Прочитать Опубликовать Настроить Войти
Игорь Свиньин
Добавить в избранное
Поставить на паузу
Написать автору
За последние 10 дней эту публикацию прочитали
6/28/2022 1 чел.
6/27/2022 1 чел.
6/26/2022 1 чел.
6/25/2022 2 чел.
6/24/2022 1 чел.
6/23/2022 2 чел.
6/22/2022 2 чел.
6/21/2022 0 чел.
6/20/2022 1 чел.
6/19/2022 0 чел.
Привлечь внимание читателей
Добавить в список   "Рекомендуем прочитать".

Песчаный склеп

Песчаный склеп
Пролог
Серые камни мостовой сотряс удар. Над головой, опалив волосы, пронеслась волна жара, рядом упал охваченный пламенем латник. Кричать он уже не мог, и только хрипел. Медные пластины панциря плавились, словно восковые. Запахло горелым мясом. Явор пригнулся, глянул из-под ладони вверх. Вершина башни пылала факелом, зеленый огонь медленно, словно вязкая патока, сползал вниз. Неколебимый гранит сдался и начал оплывать.
Подбежал стражник и оборвал мучения товарища, сноровисто вонзив тонкий стилет меж нагрудными пластинами. Несчастному не помог бы и самый искусный целитель. Огонь уже добрался до костей, из-под огарков перчаток торчали обугленные фаланги.
Явор и остальные беженцы в грязной одежде, пропитанной сажей и копотью, смотрели на действо совершенно равнодушно. За последний год они видели немало подобных сцен.
- Бегом в крепость! Вперед, раздери вас… – заорал на них капитан городской стражи. – Чего застыли? Шевелитесь, или тоже станете головешками. Дракусы обожают горелое мясо.
Две женщины, трое детей и одноглазый старик поспешили к близкой твердыне.
- А ты, парень, чего ждешь? - толкнул Явора стражник.
- Но огонь! Он же жрет стену!
- Рукх с ней, посад мы уже потеряли. Давай, шевелись, у нас остался только замок.
В подножие башни открылась окованная железом дверца, и оттуда вывалились еще два солдата в дымящихся доспехах. Капитан бросился к ним.
- Это все? А остальные, те, в подвале?
- Ход завалило, сэр Эгнир, - виновато качнул головой стражник. – Сожалею.
Он протянул командиру продолговатый камешек на цепочке. Кристаллик пульсировал ярко-алым, в такт ударам крови в ушах.
- Это приказ короля!
- Да – кивнул капитан. – Отступаем к замку!
Он зажал камешек в кулаке, поднял его к охваченной пламенем стене и крикнул, обращаясь к невидимому врагу.
- Мы до вас доберемся, дохлые отродья!
Его голос заглушила ревом новая волна пламени, и все четверо пригнулись, закрылись руками от нестерпимого пекла.
- В замок! - крикнул капитан. - Вперед, поимей вас рукх!
Дворец был виден с любой улицы города. Серые гранитные стены поднимались на немыслимую высоту, шесть башен самой неприступной из цитаделей Аспара вонзились медными шпилями в самое небо. Между ними неколебимой скалой замер восьмиугольный донжон – резиденция короля.
Вот только для дракусов высота не преграда.
Парадный проезд вел к площади перед главными церемониальными воротами. Сейчас по нему бежали последние жители и защитники посада. Явор удивился, как же мало их осталось. Армия и ополчение легли под внешними стенами, семьи, оставшись без защитников, стали добычей нечисти. А ведь совсем недавно, в прошлую весну, на празднике рукоположения толпа плескалась в теснине улицы, словно волны моря.
Из узких проулков выскакивали одинокие латники и горожане, присоединяясь к отряду, и на замусоренную площадь выбежало больше двух десятков человек.
На мостовой, еще недавно сиявшей чистотой и роскошью, на цветной мозаичной плитке перед входом в твердыню валялись телеги из-под припасов, брошенное беженцами барахло, несколько дохлых лошадей и множество трупов.
Большей частью это были раненые, которых принесли сюда в напрасной надежде на помощь. Увы, почти все маги-целители сгинули. Кто на стенах, кто в своих башнях, отражая заклятья наступающей горстки некросов-ренегатов. С вновь обретенным источником сил предатели гильдии под корень выкосили своих недавних коллег.
Еще одна волна жара пронеслась над крышами. Увидев настигающее пламя, Явор приготовился умереть, но струя наткнулась на невидимый щит и расплескалась, ухнув огненным дождем на золоченые фасады и медные кровли богатых резиденций.
- Ходом к воротам, - взревел капитан. – Не тащитесь, как коровы!
Латники бросились к церемониальной арке. Огромные створки медленно закрывались, четверо стражников с пиками стояли в проеме, ожидая последних выживших. Крохотный отряд растянулся цепочкой между грудами мусора, Явор оказался в середине. Вдруг над дальним тюком взлетела уродливая фигура «мертвой гончей».
- Крысы справа!
Капитан на бегу ткнул пальцем в двух солдат с короткими копьями на плече. Широкие наконечники отливали серебром, а у самого древка на шнурах блестели большие зеленые бусины.
- Ты и ты, прикрывайте нас сзади.
Отряд перестроился, теперь беженцы оказались впереди, копейщики чуть приотстали, держа оружие наготове. Они не успели добежать до ворот нескольких шагов. Рукх появился из-за поваленной повозки, в два прыжка настиг двуногую добычу.
Если бы помесь крысы и волка сдохла и пролежала в теплой луже пару недель, получилось бы нечто похожее. Вал трупной вони накрыл людей, заставив пустые желудки сжаться в спазме. Старик закашлялся и споткнулся, капитан схватил его за руку, не позволив упасть, и поволок дальше, а стражники уже встречали творение некросов остриями наконечников.
Оба лезвия пронзили брюхо твари. Камни у основания полыхнули, и порождение ночного кошмара разлетелось гнилыми ошметками.
Охрана ворот бросились на помощь товарищам. Шестерка выстроилась в полукольцо, прикрывая проход, медленно отступая назад, пока беженцы по одному протискивались между толстенными створками.
В городе что-то ухнуло, и над крышами взметнулся алый фонтан огня и искр. Земля под ногами трижды содрогнулась. Дракусы обрушили еще одну внутреннюю стену посада, расчищая своим хозяевам дорогу к последнему убежищу живых. Некросы предпочитали входить в город по камням пепелища. В уцелевших домах и башнях могли таиться магические ловушки, подарок от недавних коллег.
- Да шевелитесь вы, а то отдам крысам! – Взревел капитан и швырнул старика внутрь, в проем.
Из проулка выскочила целая стая рукхов и в одно мгновение оказалась перед аркой. Закипел бой. Вонь, вскрики, рев, звон металла. Усталые солдаты стойко отбивались от «мертвых гончих», не давая им ни единого шанса на прорыв.
Наконец, последняя горожанка оказалась внутри.
Накатил новый вал огня и разбился вдребезги о магическую преграду. Солдаты по привычке пригнулись, и две последние твари воспользовались этим. Одна «крыса» бросилась на копья, погибнув, но отбив их в сторону, другая ввинтилась в брешь и схватила латника за руку, получив клинок в брюхо, но прокусив доспех.
Человек вскрикнул, упал на колени и выронил древко. Капитан схватил раненого латника за гребень шлема, запрокидывая голову, правой вынул короткий стилет и вонзил в просвет между забралом и кирасой. Обреченный не сопротивлялся, зная, какая участь его ждет, и не хотел обращаться в «мертвую гончую».
Пятеро уцелевших протиснулись внутрь твердыни, втащив тело товарища, и ворота захлопнулись. Огромные засовы вошли в петли, каменный брус лег в желоб у порога, намертво зажимая створки. Сверху опустилась массивная кованая решетка с прутьями в руку толщиной. По перекрестьям змеились алые руны заговоров.
Над головой полыхнуло. Еще одна волна огня растеклась по невидимому куполу, накрывшему замок. Люди с криками отхлынули внутрь, под защиту толстых стен.
- Они уже здесь?
На ступенях стоял вельможа в черном бархатном камзоле с тончайшим серебряным шитьем. Лорд Магран, правая рука и начальник королевской охраны.
Латники, а следом за ними и все остальные, склонились в поклоне.
- Это все?
- Да, господин советник, - ответил капитан.
- Без сомнения, Арон от нас отвернулся. - Магран вздохнул и начал подниматься по лестнице.
- Куда нам, эрл?
- За мной, в тронный зал. И стража тоже.
Пестрая толпа потекла вверх по парадной лестнице, застланной некогда великолепным, а теперь истоптанным грязными ногами ковром. Выше царил полумрак, золотые светильники погашены, стрельчатые окна закрыты глухими ставнями.
У стены лежали мертвые стражники, и на каждом погребальный венок. Хоть в этом им повезло. Свое напутствие они получили, теперь души пересекут огненную реку беспошлинно, легко доберутся в Земли Летней Прохлады. Очень многие там, в мертвом отныне городе, не удостоились и этой малости.
Беженцы миновали лестницу и вступили в галерею. Из полумрака ниш глядели едва различимые портреты королей и принцев. Даже дети притихли, прижимаясь к юбкам матерей. За спиной с грохотом захлопнулись массивные, покрытые затейливым узором серебряных рун, дубовые двери главной башни. Задвинув засовы, стража начала заваливать створки мебелью.
Испуганная толпа, следом за эрлом и охраной, потянулась на свет. У дверей тронного зала стояли факельщики и дюжина латников дворцовой охраны. Перед ними маг в синем плаще и белоснежном остроконечном колпаке.
- Стойте, - приказал он толпе, подкрепив слова повелительным жестом. – Подходите ко мне по одному.
Первым к магу направился дородный горожанин, от которого явственно несло пивом, Маг остановил его в двух шагах от себя, вытянул руку с коротким жезлом и сделал круг над головой патриция хрустальным навершием.
В граненом шарике вспыхнули голубые искры.
- Оставьте ваши амулеты и обереги, все заговорённое! – властным голосом приказал чародей.
- Но это моя защита! - толстяк испуганно схватился за грудь, на которой возлежала цепь совета мастеров.
- Здесь вас охраняют куда лучше. Кто не согласен, останется снаружи.
Горожанин дрожащими руками снял массивное ожерелье с изумрудом и положил к ногам синего плаща. Следом несколько оберегов на цепочке.
Снова круг жезлом над головой.
- Это еще не все!
Советник сорвал с бархатного дублета дорогие пуговицы. На этот раз шар остался темным. Стражник отступил в сторону, пропуская толстяка.
Беженцы один за другим снимали кольца и серьги, цепочки и запонки, плетеные шнуры и каменные подвески. Все, в чем имелась хоть малая толика животворящей силы. Многие делали это неохотно, но страх остаться без покровительства перевешивал надежду на дешёвое колдовство. На мозаичном полу копилась солидная кучка амулетов, а толпа таяла, исчезая за створками дверей.
И вдруг жезл полыхнул алым.
Маг выкрикнул приказ, но благообразный старичок, над которым завис набалдашник посоха, уже присел, меняясь на глазах. Из пальцев полезли кривые черные когти. Он прыгнул на колдуна, но отлетел, отброшенный упругой воздушной стеной. Латники бросились вперед, занося копья. Тогда оборотень ринулся на застывшую в ужасе женщину, сбил с ног и вырвал горло стремительно выросшими клыками.
Испуганные крики раскатились под сводами галереи. Четыре зачарованных лезвия одновременно пропороли насквозь и тварь, и его жертву. Камни вспыхнули, обоих разорвало на куски. Струя пламени из хрустального навершия ударила в окровавленные плиты, испарив останки.
Из-за спин стражников выступил старец в шафрановой тоге – верховный жрец Арона. Горожане склонились перед ним, касаясь глаз пальцами. Первосвященник возложил прямо на обугленные плиты поминальный венок, встал на колени и принялся вполголоса молиться.
Следующий беженец, повинуясь жесту синего плаща, направился к дверям для досмотра. Дошла очередь до Явора. Он заранее снял два купленных по случаю камешка-оберега, положил в общую кучу. На груди, под рубахой, на шнурке висел простой медный крестик, последнее напоминание о родном мире. Отчаянно не хотелось его лишиться. Вряд ли он несет в себе хоть толику местной магии.
Парень наклонил голову, шар совершил над ней петлю, потом вдруг холодное стекло коснулось лба испытуемого.
- Ты чародей?
- Нет, магистр. Я землемер.
- И никогда не учился тайному искусству?
- Нет, господин.
- Это хорошо. Иди.
Явор шагнул вперед, прижав рукой кусочек металла, тайком оглянулся.
«Неужели догадался? Нет, не может быть».
За три года на его пути попалось с десяток «белых колпаков», и все видели в нем обычного писаря. Хотя и рангом они были куда как ниже – волшебники по найму, целители да заклинатели погоды.
Вот и тронный зал. Прежде лишь особо отмеченные судьбой могли видеть эти стены, увешанные прославленным оружием, гобеленами и знаменами. Теперь же весь их блеск и величие ничуть не радовали толпу напуганных простолюдинов. Беженцы заполнили левое крыло длинного сводчатого помещения. Явор присоединился к ним, оглядываясь по сторонам.
Узкие окна-бойницы, забранные многоцветным стеклом, не имели ставень, но снаружи их затягивала мутная пелена магической защиты. Вокруг центрального помоста выстроился десяток солдат с копьями, чуть выше пятеро гвардейцев личной охраны короля в черных кожаных доспехах, во главе с эрлом. По правую руку от трона собрались семь дворян в покрытых рунами латах. По левую застыл маг в белоснежной тоге, закрыв глаза и сжав обеими руками сияющий посох. Явор впервые видел Грйндул, знаменитый хрустальный жезл – цельный граненый кристалл, в котором бушевало радужное пламя, освещая полутемный зал.
На троне, выпрямив спину, сжимая меч вместо скипетра, сидел король, некогда черноволосый, но теперь почти седой мужчина. Рядом королева с десятилетней принцессой на коленях. Принц погиб полгода назад, и теперь дочь осталась единственной наследницей выжженых дракусами земель.
Наконец, все беженцы оказались внутри башни. Последним вошел маг в синем, с сумой, полной амулетов. Обереги, сверкая самоцветами, золотом, бисером или просто начищенной медью, посыпались к ногам верховного мага. Тонкие струйки радужного марева потянулись из груды побрякушек к хрустальному посоху, впитываясь в стекло. На бледном иссохшем лице архимага плясали блики, превращая его в вырезанную из кости маску.
Солдаты закрыли стрельчатые двери зала и, укрепляя их, начали вбивать обломки мечей в порог.
- Что дальше, Ласмо? – Король обратился к синему плащу. В тишине зала любое слово было слышно в самом дальнем углу. – Они все равно прорвутся.
- Да, милорд. Учитель откроет для вас путь в другой мир, свободный и безопасный. Там вы дождетесь помощи.
- Значит, все мои земли потеряны навсегда!
- Боюсь, что так.
- Будь по вашему, найдем себе новое королевство.
- Есть одно препятствие, мой господин. Если след портала продержится достаточно долго, некросы могут послать за вами погоню. Но когда он растает в плетении окончательно, никто уже не сможет проследить ваш путь.
- Почему ты повторяешь «вас»? Разве ты…
- Именно, сир, мы остаемся здесь и задержим некросов, насколько сможем. Кроме того, вы не возьмете с собой ничего, что несет хоть толику силы и может оставить след. Ни одной вещи или книги, и ни одного мага. Поэтому я прошу вас и остальных господ сдать все заговоренное. Королева тоже должна остаться с нами. Она прошла обучение…
- Что?! – Король начал подниматься с трона. – Я не…
- Ридерос, так нужно. - Королева схватила супруга за локоть. - Сохрани дочь. Я не хочу, чтобы наш род сгинул безвозвратно.
Правитель скрипнул зубами, но сдался, рухнув в кресло. Взмахнул рукой, приказывая вассалам справа.
- Отдайте Ласмо все волшебное.
Дворяне зароптали. Фамильное оружие, украшенное камнями повеления, впитавшее столетние охранные наговоры, всегда являлось гордостью и защитой. Что значат богатство, земли, да и сама жизнь рядом со славой рода.
- Сдать все чародейское! - повысил голос король. – Все, кто не сделает этого, останутся здесь. Мне и моей дочери сейчас нужна ваша верность.
Он сделал знак и четверо в черном встали за спиной правителя.
Дюжий рыжеволосый Барон первым шагнул вперед, снял перевязь с богатыми мечом и кинжалом, положил к ногам архимага. Следом отправились разукрашенные рунами наручи и поножи, шлем. Ласмо помог снять кирасу, оставив только стеганый поддоспешник. Посох описал петлю над головой мужчины и остался темным. Маг согласно кивнул и почтительно указал в правый конец зала.
Барон прошел мимо гвардейцев к толпе простолюдинов. Капитан стражи подал ему простой меч. Владетель благосклонно принял его, надев простой кожаный пояс.
Примеру последовали остальные дворяне и только двое, самый молодой и самый пожилой, остались на месте. На вопросительный взгляд сюзерена старший склонился и ответил:
- Мы хотим умереть с честью, защищая мою дочь.
- И мою сестру, - встал рядом с ним юноша.
- Пусть будет так, - кивнул король. – Страже сдать наговорное оружие.
Копья, амулеты приказа и деревянные жезлы легли на ковер, застилавший доски. Два десятка латников снова отошли ближе к дверям, ожидая приказаний.
- Магран, вы тоже.
Черные начали складывать амуницию к ногам архимага.
- Теперь вы, господин, – поклонился Ласмо.
Король поднялся, положил густо усаженный самоцветами меч на помост. Избавился от короны, украшений и парадной тоги, снял с принцессы амулет на цепочке, браслеты и пояс с богатыми каменьями. Вверх потянулся густой столб сияния, вливаясь в граненое стекло.
- Пора, - пробормотал верховный чародей, не открывая глаз.
У дальней стены в воздухе возникло туманное пятно, разрастаясь и закручиваясь в спираль.
К толпе подошел первосвященник.
- Идите, дети мои. Я знаю, многие из вас почитают Лауле, или Небесную Деву, но все вы дети мои, ибо вы последние люди в этой обители скорби. Идите, и вам откроется лучший мир. Идите, и живите по заветам богов.
Пятно превратилось в воронку. По краю змеились васильковые молнии, вздрагивая в такт сиянию хрустального посоха.
Повинуясь жесту короля, латники первыми вошли в туман, следом за ними дворяне, потом простые беженцы. Первосвященник встал у портала, простер ладонь над проходящими мимо людьми.
Двери зала содрогнулись от удара. За туманной пленкой окна мелькнула огромная тень. Посох в руках архимага вспыхнул ярче солнца.
- Торопитесь, они рядом, - крикнул Ласмо, бросаясь к створкам.
Отец и брат королевы обнажили мечи, встав у трона. Король взял дочь на руки и сошел с возвышения.
Явор шагнул в туман. Серая муть охватила его мгновенным холодом, забила рот и нос, мешая вздохнуть, увлекая в темную глубину сплетения сил.
- - -
Серебристый отблеск упал на зеркальную гладь пола, затмив на мгновенье свет плывущих под ним солнц. Смотритель обернулся. Рядом возник сияющий вихрь, расступился, словно занавес. В Башню Над Звездами ступили Канцлер и Верховный Мастер Гильдий. Оба склонили голову, приложив правую руку к груди. Смотритель ответил на приветствие и вернулся к созерцанию.
Свет прохода истаял, и сплетение путей мироздания снова предстало во всем своем великолепии. Прямо под ногами советников искрился зависший вне пространства Гексагон, Шестиугольный Замок, путь между мирами. В каждой из граней, в массивных каменных стенах крепости, непроницаемых даже для тьмы запределья, прорезан портал - доступ на один из шести кругов Спектра. Напротив каждых врат застыл явленный мир, открытый для прямого перехода.
В одном был день, и белые облака ползли по его лику, бросая тень на горы, равнины и синие ленты рек, в других царила ночь, и только редкие дрожащие огоньки обозначали поселения местных обитателей. Был и один темный без единого проблеска света – холодная, безжизненная пустыня с угасшим светилом, царство мрака и холода.
Если в пяти других мирах двери открыты, крошечные человечки вели сквозь них торговые караваны и военные отряды, то в этом наглухо запечатаны. У племен Гексагона не имелось дел в обители смерти.
Планеты, словно бусины на нити ожерелья, нанизаны на ободья шести исполинских небесных колес, неощутимо медленно кружащих на невидимых осях, со временем унося от порталов миры и заменяя их новыми. Для человеческого глаза каждый круг имел свой цвет в спектре мироздания, от красного и оранжевого до тёмно-голубого и фиолетово-синего. Вот на последний и был направлен взгляд Смотрителя. На третий из лежащих справа грядущих миров – блеклый зелено-голубой шар.
Потоки элементалы спокойными струями обтекали это прибежище жизни. Ни завихрений, ни узлов, ни истоков. Ничем не примечательная земля, интересная разве что своей новизной. Ее описания не было в анналах Замка.
Смотритель никак не мог понять, почему именно этот шарик так притягивает его внимание. В ближайшие двадцать лет предстояло войти в контакт с куда более опасными и богатыми мирами, среди которых еще два не обозначены в летописи.
Молчание затянулось, и хозяин Башни обернулся к гостям, которых сам вызвал.
- Как дела в Гексагоне?
- Предел хранит нас. Баланс приобретения на три десятых доли превысил расход. Мы снова создаем запас.
Канцлер был из наби и потому немного присвистывал, произнося чужие ему человеческие слова.
- Что с желтым спектром?
- Мы обследовали второй из грядущих, - ответил Верховный Мастер. – Как и предполагали, это магомир среднего развития. Коллегия выделила три группы для изучения и заключения договоров на торговлю. Все успешно перенеслись.
- Что говорят метафизики про третий грядущий в фиолетовом?
- Они не смогли точно определить его свойства.
- Проникновение проведено?
- Да, но следов активности, как магической, так и техногенной, не найдено. Возможно, он не заселен. Точнее исследовать невозможно из-за удаленности. Если бы у нас была ложа магов пространства…
- Нужно обследовать его, не дожидаясь очереди. – Смотритель снова впился взглядом в блеклый шар, зависший в пустоте. – Канцлер, у нас есть свободные ресурсы для снаряжения отрядов?
- Мы не можем сейчас с ходу перекроить планы, – прошепелявил наби. – Все резервы отданы хранителям в Неолу.
- На одну передовую группу придется наскрести. Отправим магика с оснащением низшего уровня. Даже в случае утери его артефакты не представляют опасности без должной подзарядки. Утечка знаний тоже.
- Согласен, - кивнул Мастер Гильдий.
- У вас есть человек с достаточным боевым опытом, не занятый в данный момент, готовый принять эту миссию и получить широчайшие полномочия?
- Есть, - на несколько мгновений задумавшись, ответил Верховный. – Младший искатель, сорок лет, большой опыт, хороший послужной список, если бы не малые запасы собственной маны, давно бы стал магистром.
- Почему же он не в поле?
- Отдыхал. С прежним заданием справился блестяще и даже сэкономил на амулетах.
- Пусть подбирает личного хранителя. Канцлер, обеспечьте амуницией.
- Ему потребуется летописец? – осведомился наби.
- Обязательно, но проследите, чтобы он не имел доступа к важным знаниям. Лучше выберите одного из неофитов гильдии. И особая просьба сохранить полную конфиденциальность.
- Займусь немедленно, - кивнул Канцлер.
- Благодарю вас, - снова приложил ладонь к груди Смотритель. - Это все, о чем я хотел просить. Светлого пути.
- И ваш путь пусть будет ясным.
За спиной советников вспыхнул серебристый вихрь. Наби поклонился, прощаясь, и исчез. Мастер же замешкался.
- Мессир, почему именно этот мирок, зачем такая спешка? У нас будут большие проблемы с заброской. И простой магик? Неужели нельзя подождать и провести всестороннюю разведку с полным арсеналом и сильными магами? Что ты задумал?
- Почему этот - не знаю. Но чувствую, что скоро будет поздно. И я не хочу вмешивать в это Коллегию.
- Причины?
- Они снова затянут с решением. Надеюсь, твой протеже не…
- Напротив, он слишком щепетилен. Всегда стоит за интересы всего Гексагона, даже в ущерб личной карьере. Верен принципам гильдии.
- Именно такой человек мне и нужен. Сейчас не до новых интриг.
- И все-таки неоправданно большие затраты маны…
- Ты становишься похож на Канцлера, мой друг.
- Возможно, – усмехнулся Мастер. – Возраст накладывает отпечаток. Но тогда, может быть, используем Башню? Это сильно сократит…
- Башня на худший случай! - категорически возразил Смотритель.
- Хорошо, сделаем, как приказано, - сухо ответил маг, кивнул и шагнул в портал.
Когда слепящий свет потух, хозяин башни снова пробежал взором по широкой ленте фиолетового обода. Потом поднял руку в повелительном жесте. Колеса пришли в движение, приближая впаянный в ожерелье шар таинственного мира. Но чем ближе он подходил к грани замка, тем сильнее расплывался, размазывался вместе с волокнами омывающей элементалы. Следующая за ним обитель жизни была почти недоступна, теряясь в тумане неопределенности.
«Нет, - пробормотал Смотритель себе под нос, - мироздание не обмануть. Чем дальше в будущее, тем больше возможных путей фатума. Марк прав, если бы ложа магов пространства была полна…
Но почему именно третий грядущий меня так тревожит? Может быть, он как-то связан с этим?»
Взгляд упал вниз, на грань фиолетовых врат. Там темным пятном на усыпанной звездной пылью ткани реальности застыл темный мир.
Глава 1. Вода и зелень
- Мне не нравится этот лес.
Гай смотрел вниз, сидя у края уступа, подстелив под себя полу шерстяного плаща и надвинув капюшон до самого носа. Маленькое оранжевое солнце уже клонилось к окоёму, собираясь выкупаться перед сном. Слева искрилась зыбью гладь озера. Справа уходила за горизонт столь же бесконечная зеленая масса листвы. Там, где они смыкались, тянулась червонно-золотая полоска ровного песчаного пляжа.
Горный кряж с плоской вершиной рассек бескрайнюю чащу гигантским клином, острие которого врезалось далеко в воду, вздымаясь утесом, а основание постепенно понижалось и сходило на нет. Что за причуда природы подняла эти камни посреди равнины?
«Ведь это идеальное основание для портала Гексагона. А нас уверили, что мира нет в анналах. Может, не обошлось без помощи местных хозяев?»
Хотя на первый, да и на второй взгляд тоже укрытые цветущими мхами и плющом скалы были совершенно естественны. Никакой обработки, никаких знаков или следов воздействия элементалы. Но слишком уж ровным был клин – идеальная стрела, к тому же указывает точно на юг.
- И вода не нравится тоже, слишком спокойная, - буркнул Гай, передернув плечами, - А ветерок, заметьте, довольно сильный. И прохладный.
- Лес как лес, - фыркнула Сехмия, - и вода как вода.
Защитнику положено быть невозмутимым. Пока отряду не грозит реальная опасность. В нужный момент из хрупкой на вид девушки она превращалась в ангела смерти, показывая истинную суть рода бастийр. К тому же все ее тело, кроме головы и кистей, было покрыто плотным белым пушком, неплохо хранящим тепло.
Сейчас, когда на Сехмии кожаный походный костюм из штанов и куртки с высоким воротником, посторонний глаз вряд ли мог отличить ее от человека, даже непривычный разрез ярко-желтых глаз, белоснежные волосы и смуглая кожа вполне могли принадлежать одной из рас рода хомо. Маленький, в три пальца, хвостик с ядовитым когтем на конце прикрыт короткой юбкой, а более узкие и крепкие, к тому же острые ногти с первого взгляда в глаза не бросаются.
«Не завидую тому, кто попробует шлепнуть эту милашку по попке», – в который раз подумал Гай.
Яд хвостовой иглы парализует мгновенно, хоть и ненадолго, а что сделает за это время с наглецом разъяренная фурия, одному Творцу ведомо.
- И все-таки лес мне не нравится. Слишком ровный, плотный, словно причесанный. И совсем не раскачивается от ветра. Мия, твое чутье ничего не говорит?
- Говорит, что нужно заткнуть тебе рот твоим мешком с образцами. Я пойду, поищу ужин, а вы пока разожгите огонь. Здесь на много миль вокруг нет никого крупнее мыши.
- Это меня и беспокоит, - буркнул Гай, глядя, как девушка собирается на охоту, снимая наспинные ножны с парными саблями, заменив их налучьем и колчаном.
Придется идти за хворостом. Если послать за ним меланхоличного летописца, ждать придется долго. Вылезать из ложбины под пронизывающий ветер тоже не хочется, но все-таки это обязанность искателя исследовать новый мир. Вдруг попадется что-то, незамеченное раньше.
Завершив снаряжение мотком тонкой бечевы, Сехмия легко спрыгнула с плоского уступа на торчащий карниз и скрылась в нагромождении камней.
Гай снова обвел взглядом величественный и почему-то пугающий пейзаж.
- Бунар, ты помнишь что-нибудь похожее на этот лес?
- В анналах Гексагона есть описания подобных миров, но ни одного, полностью совпадающего с данным, – с готовностью ответил летописец.
- За тысячи лет здесь все могло поменяться до неузнаваемости.
- Я учитываю это, но пока мы собрали слишком мало знаний. Нужно продолжить поиск.
- Согласен, продолжим. – Гай вынул из кармана каменный цилиндрик на шнурке - сигнальный амулет, протянул серокожему. – Если увидишь что-то необычное, сожми.
- Я знаю, как работает камень призыва, - невозмутимо кивнул коротышка.
- Да уж, всегда забываю, что вы все помните.
Гай отполз от края, поднялся, глянул вниз. Сехмия уже спустилась со скал и теперь шла вдоль берега, оставляя на песке цепочку следов.
«Летописец должен помнить, а искатель понимать! В этом разница. Именно я должен почувствовать суть этого мира».
Сухие кусты виднелись на одном из уступов кряжа, западнее ложбины, в которой расположился отряд. Туда Гай и направился, укутавшись в плащ и повесив на лоб медальон зоркости. Теперь он мог заметить любую трещинку, не похожую на результат усилий ветра и непогоды.
Он не торопился. До заката времени еще много, а задание первого дня уже выполнено. Первичная разведка, наличие разумных и высших существ. Для последних двух пунктов результат вышел отрицательный. Следов магической активности и артефактов местных цивилизаций поблизости не наблюдалось.
Завтра на очереди фауна и флора, почва, вода и минералы, и уже сегодня можно кое-что прояснить. Скалы – бурый доломит, отличный материал для ремесленников. Хоть что-то на первое время. Наверняка в чаще найдется ценная древесина. Тогда этот бесхозный мир станет раздольем для лесорубов. Вот только пустой ли он? Несмотря на отсутствие признаков разума и колдовства, ощущение неясной угрозы упорно не отпускало.
Сухие ветки ломались легко, но тащить их назад было упражнением не из приятных. И все-таки он успел вернуться раньше воительницы и даже развести огонь.
Кресало рассыпало ворох искр, и заботливо собранные веточки вспыхнули. Мия считала это тратой времени. Зачем возиться, если есть яйцо саламандры? Но Гай предпочитал экономить магические ресурсы, к тому же за каждый потраченный гран маны придется отчитаться перед гильдией, сидя за конторкой в пыльном кабинете.
Хранительнице проще. Она отвечает только за свое оружие, и ее главная забота – жизнь летописца. Сам он не сможет даже активировать амулет возврата. В крови наби нет ни капли свободной маны, зато у Сехмии большой камень прыжка, которого хватит на двоих, и даже на троих, если с искателем произойдет несчастье.
Но и для бастийр умение управляться с амулетами – большая редкость. Той толики силы, что течет в ее жилах, только и достанет, что на запуск портала.
«А вот и она».
Девушка запрыгнула на уступ и бросила к костру три большие рыбины.
- Проверяй. Вдоль опушки пусто, только мелкие жуки и черви, но озеро кишит рыбой. Кстати, вода пресная, я набрала.
На камень лег кожаный мех. Магик достал из сумы кольцо с крупным опалом, надел на средний палец и провел над добычей. Камень остался темным.
- Съедобно, - кивнул искатель, достал наперсток и капнул в него из бурдюка, выдернув зубами пробку. – Вода тоже нормальная, но вскипятить не помешает.
Из поклажи появился закопчённый медный котелок, повис над костром на треноге и вскоре закипел, исходя паром.
Каждый заварил себе питье, которое предпочитал. Сехмия всыпала в кружку чуток соли и желтый порошок, сделав что-то вроде жидкого бульона. Бунар добавил в воду масла и молока из холодильной бутылки. Гай же заварил крепкий настой из трав с кисловато-терпким вкусом. Рыбу зажарили над углями со щепоткой приправ, насадив на прутья.
Закончив ужин, магик решил, что, в общем, этот мир не так уж и плох. Минимум удовольствий он своим гостям обеспечил, а загадки подождут до завтра.
Первой дежурила воительница. Гай же плотнее укутался в шерстяной плащ, устраиваясь на камнях. Костер подогревал спину, еда улеглась в желудке теплым шаром. Сон пришел быстро, накрыв искателя своим серым крылом.
- Подъем, твоя очередь. – Воительница бесцеремонно толкала магика в бок носком сапога. – И наби разбуди. Ему нужно запомнить здешнее небо.
- А то я сам не знаю, - проворчал Гай. – Ничего не случилось?
- Если бы случилось! Тихо, как в склепе, но вниз спускаться не советую. И смотри, не засни.
- Не учи! – недовольно буркнул искатель, приподнимаясь и приваливаясь спиной к камню.
Сехмия, подстелив себе коврик, свернулась калачиком и мгновенно уснула.
«Вот ведь кошка!» - беззлобно подумал магик и повернулся к спящему летописцу.
Наби лежал на спине, едва слышно посвистывая. Холодный звездный свет сделал его лицо похожим на каменный барельеф из дикарского капища. Столкнувшись с его родичами первый раз, не мудрено и испугаться. Серая, бугристая кожа, вместо носа плоский выступ с узкими ноздрями, сухие губы и выпуклые, без белков, глаза с двумя веками. Но все знали, что это самые безобидные существа из народностей Гексагона.
Определить возраст наби сложно, Гай знал, что летописец еще очень молод. Среди его сородичей работа в отрядах искателей не считалась престижной, но подняться вверх в бюрократической иерархии гильдии, без опыта изучения новых миров, тоже невозможно.
- Бунар, эй, Бунар! – магик тронул спутника за плечо.
Наби проснулся мгновенно, открыв блестящие глаза.
- Я не сплю.
- Смотри, запоминай. Погода отличная, ни облачка.
Гай тоже лег на спину, разглядывая безлунное небо. В этом мире лишний ночник и не требуется.
Над лесом пылали семь голубых звезд, высвечивая каждую трещинку камня. Ниже горело ало-фиолетовое полотнище туманности, перетекая в угольно-черный мешок, присыпанный мелкой искристой пылью. Этим сияющим великолепием можно любоваться бесконечно, но все-таки придется обратить внимание и на землю.
«Почему это Мия не советовала спускаться?»
Магик приподнялся, заглянув за край уступа, и отпрянул назад.
Лес застыл в привычной безмолвной неподвижности. Безглазый алчный взгляд миллионов листьев шарил по скалам в поисках наглецов, посмевших вторгнуться в заповедный мир, нарушив его покой. Неведомая сущность жаждала дотянуться до них, затащить в темную чащу. Унизительный липкий страх мгновенно намочил рубашку на спине.
«Что это такое? Что за сила?»
Пришлось лихорадочно перебирать амулеты, но все они молчали. Там, внизу, не было никаких признаков элементной магии, магии жизни или демонических сущностей. Но не могли же его нервы так расшалиться? Тем более гордая амазонка хоть и вскользь, но упомянула об этой опасности, значит, тоже ощутила. Здесь нужна единственная область высокого искусства, неподвластная амулетам и алхимии – ментальная! Как раз ею Гай не владел.
«Кто же ты? Хотелось бы увидеть тебя лицом к лицу. Или так и будешь прятаться? Тогда и я пока спрячусь».
Снова заглянуть за край обрыва он так и не решился, лежа смотрел в небо, пока на востоке не разгорелась алая полоска. Под светом солнца лес снова уснул, и теперь казался обычной чащей, скоплением деревьев и трав.
Гай не заметил, когда встала девушка. Вот она еще лежит на своей подстилке, и вот стоит у него за спиной, глядя на разгорающийся огонь, а через секунду уже исчезла за камнем, с флягой и полотенцем, привести себя в порядок. Стремительная и бесшумная.
- Куда дальше?
Сехмия сидела напротив, отхлебывала из чашки свой любимый бульон. Позавтракать решили без затей, сухими хлебцами, и не тратить время на рыбалку.
- Сначала исследуем лес, потом идем вдоль берега.
Гай ждал, что воительница возразит и потребует углубиться в чащу, но она только согласно кивнула. Значит, ночью действительно почувствовала его сущность.
Затушив костер, закрепили веревку, обвязав вокруг валуна. Хранительница вооружилась, надев и ножны с саблями, и налучье с колчаном, и даже привязь с метательными ножами. Часть провизии спрятали среди камней, остальную поклажу разделили Гай и Бунар. Магик заранее вывесил на нагрудную сетку из ремешков свой арсенал амулетов, прикрыв плащом. Нужно быть готовым ко всему.
Спустились с кряжа на удивление быстро. Выветренные уступчатые скалы, словно крутая лестница, подставляли рукам и ногам множество опор. Достигнув первых ветвей деревьев, Гай немного занервничал, но вчерашнего ощущения алчного взгляда не было. Он даже сорвал ветку с листьями, понюхал и сунул в карман куртки. Ничего необычного, похоже на вечнозеленый бук, даже орешек есть. Плотный купол листвы сомкнулся над головой, закрыв ярко- синее небо. Под пологом было еще прохладнее, чем наверху.
Лесная подстилка спружинила под ногами. Пока наби спускался, искатель присел, рассматривая подлесок и травы. Многое было почти знакомым, и все-таки неуловимо отличалось. И чем больше вглядываешься, тем больше этих различий. В новом мире всегда так, или он сразу кажется чужим или, напротив, родным и знакомым, но оба мнения обманчивы.
Магик достал амулет слияния, розовую костяную пластинку.
- Эй, ты в порядке? – Спутники уже стояли рядом, а Гай все сидел на корточках, сжимая толстый мясистый стебель местной травы, почти в рост высотой.
- Я? Вполне. А вот он нет. – Гай поднялся, сжав рукой алый зонтик соцветия. – Этот сорняк словно спит. Или сильно изможден, хотя по виду этого не скажешь. Он должен расти, радоваться солнцу, прохладе, влаге, в нем должно быть ощущение жизни, а его нет. И так со всеми травами.
- И что это значит?
- Не знаю. Но посмотрите сами, как здесь все равномерно и гладко.
Действительно, подлесок, травы, все выглядело совершенно одинаковым. Каждое из родственных растений было одной высоты и силы, без изъянов.
- На первый взгляд в глаза не бросается. Но этот лес мне не нравится.
- Да ты это уже говорил, - раздраженно фыркнула Сехмия. - Не нуди.
- И все-таки. Сейчас землю проверим.
В некоторых мирах жирный чернозем тоже был дорогим товаром. Искатель вынул из чехла лопатку, разгреб листья, вырезал круг и вынул. Слой бурой почвы был едва ли в три пальца толщиной, глубже лежал плотный красноватый песок.
- Интереса не представляет. Идем к берегу. – Гай развернулся и решительно направился к озеру, нарочно топча хрупкие сочные стебли.
Лес обрывался резко, словно отсеченный невидимой стеной. Не было кустов и подлеска, обычно окаймляющих опушки. Деревья просто кончились, и сразу начался песчаный пляж. Полоса ярко желтого с краснинкой песка в сорок два шага ширины. Насколько хватало глаз, она тянулась вдаль, ровная, словно стрела, за спиной упираясь в скалы утеса.
Гай добросовестно ссыпал песчинки в склянку, укутал в пергамент и спрятал в суму. Бывает, что алхимики за самые неожиданные вещи готовы полжизни отдать.
В совершенно прозрачной воде толкалась мальки и рыбины покрупнее, отбрасывая на идеально ровное дно зыбкие тени. Магик черпнул воду, пропустил сквозь пальцы.
- Чувствуете, какое безветрие? - повернулся он к спутникам. – А наверху кажется, что из тебя сейчас душу выдует. И прибоя здесь нет.
- Ну, и что из того? – девушка пожала плечиком. – Мало мы странных миров видели.
- Это напоминает мне виварий для мелкой живности у гильдии анимистов. Все такое же гладкое да ровное.
- Ну и кто все это устроил?
- Вот и я о том же, – озадаченно оглядываясь, пробормотал Гай. – Если б знать.
- В истории Гексагона есть упоминание о нескольких, совершенно перестроенных хозяевами планетах. Но большая часть относится к техномирам.
- Может быть. Ведь следов измененной маны или элементалы я здесь так и не нашел. И если я прав…
Искатель вскочил, подбежал к краю леса и принялся лихорадочно разгребать песок у корней.
- Ну, я же говорил! Вот, смотрите!
Под тонким слоем показалось твердое основание. Того же цвета, что и покрывающие ее песчинки, словно замешанное и слепленное из них же, а потом еще и запечённое до твердости. Гай снова вынул лопатку, расчищая поверхность все ближе к лесу, пока не нашел край плиты, где спрессованный песок под почвой переходил в этот странный камень.
- Бунар, вспоминай.
- Подобные способы строительства очень характерны для многих техномиров. Там это называется строительными растворами.
- А меня метафизики уверяли, что это магомир. Значит, все-таки, это виварий. Только для кого? Здесь даже мышей нет.
- Только черви и жуки, - кивнула Сехмия.
- Похоже, мы здесь задержимся. Нужно разобраться во всем до конца. Отчет, где одни только вопросы, гильдия не примет. Ну, двинемся вдоль берега?
- Идите вперед, - девушка встала, отряхнула с коленей песок и направилась к воде, вынимая из-за спины лук. – Наловлю рыбы к обеду, и догоню.
- Да не сомневаюсь. Бунар, пошли.
Они не успели сделать и пяти шагов, когда в ребро искателя кольнуло раскаленной иглой. Он поспешно распахнул плащ. На груди, в стеклянной восьмиконечной звезде, пульсировал синий светлячок. Магик сорвал амулет, положил на ладонь, глядя на переливы света внутри.
- Бун, Мия, ко мне, вижу всплеск маны. Кто-то открыл портал.
Гай повел рукой, определяя направление, и сообщил спутникам:
- Мы здесь не одни!
Глава 2. Крепость из песка
Явор бежал, не чувствуя ног, спотыкаясь о корни и бугры, поддерживая левой рукой старика в рваном кожаном жилете. Ветки подлеска хлестали по лицу и рукам, трава иссекла колени, но единственным желанием было – не выпасть из цепи людей, продираясь сквозь чужой неведомый лес, не упасть, не скатиться с тропы.
Деревья казались обычными, такие встречались и в родном мире, но здесь они были слишком велики и одинаковы. А то, что росло ниже, не поддавалось описанию. Ползучие травы, лопухи в три роста. Странные резко пахнущие цветы и сочные зеленые безлиственные стебли, больше похожие на оленьи рога.
Теперь три латника и капитан бежали в авангарде, четверо замыкали колонну, в центре шел самый доверенный из телохранителей с принцессой на руках.
Случилось то, чего так боялся Ласмо. Некросы бросили по тающему проходу, вслед уходящему из мира врагу, последний подарок.
Король с гвардейцами остались где-то позади, встав на пути «мертвых гончих», без малейшей надежды на победу. Зачарованное оружие осталось в Аспаре, только честная сталь и бронза. И три десятка воинов против семи адских созданий, не чувствующих боли и страха.
Беглецы торопились уйти от визгливого рева рукхов и криков умирающих солдат. Они надеялись оторваться от преследователей, хотя каждый в колонне понимал, если хоть одна тварь уцелеет, она встанет на след и не успокоится, пока не прикончит последнего человека.
Лес казался бесконечным, но кончился неожиданно. Явор вслед за остальными вылетел на пустое пространство, окруженное вековыми исполинами. По инерции пробежав ещё несколько шагов, остановился. Под ногами только ровный ковер сухой листвы. Ни трав, ни подлеска. Откуда взялась такая поляна, к тому же совершенно круглая?
Стоило сдвинуть носком башмака подстилку, и все стало понятно. Под опадом скрывалась ровная, чуть шероховатая каменная плита. Лес веками наступал на мощеный пятачок, но до окончательной победы ему было еще очень далеко.
«Значит, этот мир не так уж и свободен. Или его хозяева давно вымерли? Кому понадобилось мостить поляну в лесу? Что тут было раньше?»
Никаких руин вокруг не наблюдалось. Может, они просто скрыты густым травостоем?
В детстве Явор видел мертвый поселок в лесу. Если бы отец не указал на остатки стен, он бы посчитал их причудливыми замшелыми камнями. А в таких зарослях может затеряться и нечто покрупнее.
Вся колонна собралась на поляне. Три сотни людей едва уместились на свободном пятачке, озираясь и тихо переговариваясь. Многие смотрели вверх.
Они впервые увидели небо этого мира. Синее, яркое и безоблачное, с маленьким красноватым солнцем и сияющими днем звездами. Возможно, многие только сейчас поверили, что они на самом деле в чужом мире, и возврата домой больше нет. Дети устало хныкали, их из последних сил утешали матери и чужие женщины. Путь еще не окончен, нельзя надолго останавливаться.
- Сюда, я нашел дорогу! – капитан городской стражи появился из зарослей, подозвал латников. – Стройте всех снова, и за мной. Это мощеная дорога, она должна нас к чему-нибудь вывести.
Снова бег через лес. На этот раз трава и ветки не хлестала по ногам. Сквозь чащу вела широкая тропа. Кроны деревьев сомкнулись над ней, образуя тоннель. Люди молчали, кто знает, какие неведомые твари живут в этих дебрях? Лучше не привлекать их внимания.
Явор двигался из последних сил, а напарник-горожанин почти уже висел на нем. Изможденные люди начали просто падать, тормозя движение.
- Хотите остаться здесь навсегда? Вперед, вперед, еще немного, – гнал их вперед капитан.
И он не обманул. Деревья расступились, притихшие беженцы вышли на пустое, залитое солнечным светом пространство, сбились в кучу вокруг телохранителя и принцессы.
Солдаты остались позади, заслоняя людей от неведомых опасностей лесного сумрака.
Перед горсткой испуганных беженцев возвышались стены чужого города.
На первый взгляд, он был похож на крепости людей, но и отличий было достаточно. Ровный камень желтого цвета с красноватыми прожилками, без трещин и швов, тянулся от основания до крыш. Все выступы плавно округлы, вместо кровли яйцевидные купола из того же камня и странные ребристые возвышения, напоминающие башни. Глаз искал привычную человеку симметрию и рациональность, но ее не было. Не наблюдалось и рисунков, знаков или символов, ничего, что могло рассказать о хозяевах строения. Только высокая гладкая стена из песка, без окон или бойниц.
И все-таки это был город.
Вдоль укрепления тянулся пологий ров, засыпанный листьями и мусором. От него и до самой опушки леса землю укрыла сплошная каменная плита. К арке – единственному проходу внутрь, переброшен широкий каменный мост без перил.
Люди замерли в нерешительности. Впереди ждала неизвестность, но чаща за спиной казался куда опаснее.
Наконец капитан стражи решил за всех.
- Вперед, в крепость, - нарушил он висящую над площадью тишину, и первым ступил на каменное полотно.
Толпа оборванцев с солдатами во главе хлынула через пустырь и оказалась на мосту. На этот раз Явор оказался в первых рядах. Принцесса со своим телохранителем остались в конце колонны.
Арка входа была велика – три человеческих роста, как в высоту, так и в ширину. Если здесь и были ворота, то они давно рассыпались прахом, не оставив следов. Ни петель, ни иных креплений на проеме не было, внешняя стена плавно перетекала во внутреннюю.
Чем дольше рассматривали поселение, тем сильнее крепла догадка, что все это никто не возводил, и постройки сами выросли из песка, словно сросток грибов из лесной подстилки. Только чья воля настолько сильна, чтобы заставить подняться целый город? В Аспаре даже перевернуть заговором небольшой камень могли всего несколько десятков человек, а уж сложить в кладку, едва ли единицы.
Явор ступил в тень ворот и вместе с остальными вошел во двор. Иное слово для этого места трудно было подобрать. Площадь внутри города, охваченная оградой, чуть ниже наружной.
Здесь плоскости стен загибались внутрь, образуя навесы и арки. По кругу растянулось несколько широких уступчатых возвышений. И ни одного окна в желто-каменных сводах, только несколько ворот поменьше, наглухо запечатанных плитами того же песчаника. Может, это и не проходы вовсе, а простые ниши?
Пол был чист. Немного сухих листьев, и больше ничего. Так непохоже на брошенные человеческие жилища. И что это значит? Хозяева до сих пор присматривают за своим домом?
Беженцы снова сбились в кучу в центре пустого места, только немногие мужчины, в том числе и Явор, остались у ворот. Латники стояли на мосту, всматриваясь в сумрачную пущу.
Капитан обошел найденное убежище по кругу, заглянул в каждую нишу, в каждый угол и вернулся к людям.
- Мы остаемся здесь. Располагайтесь в тени, отдыхайте.
- Господин, - дернула его за руку семилетняя девочка. – Мы с братиком хотим пи-пи, а нам говорят, терпите…
- Да, потерпи, скоро будет можно. Эй, Лукард, - десятник подозвал одного из солдат. – Бери вон тех парней, несите хвороста и организуйте за стеной отхожее место, да побыстрее.
В эту команду попал и Явор. Он тоже ломал огромные ветви, волок к городу, пока другие сооружали во рву нечто вроде помоста с шалашом. Стражники с оружием наготове стояли чуть поодаль, пристально следя за чащей.
Когда работа была почти закончена, со стороны мощеной дороги послышался окрик.
Солдат поднял копье, обернулся к работникам.
- Эй, бросайте все, вон из леса! Бадер, ко мне, Ванка, беги к капитану Эгниру.
Оставлять жерди, добытые с таким трудом, было жаль, и Явор, как и остальные лесорубы, прихватил с собой самую ровную из сломанных палок. Оглянулся он, только когда добрался до моста.
У рва, обнажив мечи, уже собрались солдаты. В воротах столпились беженцы, в основном мужчины.
Из леса появились два латника, неся на руках израненного молодого Герцога. Следом, пошатываясь, вышли еще трое.
- Это все!?
- Так мало…
- А где остальные?
- Где король? – послышалось из толпы.
Капитан послал людей на помощь, а сам снял плащ и расстелил прямо на каменной плите. На нее и уложили дворянина.
- Принцесса…
- Пропустите! – послышалось сзади.
Девочка прошла по мосту, следом за ней, черной тенью, телохранитель. Он встал на колено рядом с умирающим.
- Ваша светлость, где мой господин?
Герцог открыл глаза, глянул на стоящую рядом принцессу.
- Король мертв, - прохрипел он. – Теперь она наша королева, берегите ее. Но рукхов мы убили всех. Славная была драка, очень славная, не стыдно перед предками… Мутнеющий взор остановился на лице капитана.
- Назови свое имя.
- Сэр Эгнир Вилид, ваша светлость. – Стражник тоже опустился на колено. – Что я могу…
- Вина дай! На девицу мне времени уже не хватит. – Герцог попытался рассмеяться своей шутке, но закашлялся
Из толпы подали оплетённую бутылку. Вилид выдернул пробку, поднес к губам умирающего. Боец с жадностью сделал три глотка, снова закашлялся, выдохнул.
- Делай, что должен, сэр Эгнир, и пусть сжалятся над вами боги.
Могучий организм сопротивлялся магическому яду до последнего, но кожа уже начала сереть. Капитан вынул тонкий трехгранный клинок и с размаху, пробив доспех, вонзил в сердце лежащего. Поднялся и приказал солдатам:
- Готовьте дрова во рву, подальше от ворот. Мы должны сжечь тело до заката.
Это был первый погребальный костер в новом мире. Принцесса сама сплела прощальный венок из древесных веток и травы, но осталась в крепости, под защитой стен. Проводить последнего из дворян брошенного мира отправились два десятка мужчин во главе с капитаном Эгниром.
Пламя взметнулось в безветренном воздухе высоким лимонно-желтым столбом. Сизый дым скрыл уходящего в Земли Летней Прохлады. Жар слизнул с песочных плит рва листья и мусор, мгновенно обратив в пепел. Зеленые ветви горели на удивление хорошо. Люди с благодарностью впитывали горячее дыхание пламени.
Огонь, друг и защитник человека, был одинаков во всех мирах, всегда согревая и даря свет. Только в оставленном Аспаре он стал враждебен, обернувшись главным оружием дракусов.
Явор, как и все остальные, давно ощутил свежесть здешнего дня. Крохотное солнце было скупо на тепло, а неподвижный воздух ощутимо прохладен, как поздней осенью, хотя, по всем приметам, стояло раннее лето.
Какой же будет зима?
Эгнир отправил всех в крепость, оставив при себе троих, чтобы собрать и захоронить в лесу прах. Обугленные, очищенные огнем доспехи принесли в город и сложили у входа.
Беглецы уже освоились в странном прибежище, и понемногу оно стало напоминать обычную рыночную площадь. Голосили дети, переругивались мамаши, ворчали мужчины. Одни уже разложили на уступах свои пожитки, другие, собравшись небольшими кучками, обсуждали все, что случилось за этот день.
Капитан вошел в ворота, остановился около стражников. Потом направился к принцессе и ее телохранителю. Коротко переговорив с обоими, поднялся на одно из возвышений и громким, привычным к приказам голосом объявил:
- Послушайте меня все! Эту ночь мы проведем здесь, возможно, и следующие тоже. Сейчас мне нужны все мужчины старше двенадцати зим.
Таких набралось меньше сотни.
Сначала сэр Эгнир отделил всех, кто хоть как-то умел обращаться с оружием – три десятка охотников, кузнецов, оружейников, и велел поделиться на стражи, сменив смертельно уставших латников.
Лесорубов и крестьян отправил заготавливать жерди и ветки.
Строителям приказал сделать ворота и заграждение у входа на мост.
Двух монастырских неофитов назначил священниками. Единственного лекаря отправил осмотреть больных и раненых.
Когда спросили грамотных, Явор поднял руку и попал в помощники к писцу, тому самому, которого тащил через лес. Обоих сразу же загрузили работой – переписывать в толстую тетрадь всех спасшихся.
- Старайся, - хлопнул его по плечу капитан. – Возможно, твои каракули войдут в историю, как первая летопись этого мира.
Потом снова поднялся на возвышение и объявил для всех:
- Сдать съестное в общий котел. Это касается и воды, и вина. Разделим на всех поровну. Если у кого есть бальзамы и другие снадобья, тоже несите писцу.
Организовал в лагере порядок, капитан пресек пьянство, приказав высечь двух вконец захмелевших крестьян, потом отправил трех охотников вдоль стены, искать воду.
До сумерек Явор скрипел пером, переписывая граждан трех королевств, жалкую горстку былого величия, затерянную в чужом мире, составлял список провизии и лекарств. Многие захотели сдать свой скарб в общий котел. Этого барахла оказалось на удивление много, и большая часть – некогда очень дорогие, но теперь совершенно бесполезные безделушки. Лишняя горсть зерна сейчас куда как ценнее золотого кольца иди крупного изумруда.
Новоиспеченные стражники уже разделили дежурства и стояли у входной арки. Из кинжалов они соорудили копья, добавив к ним дубинки и рогатины. Вдоль моста горели три костра, освещая широкую каменную пустошь, кольцом охватившую город.
Когда небо начало темнеть, с юга вернулись разведчики.
- В лесу никого нет, сэр Эгнир, совсем никого, - доложил старший из охотников, коверкая чужие для него аспарские слова. – Мелких мошек тьма, но зверя нет, ни змей, ни ящериц, ни мышей. И птиц нет. Тихо. Плохой лес.
- А вода?
- Ни ручьев, ни луж. Ров сухой, кругом камень. Стена сплошная, войти в крепость только здесь можно.
- Слышал? - Повернулся к Явору Вилид. - Записывай, только пергамент экономь.
Костры на мосту горели всю ночь.
Закончив с работой, новоиспеченный писарь уложил перья и прибор в мешок, отдал старику и вышел по естественной надобности за ворота. Четыре стража сжимали копья, напряженно вглядываясь в древостой на другой стороне каменной пустоши.
Что-то ходило вдоль кромки леса. Нечто нереальное и в тоже время смертоносное. Глядело на людей тысячью листьев и цветов, растекалось шепотом по траве и кустам, едва заметно шевелило пальцами древесных веток, тянулось из темноты.
Но грань леса была для него непроницаема, а яркий свет и жар костров пугал и отталкивал назад, в лесную чащу.
Книга закончена. Полный текст на zelluloza
https://zelluloza.ru/books/861/#book
21.09.2015

Все права на эту публикацую принадлежат автору и охраняются законом.