Подробности - мелким шрифтом

Сидоров сидел в кресле и читал газету. Его привлекло одно рекламное объявление: «Фирма «Рог изобилия». Исполнение любого желания за небольшие деньги».
Он взял телефон, и набрал номер.
- «Рог изобилия». Здравствуйте! Чем могу вам помочь?
Голос в трубке показался ему знакомым.
- Васек, ты?
- Ну, я. Сидоров?
- Он самый. А ты че, в самом деле?..
- Да. Что хочешь, то и сделаю. За бабки.
- Тогда дуй ко мне и принеси банку черной икры.
- Десять долларов. Идет?
- Гадидзэ!
Через полчаса позвонили в дверь. Сидоров открыл.
Васильев был одет, как типичный бомж – старая, грязная куртка, шапка-ушанка, в которой он ходил еще в школе, рваные ботинки, давно нестиранные джинсы, тоже рваные. И только сотовый телефон, болтающийся на ремешке куртки, выдавал в нем «бизнесмена».
- Привет, Васек! – сказал Сидоров. – Икру принес?
- Вот! – Васильев протянул банку.
- ЗдОрово! Ну, проходи. Разговор есть. Да не бойся, в этот раз бить не буду. Гы-гы!
В классе Васильев был самым тихим мальчиком. Над ним издевались все, а Сидоров больше всех. С тех пор прошло уже почти десять лет. И вот – встреча двух бывших одноклассников.
Они прошли в гостиную.
- Ну, садись, рассказывай, как ты дошел до такой жизни, - в присутствии неудачников, Сидоров всегда чувствовал себя «значимым» человеком.
- Десять долларов, - сказал Васильев.
- Что «десять долларов»? – не понял хозяин.
- Заказ стоит десять долларов.
- А, да! Извини…
Сидоров полез в карман и достал мятую бумажку.
- Еще чего желать будешь?
- Хочу тебя трахнуть!
Васильев изменился в лице.
- Шучу, шучу! – засмеялся Сидоров. – Кстати, познакомься: моя жена Лариса.
Гость и не заметил, как в комнату вошла хозяйка. В ней он сразу узнал Ларису Петрову. Его первую любовь. Первую и единственную. Тоже, из их класса.
- Здравствуй, Федя, - сказала она.
- Здравствуй, - сказал Васильев, и тяжело вздохнул.
- Не вздыхай глубоко, не отдадим далеко! – съязвил Сидоров. Он рассматривал банку с икрой.
- Блин! – вдруг воскликнул он. – Да ее цена в магазине сто пятьдесят рэ! Это же в два раза меньше, чем я тебе заплатил!
- Еще сто пятьдесят рублей – за доставку, - глядя в пол, сказал Васильев.
- Ну, ты жук!
Сидоров разозлился. В первый раз его провели, как лоха. Да еще кто! Васек!
- Ничего я не жук…- обиделся гость. – Просил икру – получил икру. Цена была оговорена заранее. По-моему, все честно…
- А если бы я что другое попросил?
- Проси. Только цена будет другая.
- Хе-хе… А если я попрошу у тебя миллион?
- Миллион чего?
- Ну, долларов.
- Попросишь – получишь.
- Ага. А заплатить я тебе буду должен два «лимона». Так?
- Нет. Всего десять тысяч. Мне хватит одного процента с этой суммы.
- Да?! Но заказ я оплатить должен, разумеется, вперед?
- Нет. Вначале получишь свой миллион, потом – оплата.
- А доллары будут настоящие?
- Самые, что ни на есть!
- Ты что, в самом деле, меня за лоха держишь?
- Почему, за лоха?
- Ну, если ты мне можешь дать миллион, почему ты сразу не возьмешь его себе? Зачем тебе этот жалкий процент?
- Это уже мое дело.
- Ты, точно, больной на голову!
- Так, я пошел… - Васильев поднялся.
- Стой! – крикнул Сидоров. – Ладно. Допустим, я согласился.
- Нет. Без «допустим». Нельзя быть «немножко беременным».
- Сам ты беременный! Козел!
- До свидания! – Васек направился к двери. Он изо всех сил старался не смотреть на Ларису, но у него это плохо получалось. Особенно, после того, что он прочел в ее глазах. Не зря говорят, что русская женщина любит, когда жалеет.
- Ладно, Васька, подожди!
Васильев остановился.
- А ты, в самом деле, можешь раздобыть мне миллион?
- Да. Я же говорю – любое желание.
- Ха! Любое желание! А если я захочу стать американским президентом?
- Пожалуйста!
- Ты что, совсем идиот? Для этого надо родиться в Америке! Быть коренным американцем, понимаешь? А я чисто русский! И родился здесь! В Москве! Фирштейн?
- Слушай, чего ты хочешь? – устало спросил Васильев. Его вдруг охватила жуткая тоска.
- Так, все! Давай миллион, и вали отсюда!
- Хорошо.
Федор полез в карман куртки и достал оттуда сложенный вчетверо листок бумаги.
- Вот договор. Прочитай и подпиши.
- А это еще зачем?
- Так надо.
- Странно… Икру ты мне принес сразу, а тут какие-то подписи, договора…
- Миллион долларов – очень большая сумма. За каждое выполненное желание я несу моральную ответственность.
- Ага! У тебя же солидная фирма! Гы-гы-гы!
Сидорова все это весьма забавляло.
- Ладно, давай сюда свою бумаженцию!
Васильев протянул ему ксерокопию.
Тот, не читая, подмахнул подпись.
- На твоем месте, я, все-таки, прочитал бы договор, - с неясной угрозой сказал Федор.
- Да пошел ты! Ты лучше скажи, когда будет миллион?
Васильев улыбнулся и посмотрел на часы.
- Ровно в три часа.
- Через десять минут, что ли?
- Да. Через десять минут его принесут.
- Принесут?
- Да.
- Ну, ты точно трахнутый! Слушай, на кой ты мне морочишь голову?
- Ты хочешь миллион долларов – ты его получишь.
- А если бы я захотел миллиард?
- И его бы ты получил.
- А звезды с неба ты умеешь доставать?
- Не знаю, не пробовал…
- Не пробовал? Ха-ха-ха! Ну, ты даешь!
Васильев сидел молча и как-то странно улыбался. Его настроение явно улучшилось.
Тут, настенные часы, весьма топорной работы «под старину», пробили три раза.
И тут же раздался звонок в дверь.
На лице Сидорова появилась тревога.
- Лариса, открой!
Через минуту жена Сидорова внесла в комнату небольшой чемоданчик-дипломат.
- Это тебе, Саша, - протянула она его мужу.
Тот внимательно посмотрел на Федора. Васильев разглядывал свои грязные ногти.
Хозяин квартиры положил «дипломат» на стол и открыл его.
Чемоданчик весь был забит пачками зеленых купюр.
- Там ровно миллион, - спокойно сказал Васильев. – Можешь не пересчитывать.
Трясущимися руками Сидоров достал сотенную из пачки. Долго проверял ее. Доллары были настоящие.
- Вот это да! – он опустился в кресло. – Слушай, Федя, как ты это делаешь?
- Не важно. Давай, оплачивай заказ.
- Да, конечно... Извини!
Сидоров засуетился, подскочил к чемоданчику, стал отсчитывать десять тысяч.
- А что это тут написано мелким шрифтом? - вдруг спросила Лариса. Пока ее муж приходил в себя от пережитого шока, она прочитала договор.
- Читай, - сказал бомж. – Ведь можно же прочесть?
- Тут написано, что за последствия выполнения заказа фирма ответственности не несет.
- Совершенно верно.
- А что это означает?
- А сейчас увидите…
Тут на лбу у Сидорова загорелось маленькое красное пятнышко. Это был след лазерного прицела. Через три секунды хозяин квартиры лежал мертвый на полу. В окне зияло маленькое отверстие от пули. Скорее всего, выстрел был произведен из квартиры напротив.
Лариса сидела бледная, как полотно.
- Ты негодяй, Васильев, - тихо сказала она.
- Надо было внимательно читать договор.
- Зачем ты это сделал?
- Это не я сделал. Всему есть своя цена. Цена жизни Сидорова – миллион долларов. Он получил миллион, потерял жизнь.
- А цена твоей жизни?
- Меньше. Гораздо меньше. Поэтому я и не выполняю сам своих желаний.
- А почему ты сразу не сказал ему об этом?
- А он не спрашивал. Его интересовало, сколько он заплатит мне, а не Богу. Мне он должен только десять тысяч.
- А ты что, имеешь связь с?..
- Что-то вроде этого. Кстати. Скоро здесь будет милиция. Если ты не исчезнешь отсюда в ближайшие пятнадцать минут, тебя посадят.
- Куда же я могу исчезнуть?!
- А куда хочешь! – Васильев уже положил свои деньги в карман и собрался уходить. Чемодан с миллионом (за вычетом одно процента от суммы), продолжал лежать на столе.
Женщина подошла к нему, закрыла «дипломат».
- Хочу в какую-нибудь теплую страну, - сказала она.
- В Африку? – спросил Федор.
- Нет. В Америку. В Калифорнию. Что мне это будет стоить?
- Для меня или для Бога?
- И то, и другое.
- Для меня – десять тысяч долларов. Для Бога – пять лет тюрьмы за незаконное проживание на территории США.
- Так не пойдет.
- Тогда пятнадцать лет советской тюрьмы. За убийство мужа.
- Я его не убивала.
- Это ты прокурору будешь объяснять.
- Я его не убивала!
- Лариса! Послушай... Все что сейчас происходит – последствия подписанного Сашей договора. Они могут ударить по любому из нас. В том числе, и по мне.
- Что же делать?
- Не знаю. Если хочешь – оставим деньги здесь, и уйдем. Тогда нас не заподозрят. Свои десять тысяч я заберу. Первое время сможем продержаться. А там, глядишь, я заработаю.
- Своей фирмой?
- Ну да. Больше я ничего не умею…
- А если тебя убьют за твои дела?
- Значит, судьба.
- Господи! За что мне это?! – Лариса начала плакать. Сидорова она давно уже не любила. Но себя она любила всегда.
- Так, ты идешь? – спросил Федор.
- Иду…
Они шли по улицам Москвы. Федор Васильев впереди, Лариса Сидорова чуть отставая.
Солнце медленно клонилось к закату...

27.12.2004 09.10.2014

Все права на эту публикацую принадлежат автору и охраняются законом.