, то не далее, чем спустя час мы ожидаем вашего известия там, у себя в лагере. После чего следуем за вами. На сегодня переговоры закончены. Не будем вам мешать. Пойдём, Леонтий!
И, не дожидаясь ответа, поднялся – как прежний Тинч. Блеснула серебром фляга на поясе…
– Ах да, – громко сказал Леонтий, – я совсем забыл… Передайте тем троим, что сидят сейчас за занавеской и щёлкают предохранителями автоматов, что с собою у меня имеется запас гранат. Не будем осложнять ситуацию, господа? А в принципе – заходите в гости, побеседуем, о`кей?
Друзья беспрепятственно покинули и шатёр, и крепость, и, столь же беспрепятственно вернулись в лагерь.
Не прошло и часа, как гонец доставил им депешу, в которой стояло всего одно слово:
«СОГЛАСЕН».
3
– А я ему всё равно не верю, – высказал своё мнение сэр Бертран. – Собрать армию, провести её практически до половины пути, и тут мы. Что ему стоит смести нас в эту реку и спокойно двигаться дальше? Только страх перед драконом, который то ли есть, то ли нет? Я уважаю ваши способности, сэр Линтул, и ваши, сэр Тинчес…
– Вот в том-то и дело, – сказал Леонтий. – Только ли это? Они без колебания расправляются с местными жителями, но не смеют пальцем тронуть нас.
– Пока не смеют, – сказал Тинч. – Что скажешь ты, Исидора?
Они сидели за раскладным походным столом в тени деревьев. Пикус, по его собственному желанию, взял поесть с собой и ушёл на свой наблюдательный пункт, на вершину скалы, откуда, в просветах деревьев, можно было хорошо видеть лагерь псоглавцев.
– Так или иначе, – осторожно начала Исидора, – нам хорошо бы вопросить чашу.
– Я спрашивал с утра, – признался Леонтий. – Странный ответ. Как бы сказать почётче: «сильная женщина сделает то же, что десяток мужчин…», что-то в этом роде… Оракул – он и в Африке оракул. Ясность необыкновенная.
– Допустим, «сильная женщина» – это вы, леди Исидора, – предположил командор. – Но откуда это вы вдруг обретёте силу десятерых мужчин? Или, вы тогда сама превратитесь в мужчину? Что это такого мужского может сделать женщина, не будучи мужчиной? Впрочем… с некоторых пор я ничему не удивляюсь.
– А почему именно я?.. Женщин на свете предостаточно. Быть может, речь идёт о нашей покровительнице, богине Ананке?
– Так или иначе, – подвёл итог Тинч, – мне кажется, что пророчество не сулит ничего плохого. По крайней мере, нам…
Крик дятла заставил их насторожиться.
– Интересно, – прищурился Леонтий. – Трое мужчин, и это не тельхины. По-моему, те самые ребята, что таились за занавеской, пока мы вели переговоры. Ха-ха! Неужто я оказался настолько прав? Смотри-ка, и пушки не забыли прихватить… Ну что ж, привет вам, защитники свободы и демократии.
– Шон Коннорс, доктор биологических наук, – отрекомендовался один из них, высокий, седобородый, одетый в джинсы и полевую куртку прямо на голое тело.
– Зак Михельсен, микробиолог, – отрекомендовался второй, худой и коротко стриженный. Костюм его был в точности таким, какой имел Леонтий, то есть – пятнистая одежда спецназовца, а за спиной болтался точно такой же автомат.
– Джуниор, ассистент доктора Коннорса, – представился третий, молодой человек лет двадцати пяти.
– Великолепно! – съязвил Леонтий. – А Чипа и Дейла с вами нет?.. Что ж, друзья, давайте и мы представимся. И пригласим гостей за стол… Тинчи, ты не принесёшь ещё вина и три бокала? Да и ещё одна скамья не помешала бы…
– Ну что ж, за знакомство, что ли?
Гости много не пили. Шон и Зак лишь пригубили из своих бокалов, Джуниор сделал глоток и тут же встретил осуждающий взгляд доктора Коннорса.
На некоторое время воцарилась тишина.
– Вы можете безо всякой опаски употреблять всё, что находится на этом столе, – подарила гостям улыбку принцесса. – В наших краях нет привычки травить собеседника.
– Спасибо, мы пообедали, – пронизывая её внимательным взглядом, произнёс Зак. – Итак, зачем вы хотели нас видеть?
– Есть много тем для обсуждения, – дипломатично уклонился от ответа Леонтий.
– Например, кто вы и откуда, и что вы делаете в свите владыки Кротоса, – предложил командор.
– Вы – те самые омнийцы, что охотились за Алексом? – напрямую спросила Исидора.
– А вы его встречали? – не выдержал Джуниор.
– Приходилось…
– Вот что, – сказал доктор Коннорс, – давайте обо всём по порядку. Как я полагаю, вы, по крайней мере – в данный момент, к нам откровенно враждебно не настроены. Паритет так паритет… Я очень попрошу вас не перебивать меня во время моего рассказа. Все вопросы потом, договорились? Итак…
– Всё началось с того, что в отрогах Кордильер археологи раскопали эту чёртову дыру. Вы… Леонтий… должно быть, знакомы с сериалом «Звёздные врата»? Так вот, этот проект существует… или существовал до недавнего времени… в реальности, фильм же был снят исключительно для того, чтобы прикрыть действительные исследования. Кто после выхода фильма скажет о том, что проект «Врата» реален и что в параллельном мире несколько лет проводят исследования специалисты самых разных направлений и областей?.. Но я отвлёкся.
– Первыми, разумеется, пошли социологи и политологи. Соблазнительная идея – увеличить территорию Штатов до невероятных размеров – была вскоре отложена в долгий ящик. Получить полигон для самого разного рода социологических экспериментов – это свежее. Мы… пусть мы… назвали себя гостями из Омнии, благо реальная Омния находится по ту сторону здешнего океана и вряд ли кому из местных знакома.
– Что происходило все эти годы в стране Таро – это вам, я полагаю, известно… Нас же, биологов, интересовали совсем иные вопросы. Несмотря на то, что флора этой местности весьма походит на земную, тем удивительнее было встретить здесь абсолютно незнакомые нам виды фауны. Всякая там микроорганика – это мелочь… В лесах обитают монстры, которые у нас считаются вымышленными персонажами древних мифов: кентавры, например…
С этими словами он почему-то внимательно посмотрел на леди Исидору. И принцесса тоже, без всякого смущения, посмотрела ему в лицо.
– Хорошо, – отводя взгляд, продолжал профессор. – Одним из таких интереснейших объектов стал некий Алекс Болотная Тварь – так его сплеча, опять-таки исходя из сюжета известного фильма, окрестил один из первых исследователей. Да, эксперименты над ним были бесчеловечны, это я готов признать… Тем более, когда руководить группой биологов было поручено мне, а Алекс снова исчез, и мы знали, где он в очередной раз может появиться, я лично возглавил эту экспедицию.
– Что случилось далее, вы, очевидно, догадываетесь. За это время Болотная Тварь научился неплохо прятаться. Мы обшарили все чащи и заросли. Потом решили двинуться дальше, в горы. И здесь случилось неожиданное…
– Скажите, м-м-м… Леонтий, тот комплект обмундирования, и оружие вы, очевидно, нашли в лесу? Это был наш запасной комплект. Этот странный лес… да, действительно, можно назвать его Странным лесом…
– Или, точнее, Странствующим лесом, – уточнил Тинч, раскуривая трубку.
– Да, вы железно правы. Это большая аномальная зона. Мы полностью потеряли представление о том, где находимся. В итоге, нас отшвырнуло далеко в горы, на ту сторону континента. Радиосвязь здесь практически бесполезна. А самое страшное – в тех местах водились монстры пострашнее, чем этот несчастный Алекс. Теперь о самом печальном. В схватке с ними погибли двое наших сотрудников, Питер и Эмили, а также оба наших индейца-шерпа. С другой стороны, нас троих тотчас доставили в ставку Кротоса. Повелитель обошёлся с нами милостиво, а когда мы откровенно рассказали кто мы и откуда, помог наладить связь с нашими сотрудниками в Тароккании. Некоторое время мы получали инструкции от социологов… и… вы, разумеется, должны понять… так складывались и продолжают сами собой складываться обстоятельства. Образцом для очередного социологического эксперимента стал Древний Рим…
– И вы присоединились к экспериментам над людьми? Так же, как до этого экспериментировали над бедным Алексом? – не выдержал Леонтий. – Во имя демократии? Или во имя чисто научного интереса? Отчетливо понимая, что ни перед каким законом вы никогда не понесёте никакой ответственности? Я пока не знаю, быть может, вы там и фабрики смерти организовали? Из таких же людей, как вы сами, под властью собакоголовых извергов? Молчите? Вам нечего мне ответить?
– Мы всё равно не смогли бы ничего поделать… У нас ведь не было вашего дракона!
– О да-а-а! – злорадно протянула Исидора.
– Хорошо. Простите, не сдержался. Поймите и вы меня.
– На вас не за что обижаться, дорогой Леонтий… Просто… у нас не получилось иначе. Ведь мы простые биологи, а Кротос… он не просто хитёр и тщеславен. У него каким-то образом получается следить за каждым нашим шагом.
– Так он и сейчас с вами, – заметил Тинч. – точнее, в вас самих. Так же, как он до недавнего времени присутствовал в одном из нас…
И рассказал об обряде изгнания сущности.
Потрясённый доктор Коннорс некоторое время молчал. Молчали и его спутники. Затем, как по команде, стали ощупывать свои воротники.
– Вроде бы, до этого пока не дошло… – полувопросительно произнёс Зак.
– Очевидно, с вами он более аккуратен. А вообще, вы, сами не ведая того – его глаза и уши. А порою – и язык. Может быть, и поступки. В этом и состоит суть подселения.
– Кротос потребовал вооружить его армию огнестрельным оружием. Благо, правда, компонентов для изготовления пороха в здешних горах не водится, а доставлять их с равнины… тем более, что и «Врата» неожиданно перестали существовать…
– Скажите, а дракон действительно есть? – нетерпеливо спросил Джуниор.
– Об этом вам мог бы многое порассказать ваш соотечественник, сэр Джеймс Лэндмарк…
– Как???
– Старина Джеймс?..
– Он жив?
– Разумеется, как и живы все остальные. Сэр Джеймс по-прежнему возглавляет столичную полицию… Хотя… нет, теперь его полномочия шире – вся территория страны Таро… Подумывает об отставке, годы берут своё, но обстановка и в столице, и в стране сейчас спокойная. Никто и не вспоминает ни о правлении Папы Блиссоплё, ни о законах Гистрио…
– «По-моему, перед нами перламутровый дракон, сэр!» «Да, вы безусловно правы, он действительно перламутровый, сэр!» – припомнил Тинч, довольно попыхивая трубкой.
– Расспросите, расспросите его при встрече! – продолжал Леонтий. – Он был свидетелем всех событий. В особенности расспросите его о том, как пёрла ваша бронетехника на толпу безоружных людей! Что в сравнении с этим ВАШИ легионы Кротоса!
– А потом… дракон?
– Да.
– Так откуда же он взялся, этот дракон?
– Это, – вмешался в разговор сэр Бертран, – разрешите считать нашим маленьким секретом.
– Легионы Кротоса… – задумчиво почесал бороду профессор. – Знаете, Кротос… ведь ему, по большей части, наплевать даже на собственные легионы. Убьют этих солдат – он легко наделает новых… чем и оказался, в конечном счёте, интересен определённого рода специалистам…
И замолчал.
– Говорите, говорите, – подбодрил его Леонтий.
– Дело, по-моему, даже не в драконе. Что-то произошло с ним в ходе вашего утреннего визита. И он не обманывает. Легионам действительно отдан приказ поворачивать обратно в столицу. Что-то он увидел… или услышал от вас… Я никогда прежде не видал в его глазах такой растерянности…
– Можно я перейду к делу? – спросил Зак. – Тем более, что, по-моему, теперь всё и всем понятно.
И доложил:
– Мы… Кротос… принимаем ваши условия и согласны вести переговоры в столице страны. Кротос, по нашей просьбе, дал нам своё согласие сопровождать вас в дороге. Вы не против?
Все права на эту публикацую принадлежат автору и охраняются законом.